Аида прислала письмо с вопросом. Может быть, кто-то из читателей знает ответ на него?

Есть особое удовольствие в том, чтобы в самой круговерти нынешней шумной жизни, прочесть что-нибудь спокойное, повествовательное, как например, рассказы Веры Инбер.
В рассказе «Преступление Нор-биби», написанном в 1934 году, есть такие строки:

Музей по борьбе с контрреволюцией, эта вещественная летопись гражданской войны на Востоке, еще только откроется в Ташкенте через много лет. Музей еще не собран, он еще распылен. Его экспонаты еще рассеяны по краю: все эти новейшие английские винтовки, старинные кремневые ружья басмачей, патронташи, шашки, кастеты, кустарные и сработанные на фабрике в Льеже, седла, походные пиалы в кожаных футлярах, туморы-амулеты от сглаза и пули, кинжалы с бирюзой на рукояти, кашгарские ножи, в том числе тот, которым один из знаменитых басмаческих вождей медленно, в течение часа…»

(Конец предложения не привожу, он вызывает слишком сильные чувства, и не имеет прямого отношения к тому, о чем хочу спросить. Это повествовательно, но не спокойно, а интересую-щиеся и сами легко смогут найти и прочитать рассказ).

Знает ли кто-нибудь, в действительности ли в Ташкенте существовал музей именно с таким названием – музей контрреволюции? Где он располагался, и сколько лет просуществовал? Может впоследствии его экспозиция стала составной частью фонда музея истории?