О музыкальной школе и не только Разное
Обсуждали в комментариях, что сломали здание музыкальной школы. Вот оно, за деревьями на снимке 2010 года (еще рельсы трамвайные на Навои) с 11 этажа «Пойтахта».

Обсуждали в комментариях, что сломали здание музыкальной школы. Вот оно, за деревьями на снимке 2010 года (еще рельсы трамвайные на Навои) с 11 этажа «Пойтахта».

Спрашивает Евгений Белков. И где это? И как называется?
Фото Станислава Ма.
Жестяная, помните такие? Прислала Alex Dalinxky — нашла в Коканде, в мастерской/устахоне мастера/хунарманда оружейника Усманова Хасан-ака. Это его сестренка нашла в чулане эти коробочки отец там хранил всякие заготовки отмыла с содой. и поставила к брату в мастерскую. Еще одна с российскими конфетами была… Интересно, какой год выпуска?

Гайрати
перевод с узб. И.Лашкова
Хребты Чаткала в серебре рассвета, Бегут гряда за горного грядой. Проснулся город. Контуры Ташкента Рисует солнце кистью золотой. Рабочие, большие жизнелюбы, Как пульс, спешат прослушать ритм станков, И головы — дымящиеся трубы, Кладут на плечи белых облаков. Студенты, что идут навстречу знаниям, Несут конспекты, книги, чертежи... Встречают их кварталы светлых зданий, Зовут аудиторий этажи. Поток машин летит по новой трассе. В сады и парки город приодет. Неповторимо ярок и прекрасен Кипящей жизнью утренний Ташкент.
Автор Николай КРАСИЛЬНИКОВ
Лимонная роща в Каракумах? Тропические плоды – в песках, где кроме чахлых кустиков ничего не растёт? Невероятно! Фантастично? Да просто не может быть.
Я тоже поначалу так думал…
Работал я тогда помощником главного режиссера на студии хроникально-документальных фильмов, и шеф отправил меня в командировку с небольшой группой – отснять уникальные кадры. Для истории, разумеется! И необычного садовода-селекционера, и его непривычную для здешних суровых мест лимонную рощу.
Городок в пустыне, с домами, похожими на белоснежные парусники, остался позади. Слева и справа в знойном мареве потянулись желтогорбые барханы, очень похожие на застывшие в беге волны.
– Здесь миллионы лет назад было море… – сказал шофер Витя, наш провожатый, довольно молчаливый малый. Он когда-то возил по этим местам археологов. – У меня дома хранится зуб акулы – нашёл его в песках…
Перевела с англоязычного источника и адаптировала Кира Геллер.
Более ста лет назад, когда всё внимание научного мира было направлено на тот факт, что вода может быть источником заразных заболеваний, люди, в целях дезинфекции, начали хлорировать воду. Всемирная Организация Здравоохранения даже выпустила рекомендацию — повысить концентрацию хлора в одном литре воды до 200 микрограммов.
Пишет Радик Газиев.
Моя мама приехала в Ташкент, с группой девчат, по призыву правительства к жителям Поволжья, осваивать южные районы страны. К этому времени она окончила Оренбургский Педагогический институт и знала в совершенстве русский и родной татарский язык, который сроден с узбекским. Смутно помню, что она рассказывала о детстве, ее отец, мой дедушка, был знаком с поэтом Габдуллы Тукаем, вместе преподавали в медресе, потом разъехались, отца пригласили в Москву учить детей богатых купцов, а Габдулла Тукай уехал в Казань. В своих трудах он, где то, вскользь упоминает об этом, а мать, в поздние годы, уже на пенсии, пыталась найти старые адреса в Москве. В Ташкенте она дружила с приехавшей с ней, подругой, которая вышла замуж за руководителя республики Файзулла Ходжаева. Первые и последующие годы жизни в Ташкенте были нелегкими для матери. Выступала перед местными женщинами, сжигала демонстративно паранджу на костре, пряталась от басмачей, была между жизнью и смертью, собирала детей беспризорников, организовывала наскоро детдомы, где их сама мыла и стригла. Позже, после замужества, возглавила построенный, интернациональный детсад, с уклоном русского языка, куда сдавали детей, даже, обеспеченные родители.
