— Больной, отныне вам нельзя ни мясного, ни мучного…
— Хорошо, доктор, а пельмешки-то можно?
Бабушка всегда считала пельмени. И рассказывала, что когда она жила в Небитдаге (что за город, кстати?), то там соседи всегда пересчитывали пельмени перед варкой.
А вы считаете пельмени?
Фото из интернетов.
Автор Габдулганиева Марзия. Фото мои из Cinara’s 16 сентября. ЕС
Лепешечный цех в этом квартале пользовался необычайной популярностью. Он находился недалеко от входа небольшого базарчика, вклинившемся между дворами кирпичных пятиэтажек. Даже, если была куплена душистая магазинная буханка белого хлеба, я невольно останавливалась у прилавка. И не одна я была такая. Наблюдать за работой лепешечника приходили многочисленные туристы, восхищенно цокавшие языками и затворами модных фотоаппаратов.
Фото Светланы Пожарской опубликовано в ФБ.
Умида Ахмедова у своих работ.
На поэтическом вечере в музее Сергея Есенина встретила знаменитого театрального режиссера, поставившего на разных, в том числе, зарубежных сценах более пятидесяти спектаклей по произведениям У.Шекспира, О.Уальда, К. Абэ, Т.Манна, Еврипида, Г.Лорки, Тикамацу, А. Навои, Ф.Аттара, Софокла, Г. Э. Лессинга, Г.Ибсена…
Прислала Татьяна Вавилова.
Интерес к судьбе туранских тигров привел меня к экстравагантной фигуре купца Михаила Алексеевича Хлудова (1843 -1885), к книге «Москва и москвичи» давным — давно нечитанного Владимира Алексеевича Гиляровского, собрание сочинений которого нашлось в моем шкафу, а также к воспоминаниям купца Николая Александровича Варенцова «Слышанное. Виденное. Передуманное. Пережитое».
Пишет Alex Dalinsky в своем блоге.
Как же мы торопились! Из-за пробок в Ташкенте выехали чуть позже, чем планировали — едем, едем, и все никак не приедем. Через сто лет добрались до Газалкента, едем дальше, опять Газалкент! Тот был не Газалкент, нам показалось. Мы очень боялись, что «Ялла» начнет без нас.
Но мы успели, я, Наталья, Рифат и Галя Никитина. Особенно торопилась я, коллеги – ташкентские с самого рождения, они видели Яллу вживую. А я — никогда.
Я еще говорить толком не могла, но уже пела супер-шлягер СССР «Учкудук, три колодца», и «На востоке, на востоке, что за жизнь без чешуи». Слово «чайхана» не уложилось в голове, как осмысленное. А без чешуи жить на востоке наверняка сложно – все логично. Это было за шесть тысяч километров от Ташкента, в маленьком сибирском городке.
И мне обязательно надо было их увидеть, хоть на старости лет.
Обычай может и не плохой, но выглядит ужасно когда дерево в огрызках тряпок и даже целлофановых пакетов… Неужели кто-то, обезобразив дерево, надеется на что-то хорошее от посещения этого места?
В «Чинарах» и у «Трех бочек», по обоим сторонам Чирчика, делают большие автостоянки.
Фотография от Ирины Бхарат. Так сейчас выглядит бар в «Ильхоме». Новые стулья, новые стены… и можно встретить Бориса Гафурова…
Вроде бы мелочь — подумаешь, бар/буфет в театре… Но… этот бар не менее эзотеричен, чем сцена, столько встреч приятных и бесед в нем было… наверняка не только у меня…
Это Farro, любитель ботаники.
