Евгений, добрый день.
Перебирая архивные документы своей супруги, Элеоноры Голланл, нашел несколько фотографий её родителей, Эсфирь Ратнер и Федор Голланд. Посылаю первую «ласточку». Может быть кто-то и узнает своих родителей, дедушек или бабушек.
С удовольствием читаю Ваш (наш) сайт.
Алексей
Шиповник в Акташе, сентябрь 2013 года.
Более 30 видов шиповника собрал в горах Памира и Тянь-Шаня сотрудник Ташкентского ботанического сада, доктор наук Николай Федорович Русанов. Пять тысяч листов накоплено в его «розовом» гербарии – (по-латыни шиповник называется Roza).
Однажды – это было в 1994 году – он показал свое собрание засушенных роз гостям из Германии и Австрии. Группка была небольшая – всего четыре человека. Но когда они увидели такое богатство, наперебой заговорили о желании выкупить гербарий. Сумму назвали по тем временам громкую – 5 000 долларов США. По доллару за каждый лист гербария.
Фотография начала ХХ века.
Так, чего-то сегодня вспомнилось….
Была на рынке, увидела маленький еще пока что зеленоватый белый налив….
Яблоки такие. Не слишком распространенные в Узбекистане.
На мой взгляд, не больно-то и вкусные.
А вот было же….
Ужасно давно. Шестьдесят с лишним лет назад.
Моя радиоэпопея не закончилась на детекторных приемниках. Однажды вечером отец как-бы невзначай сказал маме: «Ты знаешь, вчера я был в гостях у друга. И вдруг в нашу комнату входит его сын и говорит: «Папа, говорит Ленинград, хочешь послушать?». Представляешь, его сын сам сделал радиоприемник! У меня аж дыхание перехватило от зависти!». Сейчас-то я прекрасно понимаю, что отец был неплохой психолог, и все это было сказано в расчете на то, что услышу я. И расчет оправдался: у меня тоже дыхание перехватило от зависти. И я тут же, позвав одноклассника, помчался во Дворец пионеров поступать в радиокружок. Не приняли, т.к. в школе мы еще не учили физику.
Но мы были упертые и через два года снова появились на пороге кружка. Преподаватель подробно объяснял работу колебательного контура, принцип действия радиолампы и прочие премудрости молодой еще радиотехники. Мы сообща делали несложный приемник для кружка. Конечной же задачей и целью каждого ученика была постройка собственного радиоприемника. За основу взята была слегка усовершенствованная схема самого лучшего тогда (название не вспомню). Усовершенствование касалось одной хитрости. Дело в том, что короткие волны тогда были разрешены только с 21м. Все иностранные «голоса» успешно глушились, и поймать что-либо интересное (не обязательно политическое, но и музыкальное) можно было только на волнах 17, 13, 11м.
Пишет Элеонора Шафранская в Фейсбуке.
Лариса Вячеславовна Шостко умерла. Земля ей пухом. У меня остались самые теплые воспоминания о ней. В 2011 г. встречалась с Л.В. Шостко, писала в жж (по просьбе таш. трудящихся копирую с сокращением сюда).
Встретилась с искусствоведом, известным в профессиональном мире далеко за пределами Узб-на. Лариса Вячеславовна Шостко – автор альбома о Викторе Уфимцеве.
Неожиданно получил заказное письмо от Николая Бондаренко — а в нем книжка стихов Аллы Широниной. Спасибо!
Татьяна Перцева.
Видите ли вы сны? Впрочем, о чем я? Сны видят все. Просто не все утром помнят, что им что-то снилось. Я знаю человека, который упорно твердит, что он исключение, и снов не видит. Это исключительно потому что за всю жизнь не запомнил ни одного сна.
Зато я, со своим запойным чтением, докатилась до того, что вижу не просто цветные, а сюжетные сны — телевизора не надо. Очень яркие, очень связные, иногда снится сладкое, и мое пожирание тортов и шоколада, чаще — целые рассказы. И очень часто снятся сны на повторяющуюся тему. Сюжеты разные — тема одна. Новый год сегодня, а я ничего не приготовила. Даже елки нет.
Я снова на работе, в режимном НИИ, и мучаюсь мыслью, что прошла без пропуска, а обратно меня не выпустят.
Одно время, лет пять подряд мне снился мой ташкентский одноклассник и друг Леня Миронов, с которым я так глупо поссорилась. Я очень долго пыталась его найти. И вот мне постоянно снилось, что мы встречаемся, и что я так счастлива, что он нашелся, и что больше мы никогда не поссоримся… Вот это чувство полного облегчения и счастья я испытывала во сне. Пока не узнала, что Лени нет вот уже столько лет, сколько мне он снился. Что теперь каяться, больше мы никогда не помиримся. А он ушел. И с тех пор ни разу не пришел ко мне во сне. Суеверие? Предрассудки? Я пишу, как есть. Ни разу.
На этой странице почему-то все фотографии Ташкента даны в зеркальном отражении, не ясно, как такое могло получиться?
