1.

Альберт Ервандович Аталиев рассказал историю про армянина, который много лет работал учителем английского языка в далеком памирском кишлаке. Хорошо преподавал, ученики его делали успехи.
Случайная комиссия, заехавшая в кишлак, обнаружила, что он преподает армянский.

Он – звезда.
Это такой талант – превращать все, чем занимаешься: оперируешь, пьешь растворимый кофе из расписного электрического самовара, паришься в бане, ведешь машину, читаешь лекции – любое занятие превращать в захватывающее, интересное, важное и элегантное.
Мы, студенты, ходили за ним хвостом и влюбленно записывали его шуточки, словечки, хлесткие и меткие определения.
Я до сих пор могу сказать помощнику, который слишком тщательно моется на слишком срочную операцию: Это не баня.
Когда субординатура подходила к концу, мы с Геной Нариянцем сладили из своих записей рассказ «Один день Альберта Ервандовича». Аллюзия была прозрачна и рискованна. Персонаж и прототип в одном лице сопровождал чтение хохотом и довольными возгласами. «Засранцы!» был из них самый мягкий.
Аталиев тогда еще был доцентом. «Доцент, – объяснял он, – это сокращенно «до центнера».
– Ну как? – спросил я пару лет назад профессора, доктора медицинских наук, заведующего кафедрой ТашМИ Альберта Ервандовича Аталиева. – Вы все еще доцент?
-–Что ты? – воскликул он и взмахнул руками, — уже давно «после».
Важно, что не переспросил. Реакция и память его не подводят.

Читать далее →