Пишет Олег Николаевич
Во времена гагаринского полета нам было едва-едва, чтобы понимать всю значимость того, что он совершил. Но всеобщее обожание и восторг от содеянного им создал такой ореол вокруг его личности, а его простота и в общем то досягаемость, как нашего обычного человека, делали нам его близким, практически родным нам человеком.
Из группы Ташкентский букинист.
Пишет Джасур Исхаков
Ташкентское землетрясение, которое произошло 26 апреля 1966 года, для нашего города стало определенным этапом, разделившим время. Очень долго, потом говорили: «Это было до землетрясения». Или наоборот: «Он родился после землетрясения». И, как значительное событие, оно имело свои драмы, свои трагедии, свои казусы, и свои смешные ситуации, ставшие городскими байками.
Опубликовано в группе Ташкентский букинист. Справа трамвай уходит на улицу Кафанова, слева обувной магазин, позади фотографа церковь и госпиталь. Наверное начало 70-х, так как четырехэтажный дом справа с гастрономом справа еще построен.
Прислал А. Бедер
Вечер и большая часть ночи с 25 на 26 апреля 1966 года ни чем не отличались от всех предыдущих.
В нашей квартире на 8-м квартале Чиланзара было трое – я, жена и полуторагодовалая дочь Татьяна. Где-то под утро (это позднее мы узнали, что было 5 часов 23 минуты). Сильный гул, ощутимый толчок и грохот упавшей металлической ванночки, в которой обычно купали ребёнка, разбудили нас. То, что произошло землетрясение, нам было понятно (жителям Ташкента не внове это явление, разве что более сильное, чем обычно). Никаких серьёзных повреждений не было, разве что с горки посыпались мелкие предметы. Как был в трусах, так и вышел на лестничную площадку, где уже были наши соседи – Эдик Корчевский и Гена Завьялов. Обменявшись впечатлениями, покурили и спокойно пошли досыпать.
Семейство Романовых к 1917 году кроме самого императора, его жены и детей насчитывало более 60 человек. Были среди них люди вполне достойные, были и не очень. Но об одном в семье Романовых старались даже не упоминать, потому что на нем висел грех из тех, что не прощаются.
1867 год. Николай Константинович в кругу родных. Слева направо сидят сестра Ольга и её жених Георг Греческий, мать — Александра Иосифовна. Нижний ряд: Великие князья Константин Константинович, Вячеслав Константинович и Дмитрий Константинович — младшие братья Николая Константиновича
Эта картина В. Подгурского продается на немецком сайте.
