Пишет Евгений Смехов.
Позвольте задать вам два вопроса, да простит меня Олег Николаевич за вторжение на его территорию. Вопросы очень простые, и думаю, что ответы на них найдутся сразу. Но дело, в общем, не в них, а в самих фотографиях.
Glasasha спрашивает, был ли кто-нибудь на этом представлении?
Есть ли у вас признаки интернет-зависимости? Как лечитесь? :-0)
Пишет Олег Николаевич.
В конце 60-х годов прошлого века я впервые услышал «эмигрантские» мелодии и песни. В эпоху песен типа «В коммунистической бригаде с нами Ленин впереди…», «Бухенвальдского набата», «Ландышей» и прочих «правильных» песен, вдруг такая неправильная и мятущаяся музыка! Виниловый диск, присланный из-за границы родителям моего приятеля, навсегда испортил мне вкус и отбил охоту всерьез воспринимать всю эту музыкальную шелупонь, заполнявшую программу «Маяк», радиостанцию «Юность» и эфир ЦТ.
Коллаж от mira gra. Много ли изменилось?
Фрагмент воспоминаний, полностью смотрите здесь.
Меня и еще двух товарищей — Моисея Полонского и Лазаря Эткина — направляли в различные города Средней Азии. Путь от Свердловска до Ленинабада растянулся на два месяца. По пути мы побывали в пересыльных тюрьмах Челябинска, Златоуста, Самары и Ташкента. Все это было мучительно тяжело. К тому времени, когда я прибыл в Ташкент, Евушка с Мишей уже давно были в Минусинске и работали. В Ташкентской тюрьме меня ожидало много писем от Евушки и родителей. Эти письма сохранили и передали мне товарищи, которых я совершенно не знал. Но меня помнил Яша Ольшанский, который к моему приезду в Ташкент был уже отправлен на Север. Остальные ждали очередного этапа, который должен был их отвезти из Ташкента в Сибирь. С большой радостью я перечитывал письма моей Евушки, полные любви и надежды на скорую нашу встречу.
Фото Шавката Болтаева.
Прислал Камил.
Помнишь ли товарищ этот дом?
Нет, не забываешь ты о нём.
Иногда мне снятся удивительные сны. Сны, после которых я всегда просыпаюсь с чувством какого-то щемящего счастья. Мне снится моё детство, в котором ещё живы папа с мамой, снятся друзья, кого-то из них уже нет на этой земле, а иные разлетелись по разным странам. Снится тот Ташкент, тот — одноэтажный, с тенистыми зелёными общими дворами, с раскалёнными летними улицами, по которым мы бегали, обжигаясь, босиком, в чёрных сатиновых трусах. Такая «униформа» была в те годы у ташкентских мальчишек.
Сегодня 61-я осень моей жизни — осень патриарха, и почему-то именно сегодня, в пасмурный осенний ташкентский день, уже не во сне, а наяву вдруг волнами стали накатывать на меня воспоминания — светлые воспоминания. И, слава Богу, что есть в нас потребность души в этой памяти. Так давайте же по волнам этой памяти проплывём по памятным местам моего детства и юности.
Далее в PDF-файле (длинный текст).
Анна Григорьевна Нисенбойм скончалась 13 ноября. Светлая память...
Печальную новость сообщила Л. Я Свердлина.
Об Анне Григорьевне у нас была статья «Формула Гёте».