Пишет Андрей Сергеев в своем журнале: Проходя по мосту через реку Салар в районе Северного вокзала увидел цаплю в реке. Она при мне поймала рыбу и скушала ее. Еще там были утки и чайки.
Значит Салар не такой уж и грязный — жизнь продолжается!
Автор — Annikov.
Медресе Кукельдаш, внутренний двор. Начало 20 века.
Источник — photocentralasia.com — там много старых фотографий.
«ПРИТЧИ ВО АЗИЙЦАХ»
До своего отъезда в эмиграцию в 1992 году Павел Шуф был хорошо известен в Узбекистане и за его пределами как писатель, пишущий для детей и подростков, многие его книжки были любимым чтением в детстве для тех, кому сегодня под тридцать.
Три его стихотворения, которые представлены здесь, — как мне кажется, удивительно ярко характеризуют творческую эволюцию не просто талантливого литератора, но прежде всего – глубокого, мудрого, пытливого и очень требовательного к себе человека, личности огромного внутреннего богатства.
Стихотворения «Житуха № 2» и «Джидовский морда» написаны сразу после отъезда в США, «Предварительные ласки» – сравнительно недавнее. К ностальгии по Ташкенту, которая так пронзительно звучит в первых двух стихотворениях, это третье «как бы» не имеет отношения. Но – только на первый взгляд…
Лейла Шахназарова
Открываю цикл воспоминаний Гильман Фаины Максовны. Вот информация о ней самой с сайта «Центральный Израильский Бард-Портал».
Родилась в Ташкенте 22 апреля 1955 года, там же и выросла. Настолько, что с гордостью носила прозвище Жирафа. Сейчас я не самая длинная и, увы, не очень худая, но прозвище-то осталось! Стараюсь ему соответствовать. Никогда не забуду виноградник и сирень у дома, МОИ чинары, ташкентское землетрясение, снег на Чимгане, Чимганский бардовский фестиваль, песни Саши Стрижевского, студию керамики… Первое одностишие — в полтора года: «Киска босиком». С тех пор всё время что-то сочиняю на ходу: стихи, сказки, песни. Иногда запоминаю и записываю. Второй родиной считаю Ленинград (психфак Ленинградского Государственного Университета, набережные, сирень на Марсовом Поле, пешком от Александро-Невской Лавры до Гавани, первые «взрослые» стихи…). Третья (надеюсь, окончательная!)- Израиль.
Владимир Иванович Бурмакин родился 9 января 1938 г. в городе Свердловск (ныне Екатеринбург, Россия), в том же году семья переехала в Ташкент.
Проучившись (1945-52 гг) семь классов в столичной школе N 50, продолжил профессиональное образование (1952-57) в Республиканском художественном училище им. П.Бенькова (ныне Республиканский художественный колледж Академии художеств Узбекистана), закончив его с отличием.
Не поступив в Институт им.И.Репина в Ленинграде (ныне Санкт-Питербург), уехал в г. Самарканд, где преподавал рисование и черчение в двух национальных школах N 5 и N 25 (1957-1958 гг).
Затем, работал главным художником-оформителем Дома Офицеров в Ташкенте, где одновременно вел Изостудию (1958-1959 гг).
За 1959-1965 годы обучения в Ташкентском Театрально – Художественном Институте им. А.Островского, развивал и совершенствовал профессиональные навыки в ходе стажировки в мастерской академика АХУз, профессора Р.Ахмедова.
Варфоломеев Иван Павлович, доктор филологических наук, чл.-корр. АПСН, профессор
Биография-исповедь
Родился в феврале 1928 года – 80 лет назад. То был мой «год великого перелома». И корежила меня судьба по законам этого величия.
Мой отец — Варфоломеев Павел Михайлович – из очень богатых уральских казаков. Одной только пахотной земли было 70 гектаров, да большой лесной колок (массив) с выпасными лугами и голубым прудом, богатым карасями, окунями да щуками. В селе Берлин Троицкого района, где я появился, до сих пор этот благодатный клин называют Заимкой Куприяна (по имени моего прадеда Куприяна). Родословная нашего богатства — причина раскулачивания. Опережая такие трагические события, бросив все богатство на разграбление, родители бежали со мной шестимесячным. И многие годы – бедствия, скитания по стране в поисках надежного убежища: Украина (с. Кушугум), Подмосковье (ст. Бурмакино), где-то еще и еще… Осели в г. Керчь Крымской области – но не прижились. В 1935 году уехали в Ташкент – подальше от Лубянки. Счастливое это было время – мое детство: дружеское тепло узбекской детворы, бескорыстная забота о нас – беженцах – со стороны соседей-узбеков, доброе отношение рабочих к моему отцу, который работал слесарем на заводе РМЗ (тогда «Сарез»). Работал много, но оставались в бедности …
Автор Ирина Ильина. Опубликовано в газете «Московская правда» 7.02.2008
Недавно моя подруга, большая любительница попеть под гитару в хорошей компании, призналась в «позорном» невежестве. Узнав об исключительном, с точки зрения нас, ташкентцев, событии – поездке авторов песни «Бричмулла» в одноименный населенный пункт, эта интеллигентная коренная москвичка дворянского происхождения сказала, что всегда думала, что бричмулла – это фрукт. «Такой большой, желтый, спе-е-елый», — мечтательно объясняла она, глядя куда-то вдаль. А потом заявила, что и без фруктов песня волшебная — потому что первые же ее аккорды вызывают в воображении загадочный манящий Восток со всеми его чудесами.
У Бухарского эмира не было 10 тонн золота
Удивительный документ обнаружили таджикские ученые — профессор исторических наук Назаршо Назаршоев и доцент исторических наук Абдулло Гафуров — во время работы в Российском государственном архиве социально-политической истории (бывший архив ЦК КПСС). Опись, отпечатанная на пишущей машинке, объемом 48 листов, перечисляла материальные ценности бухарского эмира, сообщает Asia-Plus.