Гузаль прислала фотографии 2006 года, на которых благодаря освещению хорошо видно красоту кирпичной кладки
На втором этаже слева раньше была бухгалтерия, я пару раз получал деньги за рецензирование дипломников. Во дворе был спортзал, а около него стоял настоящий истребитель МИГ ( 9 кажется или 11). Еще во дворе ближе к «Бахору» были мастерские, в которых мы на 2 курсе мехфака проходили работу на станках (токарных, фрезерных, сверлильных и сварку)
… теперь-то уж точно…
Пишет Олег Николаевич.
Две реконструкции раскрашенных открыток о Самарканде. Сто лет назад они пользовались успехом у тогдашней публики – да и сейчас в цифровом виде они не так уж и безнадежны.
По крайней мере что к чему на них очень хорошо видно…
А. Файнберг.
* * *
Воротись к удачам и веселью. Что за блажь — дружить с моей бедой? Для тебя — гляди — в ночи весенней Народился месяц молодой. Так иди ж дорогою зеленой. Слезы и печали позабудь. Что тебе мой путь заговоренный? Что тебе мой путь?
Эли Люксембургу
На стекло набросал мне мороз хризантему и крылья стрекоз. Но какая-то чёртова сила, как на горе, тебя пробудила. От огня золотых твоих глаз всё вокруг переплавилось враз. Со стола, где закусок полно, испарились коньяк и вино. Где поэзия? Проза одна, Упорхнули стрекозки с окна. И стекла по стеклу хризантема. Мент в снегу за окном. Хрен с антенной.
А. Файнберг.
* * *
На землях этой сдвинутой страны лишь тени от Любви, Надежды, Веры. По ним, рыча, несутся БэТээРы, как дикие и злые кабаны. А в воздухе дыхание весны. Но не дожить до лета офицерам. Что ж, генерал, ты делаешь карьеру на мальчиках, виновных без вины? Горят штабов гнилые шапито. За что война — не ведает никто ни на Кавказе, ни в кремлёвской башне. Гнетёт бесчестье. Тошно от стыда. Товарищи, мне в вашем доме страшно. Мне страшно в вашем доме, господа.
Нашел на киргизском форуме Дизель в разделе «Старые фотографии»:
Пишпек. Георгиевский кавалер Василий Васильевич Обух. Погиб осенью 1864 года. Во время первой осады крепости Пишпек (1860 год) брешь батарея под командованием штабс капитана Обуха произвела уникальный выстрел — закончившийся попаданием ядра в жерло кокандского орудия и застрявшего в нем.
«Быстрый, физически сильный, нацеленный на ворота форвард-таран, умел повести за собой партнёров». Эта характеристика из энциклопедии о футболисте Иштване Секече. Он сменил несколько команд и, что любопытно, забивал голы «Пахтакору», играя за СКА Одесса, ЦСКА Москва и «Черноморец» Одесса.
Перейдя на тренерскую работу, Иштван Секеч 5 лет был главным тренером душанбинского «Памира», потом львовских «Карпат». После трагедии, случившейся с «Пахтакором» в 1979 году, Секеча пригласили для оказания помощи в формировании нового состава. Московский тренер Сергей Мосягин в сложной обстановке явно чувствовал себя неуютно, поэтому решительный Секеч всё взял в свои руки.