Душный день Искусство История Ташкентцы
Автор: Валерий Овечкин
(Из книги «Броском вперёд! Мой отец Валентин Овечкин в дневниках, письмах, воспоминаниях», Курск, ИД Славянка, 2015)
Зима 1968 года в Ташкенте выдалась тёплой, первый снег выпал в конце января и тут же растаял. Субботний день 27 января был душным, влажный воздух завис без движения. Такое муторное затишье бывает перед резкой сменой погоды. Мы поздно пообедали, мама вышла во двор отдышаться и пообщаться с соседями на скамейке, отец вернулся в кабинет за свой рабочий стол, а я включил на кухне газовую колонку, которая «то как зверь она завоет, то заплачет как дитя», мыл посуду, прикрыв дверь. Заглянул отец:
— Валерка, закончишь мытьё, зайди ко мне, есть разговор.
— Ладно, зайду.
Выключил я это чудо техники ХХ века, газовую колонку, извергающую децибелы погромче симфонического оркестра, и вошёл в кабинет. Отца там и в других комнатах не оказалось. В туалете – никого, а дверь в ванную закрыта изнутри на щеколду, я постучал, но в ответ молчание. Поставив табурет в туалете, я заглянул в широкое окно, что под самым потолком в стене, разделяющей туалет и ванную, и увидел отца, лежащего на полу головой к двери, закрытой на щеколду. Стамеской быстро отодрал штапики и выставил стекло, через окно влез в ванную, сдвинул отца в сторону и открыл дверь, но поднять его в тесноте не смог. Выбежал во двор за подмогой, предупредил маму, и мы с соседом перенесли отца в гостиную и уложили на тахту. Мама привела соседку, санитарного врача, вслед за ней пришла ещё и медсестра, тоже из нашего дома. Вызвали «скорую». Врач и сестра тихо переговаривались между собой, а я боковым зрением увидел, как они складывают руки отца на груди и обвязывают их полотенцем. Женщины бросали на меня короткие, какие-то виноватые взгляды, не решаясь сказать то, что я уже понял, — это конец. Не дожидаясь «скорой», помчался к брату, он жил в квартире без телефона в десяти минутах быстрой ходьбы от нас.
