2. ЦЕНТР МОЕГО ДЕТСТВА
Современный бульвар имени В. И. Ленина объединил две большие улицы, су­ществовавшие до землетрясения 1966 года. Это были собственно улица Ленина и Са­маркандская, шедшие параллельно друг другу. Самаркандская сильно пострадала при землетрясении, а потом были снесены и те дома, которые уцелели. В их числе оказал­ся дом, где жила и скончалась великая русская актриса Вера Федоровна Комиссаржевская. На обочине нынешнего скверика, где когда-то стоял этот дом, очень бы хотелось увидеть хоть столбик с мемориальной доской…

От прежней улицы Ленина кое-что сохранилось, например, здание рядом с Объединенным издательством. В здании на углу улицы Сулеймановой в 1928 году инженером Б. П. Грабовским было проведено первое в мире испытание телевизионной системы. Созданный им «телефот» успешно прошел испытание, но в дальнейшем изобретатель был забыт, аппарат разбился при транспортировке в Москву. Забыто было и само изобретение. Я узнала о первой телепередаче спустя полвека. Тогда же известный альпинист и краевед, покойный Владимир Иосифович Рацек, рассказал мне о Грабовском. Уже в тридцатые годы они встречались во Фрунзе. Грабовский попросил молодого спортсмена испытать созданные им «крылья», по-видимому, нечто вроде современного дельтаплана. Испытание проводилось в предгорьях и закончилось неу­дачей. Сам испытывать свои «крылья» изобретатель не мог. С детства у него было заболевание позвоночника. Физическая немощь не останавливала полет научной фан­тазии инженера Б. П. Грабовского.

Читать далее →

Воспоминания, которые не раз фигурировали на сайте, прислал для публикации Семен Гохберг.

Ольга Пославская
МОЙ ТАШКЕНТ
ДВАДЦАТЫЕ ГОДЫ

1. ИСТОКИ
Я иду по Ташкенту. В этом городе я родилась и прожила всю жизнь. И отец мой здесь родился: мы — коренные «среднеазиаты».

Иду по широким асфальтированным улицам в окружении домов современной архитектуры, среди которых немало высотных; смотрю на полосы газонов вдоль до­мов, на потоки автомобилей на проезжей части, на элегантно одетых людей на тротуа­рах, и через панораму сегодняшнего города проступают иные контуры, 20-х годов.

Театр Навои и примыкающие к площади высокие здания рассыпаются на десятки, а то и сотни мелких лавчонок, торговых рядов, вырастают приземистые одноэтажные здания магазинов; все наполняется шумом и гомоном. Возникает Воскресенский базар, или «Пьян-базар», как называли его, снуют «тащишки» — носильщики, помогающие хозяйкам нести с базара закупленную провизию. Сжимаются, уходят в землю здание гостиницы «Ташкент», железобетонный куб ЦУМа, построенные еще до землетрясе­ния, и рассыпаются, исчезают каменные кружева Выставочного зала. Они вытесняются одноэтажными белыми, желтоватыми и розоватыми домиками по обеим сторонам трамвайной линии. Это Махрамская улица — нынешняя Узбекистанская. По ней идут в летнее время открытые трамвайные вагончики, напоминающие ярмарочные павиль­оны с низенькой оградкой-решеткой вместо стен. Их продувает ветерок, ехать особен­но приятно, когда жара переваливает за 40°…

Читать далее →