Идём по Навои. Всё то же здание… Фото
Фото Ирины Ивановой.
Поэты серебряного века в Мангалочьем дворике Искусство
Светлана Гусь:
15 марта 2012г в Монгалочьем дворике слушали рассказ о жизни и творчестве Федора Сологуба псевдоним {Федор Кузмич Тетерников}. О его жизни и творчестве нам рассказали Альбина Витольдовна Маркевич и Фомичев Вадим Владимирович, наши замечательные знатоки поэзии серебряного века.
Я - бог таинственного мира, Весь мир в одних моих мечтах. Не сотворю себе кумира Ни на земле, ни в небесах. Моей божественной природы Я не открою никому. Тружусь, как раб, а для свободы Зову я ночь, покой и тьму.
«Острая боль» Искусство
С. Вишневская.
СТОМРОМАН
Глава вторая
Острая боль (почти правдивая история)
Я родилась в очень хорошей семье. Папа – архитектор, мама – красавица, брат – талант, сестра – умница.
Семья была укомплектована полностью.
Но тут случайно родилась я.
Меня не ждали.
Мама шесть месяцев, до тех пор, пока я не стала биться и толкаться, считала, что у нее грыжа.
«Грыжка» – долго звалась я в семье, и от меня, как от чего-то несовершенного, не ждали ни таланта, ни ума, ни послушания.
Воспитание бывает разным. Конечно, от меня что-то требовалось. Это что-то заключалась в чтении, а не в мытье полов, и уж, конечно, не в выполнении школьных уроков.
Мама была убеждена, что человек проверяется количеством прочитанных книг.
Кто не читает – тот необразованный дурак!
Глупец!
Ходжикент, март 2012 Фото
Знакомые велосипедисты с юФорума прокатились в Ходжикент. Фото прислал Сарвар Хайдаров.
Чайхана — для всех! Часть вторая Искусство
Николай Красильников.
Сам чайханщик с круглыми плечами,
Чтобы славилась пред русским чайхана,
Угощает меня красным чаем,
Вместо крепкой водки и вина.
Эти хрестоматийные строки из «Персидских мотивов» датированы тремя годами позже и написаны они не в Средней Азии, а «по соседству» – на берегу Каспийского моря, на славной земле Апшерона. Но кто знает, может, первоначально, как искорка, запали они в сердце поэта здесь, в скромном Келесе, и потом, подкреплённые новыми сходными впечатлениями, уже ярко вспыхнули на бумаге?
Чайхана — для всех! Часть первая Искусство
Николай КРАСИЛЬНИКОВ
Что такое чайхана?
Это дом, где нет вина.
Но зато наговориться
Можно будет допьяна.
Жаркий полдень… Над тротуарами нависли кроны могучих чинар. Но и широкая тень под ними не спасает. Духота. Парит от асфальта, бетонных плит, от листвы, сморенной лучами и пылью. Раньше, прыгая вприпляску, точно босоногие загорелые ребятишки, повсюду журчали арыки. Чистые до камушка. Несли прохладу по многочисленным улочкам и улицам. Природные и рукотворные регуляторы воздуха, естественные кондиционеры. Но где эти арыки? Исчезли, ушли под землю, забраны всемогущими госдэвами «Водоканалом» или «Минводхозом»?
У кого спросишь, где узнаешь…
Вернисаж Хикмата Жалилова Искусство Ташкентцы
Рустам Шагаев, фото автора.
В Центре национальных искусств открылась персональная выставка «Мозаика чувств» известного ташкентского художника, заслуженного наставника молодежи Узбекистана Хикмата Жалилова.
Гостевой дворец в Кагане Фото
Виктор Фесенко: В дополнение к посту Олега Николаевича от 18.12.2011 г, посылаю фотографии гостевого дворца Эмира Бухарского в Кагане, отснятые прошлым летом.
Ещё одна глава про пассажиров. Привычный маршрут Искусство
Александр Махнев.
Маршрутное такси особенный, отличный от других, вид городского транспорта. Конечно это отнюдь не элитное такси, однако и не общедоступные автобус, трамвай, троллейбус. Здесь вы почти по «автобусной» цене, получаете почти «таксовый» сервис. Вас не набивают здесь битком и вам остановят «по требованию», хотя и в пределах определённого маршрута.
Отзыв о книге Николая Бондаренко «Стихотворения в дереве» Искусство
Отзыв от Салима Фатыхова, ташкентца, доктора культорологических наук, который живёт в Челябинске. Напомню, что публикация о книге здесь.
Жизнь, ограничивая в нас степень волнения, приучает смотреть на явления бытия с точки зрения их утилитарности и даже профанности. Но она бессильна подавить эмоции, если они враз, могучей волной охватывают тебя и заставляют открывать новые смыслы, или же вспоминать прежние откровения твоего сердца. Именно такие эмоции я испытал, когда бережно взял, ошеломленно просмотрел и прочитал, дорогой Николай Алексеевич, твою восхитительную книгу «Стихотворения в дереве». Может ли природа и ее объекты включаться в бытописание и в историографию человека? Да, если этот человек – творец, если он по закону партиципации (сопереживания) сможет увидеть в самой этой природе тот безграничный символический и знаковый код, которым она обладает.