В 90-е годы мой двоюродный брат (композитор и военный дирижер, автор нескольких маршей, ныне живет в Германии) несколько раз в разговоре упоминал, что к ним приходит Кудрат. На мои вопросы кто такой, отвечал, что просто знакомый, приходит помогать, готовит что-нибудь вкусное. Как-то и я его увидел (вспомнил — я пришел к ним переустанавливать Windows 98, значит прошло лет 12) — невысокий, худой, лет 50, приятный такой, по русски чуть с акцентом говорил. Просто приходил к ним, спрашивал как дела, как дети, потом спрашивал у жены брата какие есть продукты («мука есть, картошка есть? Давай ханум сделаю») и готовил что-нибудь вкусное. Побеседовав уходил. У него была семья и свой дом. А он дома все делал и еще ходил по знакомым, так как считал нужным всем помогать. Без пафоса и высоких слов, просто ходил и что-то делал знакомым, считал, что так и надо жить.

Позже узнал, что Кудрат умер от инсульта. Захотелось вот вспомнить его, назвать имя.

Пишет НатальяМ в комментариях:

Мне рассказ Галины подсказал тему «Ташкентские типажи». Можно ведь имена не называть, а просто о таких вот ярких ташкентских типах рассказывать.
У моей мамы был пациент. Лежал у неё в больнице, а когда выписался, заявляется к нам домой с мешком. Настоящим, в котором картошку хранили. Мешок чем-то набит. И заводит свою песню-присказку, которую мы потом много лет слышали, потому что приходил он два раза в неделю с точностью скорого поезда в течение нескольких лет. Каждый его визит начинался одной и той же присказкой : «Я маленький, но удаленький, вы себя уважайте, и меня не обижайте!» После этих слов раскрывался мешок и вытаскивалась буханка знаменитого железнодорожного хлеба. Старые ташкентцы наверняка помнят эту буханку, слепленную из трёх булок.

Читать далее →

Всех с четырехлетием сайта! По инициативе активных участников родилась новая рубрика «Ташкентские типажи». Присылайте воспоминания о ярких личностях или характерные для ташкентцев моменты. Первая идет «Зоя Карповна» из комментариев Глафиры к «Оправданию Курантов».

Около Уголка был буфет. Такой себе, неказистый. Лет этак 40 с маленьким хвостиком назад была там буфетчица Зоя Карповна. Типичная одесситка, ну по разговору. Она могла примерять кофточку перед зеркалом, которую ей, разумеется, по блату принесла знакомая. При этом она поворачивалась то одним боком, то другим. А знакомая ей говорила:  — Ну вы же дама, вы же интэрэсная дама! Зоя Карповна видимо ей верила и, не обращая внимания на звереющую очередь, снова поворачивалась то одним боком, то другим. И отвечала что-то вроде:  — Та бросьте! Мине сдается, она малая для мого бюста. Люди из очереди советовали ей: — Уже берите кофточку, вам хорошо, и не морочьте голову очереди.
Мы с девчонками никуда не торопились и поэтому с удовольствием досматривали спектакль до конца.