Пишет ОлегНик:
В начале 1907 года большая группа ученых участвовала в наблюдении за солнечным затмением в районе Сулюкты – это угольные копи в горах Зеравшанской области в 20 км от станции Драгомирово (позже г. Пролетарск, недалеко от Ходжента – ныне и Сулюкта и бывш. Пролетарск на территории Таджикистана). В экспедиции принял участие и фотограф Прокудин-Горский, делавший для царского дома цветные фото в различных уголках империи.
Автор Владимир Соколов-Рудой
Светлой памяти моей мамы, Серафимы Лазаревны Тылиной
Мальчик с хрустом расправил бумажное горло пакета и раскрыл его. Всплыло дыхание персиков, винограда, свежей лепешки… Коричневая гладкая бумага, нагретая солнцем и мамиными руками, тоже пахла, старгородским базаром, и все это вместе сливалось в долгожданный запах родительского дня.
– Ужас, с каким трудом сегодня добиралась. Час ждала автобуса. Жара. Пока шла сюда – в переулках пылища как вода в наводнение, буквально по колено.
Мальчик вынул из пакета замшевый мягкий персик.
– Будешь, мам?
– Не выдумывай. У меня дома знаешь их сколько…
В жизни школьника буква «у» является основной бинарной оппозицией: Ученик-Учительница.
Оппозиция неровная, Ученик, он что? успевающий, удручающий.
А вот Учительница, Учредительница непреложной истины, Убедительница советского образа жизни, Усмирительница каверзных вопросов, а то и просто Удушительница детства. Мне повезло, я была успевающая, а плохие » У» настигли меня позже, в другой школе, в другом городе, в другой жизни.
В начальных классах у нас была замечательная учительница, молодая, красивая, стройная, хорошо одевалась, была терпелива и благожелательна. Идеал девочек. Королева принцесс. Пример примеров. Со своей тайной красивой и правильной жизнью. Портреты таких женщин должны быть в золотых овальных рамках в комнатах достойных домов и залах музеев.
Никто особо дату не вспоминает… свыкаемся с мыслью что его нет..
Скопировано из журнала zuzlishka, помечено тегом «Ташкент»… хотя дело и не в теге… Тоже ходил в детстве с отцом в знаменитую баню на Дархане, когда не был дома воды… Кому она помешала, теперь пустырь на ее месте…
Еще до всякой музыкальной школы, но уже после знакомства с зубным врачом, в моей жизни присутствовал регулярный ужас пятничной бани по причине отсутствия горячей воды дома вообще.
Уже само шествие в баню было позорным: большую холщовую сумку с полотенцами, трусами, вонючим банным мылом, страшным, как взрывчатка, и пыточной мочалкой, бабушка одевала как рюкзак.
С таким мешком ходил один грубый всегда пьяный нищий, которого мы все боялись. Поэтому бабушку было ужасно жалко.
А мне надо было тащить маленький тазик, настоящий китайский с яркими красными рыбками по краям. Но в такой день даже они не радуют.
Скопировано из журнала zuzlishka, помечено тегом «Ташкент», поэтому дает основания считать, что речь о нашем театре имени Навои. Хотя и так, без тега, все до боли узнаваемое…
Первый раз детская душа летит в оперу охотно.
Она доверчиво надеется увидеть клоунов, буратинов, пирожных и лимонад.
Она не ожидает всяких непостижимостей уму, громких звуков, протяжных криков, неуместного звона «литарвов» и других оглушающих орудий. Она не ожидает, что надо сидеть, как неживой, не смеяться и хлопать только со всеми.
Ну, что в носу ковырять — так это и на буратине бабушка не позволит, это даже и не осмелились бы.
Вы скажете, что меня опера не восхитила потому как пели не очень хорошо в провинции. Это неправда, они старались, пели громко и с выражением. Эта опера — само по себе нелогичное занятие: если надо что-то сообщить, то лучше быстро сказать, чем долго петь. И нечестно: все уже поняли и догадались, а делают вид, что не ожидали и несказанно удивлены. Или якобы не слышат, если, отвернувшись, поют. Но вежливо: ждут, когда другие допоют и не перебивают.
Сегодня в филиале Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова в Ташкенте учатся более 300 студентов.
Пишет ОлегНик:
Комментарий к комментарию на “Продолжаем прогулку по ТашМИ”
МК: Вход, лестницы и балкон-крыльцо 2-го этажа – аутентичные. Навес на столбах построен недавно. Относительно… 20 лет назад его не было. Вид портит…
Добрый день, дорогой Евгений, большое спасибо за «Письма ташкентцев». Получите еще одно, пожалуйста.
Я родился и прожил сорок лет в Ташкенте.
Работал в ФТИ, семь лет жизни вложил в Большую солнечную печь, построенную в Паркенте. Как она, все еще греет? Кого, интересно?
В Ташкенте же начал писать. Изумительный редактор Вадим Новопрудский, издательство «Ёш гвардия», альманах «Молодость» — Вам это что-то говорит? Был дружен с Сашей Файнбергом, и очень — с Диной Рубиной, а со светлой памяти Мариком Вайлем жил дверь в дверь на проспекте Космонавтов.
В 20-30-е годы Советский Союз вел на своих южных и восточных рубежах весьма активную внешнюю политику, которая не ограничивалась исключительно дипломатическими средствами. Для укрепления своих позиций в Афганистане использовались не только привычная для органов разведки агентурная работа, но и операции специальных войсковых групп, которые велись на территории сопредельных государств.
В сентябре 1924 года в Кабул прибыли советские летчики. Они были приглашены правителем Амануллой Ханом для оказания помощи афганской армии, которая вела напряженную борьбу с повстанческим движением в центре страны. Эмир надеялся закончить подавление восстания до зимы. Великобритания заявила протест по поводу принятия на службу наших летчиков, однако он был оставлен Амануллой без внимания.1