MyTashkent.Uz Banner
#нетвойне
#bizgatozahavokerak

Песня о Ташкенте Искусство

5

Борис Кример
2007 год.

Прислала Л. Я. Свердлина.

Не смею возразить,
Что тут дороговизна,
Что можно за озик*
Тут голову сложить.

Что этот город - муть,
Базарная отчизна, -
Как палец вам загнуть,
Так мне в Ташкенте жить!

О Ташкент, весёлый город:
Шашлыки, люля-кебаб,
Тюбетейки, яблок горы
И штаны** у местных баб!

Здесь 101 трамвай
И 101 автобус,
Смотри, не прозевай,
Проедешь свой дувал.

Здесь 100 рублей - не 100,
И фрак английский - роба,
Но жил напрасно, кто
В Ташкенте не бывал!

Мне мила твоя персона,
В ней смешались все подряд:
И еврей из-под Херсона,
Сибиряк и азиат.

Я рот открыть не смог,
Чтоб спеть о впечатленье,-
Язык мне перец сжёг,
И слёзы льют из глаз.

Без лести и хулы
Вы знать хотите мненье?
Спросите у муллы,
Когда придёт намаз:

О Аллах, шепни-ка небу,
Пусть не сбросит самолёт,
Кто в Ташкенте раньше не был,
До него - пускай живёт!

* озик (узб.) — товар.
** штаны — цветастые узбекские шаровары.

Встреча Искусство

Нина Татаринова

Ташкент,
Ташкент,
о, сколько раз
тебя звала я  
на чужбине,
тепло твоих
восточных глаз
и благородство
мягких линий.
Ташкент,
Ташкент,
ты мне, как брат,
в беде
протягиваешь руки...
Нет,
ты никак не виноват
в изранившей меня
разлуке.
Ты стал
отныне для меня
желаннее любого края.
К тебе
припала сердцем я,
и вот —
не мертвая —
жива я.

Эвакуация авиазавода из Химок в Ташкент 1941 История Разное

1

Пришло письмо. Вся надежда на посетителей сайта…

Здравствуйте!
Мне порекомендовали обратиться к вам… Может вы сможете помочь… Мы хотим найти людей родных или друзей или просто близких, потомков тех людей, которые погибли на земле Куровского района в ноябре 1941 при эвакуации.

5 ноября 1941 г. при эвакуации авиационного завода из Химок в Ташкент эшелон с людьми и оборудованием был расстрелян с немецкого истребителя.Произошло это  на перегоне Куровская — Авсюнино, что в 100 км от Москвы по Казанской жд…
Братская могила убитых эвакуированных граждан находится между деревнями Селиванихой и Авсюнином.»
В этой братской могиле захоронено более 70 человек.
Раненых доставляли в Рудневскую и в Дороховскую больницы.
Могилы, кто умер в Рудневской больнице есть на сельском кладбище с. Рудня-Никитское.

В 80-ые годы приезжала целая делегация из Ташкента.
Это были родственники тех , кто там погиб.
Потом местный краевед Андриянова Устиния Григорьевна держала с ними связь , но связи с развалом СССР всё прервалось.
Хотелось бы найти тех людей , которые сюда приезжали из завода.
Или тех кто знает… Если вам что известно, то сообщите…

Улица Искусство

Борис Пармузин

Поэты,  давайте  названия  улицам
поярче, позвонче, повеселей!
Мы знаем, что нам никогда не забудется
улица Двенадцати тополей.

Совсем коротышка, почти как подросток,
радость свою ты дарила другим...
И молодость шла к тополям твоим в гости,
где с каждым метром дороже шаги.

Менялись песни...
Что сделаешь — мода!
Ты не запомнила всех голосов.
Но были полны тополиные своды

полетом древних, немеркнущих слов.
Никто не пытался здесь разобраться,
небрежно на ствол опираясь рукой:
сколько деревьев, все ли двенадцать?

Будто бы вечен зеленый покой.
По давним традициям
метнула ветви
вверх, закрывая дома.

Конечно, нужно родиться поэтом,
чтоб улица песню признала сама.
И пусть от сырца нет малейшего следа.
(Случилась беда — не придумаешь злей!)
Пусть вечно останется добрым соседом
аллея Двенадцати тополей.

Двадцать дней без войны История

1

Из воспоминаний Ю. Никулина.
Весной 1975 г. съёмочная группа фильма «Двадцать дней без войны» долго искала вокзал, внешне похожий на ташкентский военного времени. Более всего подошла одна из станций Калининградской области. Во время съемок вокзал преобразился: сменилась вывеска, по перрону ходят узбеки в халатах, к забору привязан верблюд… Группа снимала, а вокзал продолжал работать.
Подошел поезд дальнего следования. В нем возвращался из краткосрочного отпуска молоденький солдатик. Накануне после проводов его впихнули в вагон, где он всю дорогу спал. Вышел из вагона, глянул на вокзал, увидел вывеску «Ташкент», бросил чемодан на землю и заплакал навзрыд: «Все, будут судить за неявку в срок!». Разъясняли ему минут десять, что приехал он куда нужно. Счастью не было предела, тем более что Людмила Гурченко подарила ему фотографию с автографом.

Май 1975 г.