Александр Райков:

Умер Денис Нуриджанов. Практически мой ровесник, самый бойкий наш биолог молодого поколения. Человек, который скакал с горы на гору, и из пустыни на озёрные архипелаги с фототехникой, набирая видов по 200 в месяц.

Аспирант, от которого невозможно было услышать: «Я не знаю, какая птица так кричит, у меня диссер не про это». Командор, который за день в осенний проливной дождь мог найти в Ташкенте под 50 разных птиц, включая такую экзотику, с которой я не встречался в жизни. В его грубоватом голосе и взгляде из-под нахмуренно-густых бровей всегда сквозило что-то бойцовское, дополняемое камуфляжной формой — но это был воин только за науку.

Я в последнюю очередь подумал бы на Дениса, если б мне сказали, что у кого-то из знакомого учёного люда случится тромб с остановкой сердца. Мне уже всё-таки 27 лет, на моём веку случалось уже немало смертей. В конце концов, в могиле уже и дед, и бабка, и отец — мы живём уже вдвоём с мамой. Но ещё ни одна смерть настолько не вбрасывала в ступор и размышления: «Вот так же запросто могу и я, — задумайся, сколько успел сделать и сколько откладывал».

А Денис, как оно ни вышло, успел сделать дофига. Десятки, наверное, сотни его снимков навсегда останутся украшением birds.uz. Иные за 70 лет столько пользы не приносят.