Деятели авиации среди нас. Части 2 и 3 Старые фото
Прислал Радик Газиев.
Деятели авиации среди нас. Часть 1 Старые фото
Пишет Радик Газиев.
Предлагаются некоторые, сохранившиеся в семейном альбоме, фотографии: «Деятели авиации среди нас». Они представлены в непринужденной обстановке, такие, как мы все. Однако, благодаря им, и их окружению, ТАПОиЧ вырос и входил в пятерку крупнейших, авиационных заводов мира. Возможно, кого-то из них, вспомнят и помянут добрым словом. Фото представлены без комментарий, ибо подробные воспоминания о некоторых из них и о встречах с ними отражены мною в сайте «Проза.ру».
С уважением, Радик.
Генеральный конструктор О. К. Антонов, в первом ряду, на траве, среди работников ОКБ.
ТашГУ Искусство
Айбек
перевод с узб. C.Виленского и Я.Серпина
Заветное здание — Гордость Ташкента И слава. Победно рассеяв Над краем сгущавшийся мрак, К лучистому солнцу Оно поднялось величаво И светит народу, Как верный и яркий маяк. Стою перед ним И о сбывшемся думаю чуде, Гляжу на него я И глаз отвести не могу. Приходят сюда Молодые, пытливые люди, И новую смену Радушно встречает ТашГУ. Дерзайте, друзья! Ничего вам страшиться Не надо. Вы к свету высокому Здесь приобщиться должны — Шофер из Ургенча, Текстильщица из Ашхабада И юный строитель, Приехавший из Ферганы. Какие вершины Отныне вдали засверкали — Для вас он построен — Науки священнейший храм. Ильич завещал вам Идти в лучезарные дали. Здесь начался путь ваш — И путь этот светел и прям. Не в этих ли стенах Пребудет оно неизменно Во всей глубине И бесхитростной силе своей Великое знанье — От древних времен Авиценны До наших чудесных, Вошедших в историю дней!! И вы, озаренные ясным, Негаснущим светом, Его понесете По вашей весенней земле. В суровую пору О дне замечательном этом Мечтал наш Ильич, Ходоков принимая в Кремле. Людей исцеляя, Смиряя мятежные воды, В далекой разведке Багряный встречая рассвет, Быть ленинцем верным, Служить трудовому народу — Нет участи краше И долга достойнее нет. Заветное здание… Смех из распахнутых окон, Гляжу на него я И глаз отвести не могу. Дитя революции, Гордое солнце Востока, Грядущую смену Встречает радушно ТашГУ.
Обретение. Мемуары Рафаэля Кислюка. Часть десятая История
Началось раскрепощение так называемых спецвыселенцев. Делалось это, правда, нечестно. С них сняли клеймо, но возвращаться в родные места не разрешили. Наоборот, например, в Крым, на места бывших поселений крымских татар переселили людей с Украины. Практически, этот факт создавал в дальнейшем серьезные осложнения в межнациональных отношениях.
На комбинате произошла смена руководителя, вместо Бориса Николаевича Чиркова приехал Дмитрий Терентьевич Десятников. Весь коллектив очень переживал по поводу отъезда Чиркова, все его очень любили, он не делал подлостей, уважал людей и, по возможности, помогал.
1917 год Искусство
Мухаммад Али
перевод с узб. Н. Стрижкова
(Отрывок из романа «Вечный мир»)
* * *
В Ташкентской крепости переполох, Она в железном окруженье. И гарнизон ее морально плох, Коровиченко сам в смятенье. Грозит он карой, требует стрелять — Молчат сурово офицеры. Они давно лишились веры, Что крепость можно отстоять. Вот метко первый и снаряд упал (Михайлов крепко знает дело!). Испуганно глядит надменный генерал, И спесь с него совсем слетела. С Саперной слышен громкий шум и смех, «Ура!»— кричат на Госпитальной. Там веруют в победу и успех И штурм готовят генеральный. Бьет грозно Революция в набат, Вздымается девятым валом. И удержать ее накат Уж не под силу генералам!
Термез, часть 5. Мемориальный комплекс «Аль-Хаким ат-Термизий», продолжение продолжения. Усыпальница История Фото
Подходим к усыпальнице Аль-Хаким ат-Термизий.
Фотоклуб, середина 80-х Старые фото
Анвар Ходжаниязов опубликовал на Фейсбуке.
Массив Куйлюк-5, школа № 47. Фамилия мальчика на фото — Лимонов.
Фото by Sergey Kikhaev.
Что, где и когда? Старые фото
Пишет Олег Николаевич.
Фото Юлия Гертмана перекликается с этой фотографией почти на 100%. Разница лишь в подписи, но тем и интересней вписать магазин «Реноме» в географию города! Вперед, любители разгадывать что, где и когда.
Дирижабль или НЛО? Фото
Около Термеза висит в небе такая вот серебристая штучка.
Никто из местных жителей точно не знает, что это такое и с какой стороны границы оно находится.
Обретение. Мемуары Рафаэля Кислюка. Часть девятая История
Очень колоритной фигурой в литейном цехе был Константин Калиновский. Профессию литейщика осваивал на Ижорском заводе, но началась война, и он ушел на фронт, где попал в плен. Скитался по концентрационным фашистским лагерям до освобождения Советской Армией. Потом – наши лагеря ПФЛ. В Ленинграде у него осталась семья –жена и дочь. Жена отказалась от приезда на комбинат, хотя мы выделили Калиновскому отдельную квартиру.
В 1953 году с репрессированных за немецкий плен сняли обвинения, и Константин решил слетать в Ленинград к семье. Но тут с ним злую шутку сыграла давняя “дружба с Бахусом”. Это было осенью, период созревания винограда. Многие сами делали вино и ставили его в больших двадцатилитровых бутылях. Калиновский тоже, как и все, делал вино, и перед отъездом у него еще оставались две не выпитые бутыли. Он предпринимал все, чтобы освободить их. Прием был такой: через резиновую трубочку, лежа на кровати, с бутылью на столе, он пил до тех пор, пока рука не ослабевала держать химический зажим. Когда рука падала, зажим автоматически перекрывал трубочку. Костя старался все выпить до отъезда, но это ему практически не удалось, хотя отпил он, как в анекдоте, много.