Турсунали Каримович:
Дерево высаженное ташкентцами в начале века пережило перепланировки, перестройки, пристройки как дореволюционные, после революционные, довоенные, послевоенные, сталинские, постсоветские, и периода Независимости…
(Это дома, принадлежавшие семье Слонимов, единственные не снесённые из старых домов на Карла Маркса, сейчас передаются от союза театральных деятелей фонду Нуроний. ЕС)
Ольга Ливинская:
На площади Джанггох в 1932 году был построен парк отдыха и культуры (с 1992 года парк Абдуллы Кадыри).
Площадь пустыря Джангох — буквально «место битвы», — составляла 14 га., обилие зелени, различные аттракционы и павильоны, летний кинотеатр, а также первый в Средней Азии планетарий привлекали в парк множество отдыхающих. в 1932-36 годах этот парк носил имя Акмаля Икрамова, а в 1936-37 – Мирмухсина Шермухамедова. В 1937 году парку было присвоено имя А.С. Пушкина.
Опубликовано на странице Старый Ташкент в Фейсбуке
Перекрёсток с проспектом Ленина и вид в сторону Аллеи парадов (Красной площади)
Tashkent Retrospective:
Петров Владимир Митрофанович. «Павильон Цветы в старом сквере». Ташкент, 1952 г. Холст/масло 27×33см.
Б. Бабаев
Теперь это библиографическая редкость, номер очень трудно найти, он был немедленно изъят из всех киосков и не доставлен подписчикам. В нем были напечатаны, – наряду с отличной прозой и поэзией российских авторов, статьями и воспоминаниями, другими материалами, присланными Константином Симоновым, Львом Кассилем, Робертом Рождественским, Расулом Гамзатовым, Риммой Казаковой и другими корифеями советской литературы того времени, – как замечает один из бывших сотрудников журнала, «золотые самородки» запрещенных авторов. Это была чудом сохранившаяся глава из уничтоженного романа Бабеля «Великая криница», стихи запрещенного в ту пору Осипа Мандельштама, с трудом пробивающая себе дорогу проза Платонова, пьеса Булгакова «Зойкина квартира», поэзия Беллы Ахмадулиной, Андрея Вознесенского, Булата Окуджавы. Многие из них тогда официальной критикой назывались антисоветчиками…
Сергей Пряхин. Текст отсюда.
Церковь святого Сергия Радонежского в Ташкенте. Вид с Пушкинской улицы. Редкое фото Л. Соколова. 1928 год.
Улица Пушкинская является одной из старейших улиц города Ташкента, которая была обозначена уже на карте развития города инженер капитана Макарова 1870 года. Длинна улицы превышала 2 километра, что делало улицу одной из самых протяженных в городе.
Опубликовал Сергей Пряхин
Лидия Козлова: Вот тут я горько плачу!!!! Это уже дома моего двора. Вот тот подъезд справа был сквозной. На угловом крыльце я отдавала добрым людям котят от нашей кошки. Ворота за углом слева.. Чуть-чуть не дошли до ворот. А вправо была дверь Ксендзовых, потом парикмахерская, потом двор Тани Табакман, потом двор Тани Десятчиковой, а потом дом Халимы.
Ризо Ахмад
Романы Абдуллы Кодири – произведения о прошедших временах другой, ушедшей эпохи. Но вечные ценности любви, чести и достоинства, сопереживания и сопричастности, духовной чистоты остаются прежними. Также как низменные чувства стяжательства, растления, безверия и бесчестия, отсутствия совести и души. Поэтому его произведения остаются современными поныне. Современны и его герои с их переживаниями, движениями души, мыслями и чувствами. А образ Отабека – этого нового сына новой, зарождающейся когорты узбеков на еще не разрушенных стенах косного народного страха и всемолчания, примиряет каждого современного молодого человека с его видением дальнейшего жизненного пути.
Rustam Khusanov:
Сегодня (31 марта) 135 лет со дня рождения Корнея Чуковского. Нашёл его ташкентский эвакуационный адрес: улица Гоголя, 56. И стало вдруг понятно, почему (возможно) кафе «Бибигон» назвали Бибигоном — двухэтажный дом Корнея Ивановича до землетрясения стоял где-то рядом.
Автор марат ялышев
Моя мастерская в Ташкенте находилась на улице Сапёрной/так по адресу/, а на самом деле почти на самом пересечении улиц — Шота-Руставели и Сапёрной. Очень удобное место: неподалеку Госпитальный рынок, еще « Авиакасса» — хай-тек пристройка к девятиэтажке имеющая огромные переплеты оконных витражей, которые поначалу воспринимались, светящиеся в ночи, как новый изыск современной архитектуры. А прямо напротив, через перекресток, гостиница «Россия» с чудесным пивбаром, в торце здания, со стороны неприметного переулка, ведущего вглубь квартала. Ещё Республиканский Дом Моделей Одежды/РДМО/ и Швейная Фабрика неподалеку…
Со всеми этими заведениями у меня приключались свои истории в разное время, и можно немало о чем рассказать… Другое дело, что данные сюжеты — мой личный опыт и не каждому могут быть интересны. Так я во всяком случае думал до последнего времени.