Две фотографии от галереи Art and Fact Старые фото
Art and Fact Gallery
Пытаемся определить место съемки.
Art and Fact Gallery
Пытаемся определить место съемки.
Прошу вас оказать содействие в поиске информации. В идеале конечно мы хотели бы получить копию личного дела на спецпоселенца, немца по национальности — моего прадеда Шауберт Рудольфа Иогановича (Ивановича) 1908 г.р., уроженца с. Темеш Крыма. Нас интересует информация биографического характера, упоминание членов семьи, профессии, возможно фото и так далее. Документы подтверждающие родство имеются, но нет финансовой возможности их нотариально заверить. Из известных о нем фактов: Шауберт Рудольф Иванович 1908гр . — место рождения Темеш. Репрессированы по нац.признаку. До выселения в 41 году с семьей жили в Крымской АССР с. Темеш. В 41 г. эвакуированы в Кустанайскую обл. Семиозерский р-н, с.Черниговка. Прадеда Шауберт Рудольфа в январе 1942 г. мобилизовали на стройку Челябметаллургстроя (где он был до 1946 г). В 1946 он переселен в Кыштым (по воспоминаниям бабушки).
В 1967 году на запрос его дочери сообщили что он проживает в г. Янгибад ул. Центральная 32 кв.1. Есть информация что скончался в Янгиабаде от болезни в 1970 г. ГУВД Челябинской области на хранении дела на спецпоселенца Шауберт Рудольфа не имеет. ГУВД республики Казахстан также данными не располагает. Полагаю это трудно или невозможно. Еще у нас есть фото деда в окрестностях Янгиабада- возможно ли снять в этом ракурсе современный город? Интересно как он выглядит сейчас.
Опубликовано в группе OldTashkent
Николай Гурьевич Маллицкий (18 сентября (30 сентября) 1873 года, село Дедово Оренбургской губернии — 30 октября 1947, Ташкент, Узбекская ССР) — известный советский учёный-географ, профессор САГУ, до революции 1917 года — ташкентский градоначальник.
Опубликовал Герман Стимбан на юФоруме. Кто скажет, из какого района снимали?
Прислал Павел К.
Статью А. Фитца из газеты «Русская Германия». Прислал Анатолий Блинцов.
…Спустя много лет очутившись на главной площади Ташкента Мустакиллик (бывшей Ленина, а до этого Соборной), я вспомнил, как в середине 70-х заведовал отделом информации «Вечёрки».
Как посещал отдел редких книг и рукописей Библиотеки им. Навои, где просматривал дореволюционные подшивки журналов и газет, выискивая факты для рубрики «Пульс времени» о старом Ташкенте. Тогда-то я и узнал, что эта библиотека была создана по распоряжению первого Туркестанского генерал-губернатора Константина фон Кауфмана и что для Ташкента и Узбекистана он сделал столько, что достоин, как минимум ордена Трудового Красного Знамени и пары Госпремией.
Потом я стал обдумывать, каким образом опубликовать текст о Константине Петровиче. Ведь всё, что было сделано хорошего во времена «проклятого царизма», было принято ругать.
Ничего путного не придумав, я решил просто взять и написать эссе о Кауфмане, рассказав о его жизни, делах, а также о том, что не смог выяснить, где покоится его прах. Единственно, что мне было известно на тот момент, так это что скончался он 3 мая 1882 г. в Ташкенте и что 4 мая 1913 г. в центре Константиновского сквера (теперь это сквер Амира Тимура) по проекту художника-скульптора Николая Шлефера ему был установлен многофигурный памятник.
Фото Аллы Гажевой.


«Он прочен, мой азийский дом…»
«Оказалось, что музеи складываются, как стихи, из случайных созвучий и многолетних устремлений к исполнению заветных желаний…»
Пятнадцать лет для музея – это много или мало? Каждый может ответить на этот вопрос по-своему. Но если знать историю образования музея, трудности, с которыми сталкивались энтузиасты и активисты-создатели его, какие эмоции и чувства пришлось переживать каждый раз на пути достижения своих мечтаний – наверно, придется задуматься над этим вопросом…
Автор Ало Ходжаев.
Источник Новости Узбекистана.
22 декабря прошедшего года в середине дня мне позвонил хороший знакомый, бывший заместитель председателя Ташгорисполкома Леонид Костин и сказал, что только что по московскому телеканалу «Ретро» показали запись давнего концерта эстрадной музыки, в конце которого в перечне авторов было указано: «на слова Ало Ходжаева».

Леонид Андреевич, к сожалению, увидел только концовку концерта и не смог назвать мне наименование песни и её исполнителей. Я высказал уверенность, что это «Ялла», в репертуаре которой самой первой песней была «Чёрное — Красное» («Анджела Дэвис»), либо что-нибудь из других наших совместных номеров: «Чили будет свободной!», «Хиросима», «Музыка детства», («Ленинградская девочка Таня»), «Маскарабоз», «Узбекский плов». С меньшей вероятностью я допускаю, что могли быть и другие песни, отснятые телевидением, на мои слова, которые в разное время исполнялись Николаем Гнатюком, Надеждой Чепрагой, Мансуром Ташматовым, Исмаилом Джалиловым, Гуломжон Якубовым, Юлдуз Усмановой, группой «Садо» в составе Азизы, Кумуш Раззаковой и Милой Романиди. Но если в фонотеке московского телевидения до сих пор сохранилась запись примерно 40- летней давности, то это, скорее всего, было связано с легендарной «Яллой».
Все этивашиновогодние как бы праздники было неуловимое ощущение призрачности, натянутости и неестественности происходящего, оно переливалось и множилось пока не выкристаллизовалось в простую истину — не хватало плова все эти дни, а без него, сами понимаете, все просто словесная шелуха, которую к делу не подошьешь. И сразу, как только это понял, такое облегчение — побежал, купил баранины в ТРЦ Чиланзар и, на базаре, рис, нохат, кишмиш и морковь, все остальное есть. Рис впервые взял сорта Кенжо — по наводке Зухры Ашрабовой — дважды пробовал ее чудесный плов из Кенжо! Навел справки: это самый «простой», демократичный сорт, возделывается в Ташкентской области и в Хорезме. Если Аланга — для праздников (и понтов), то Кенжо — для повседневного приготовления плова. Прочитал у Сталика недавние публикации о замачивании риса и об обжарке лука (рекомендую всем, кто готовит плов), намотал на ус, попытался применить к своему опыту. Получилось не только вкусно, но и кстати, так как приехал высокий гость с туманного севера.