Трясёт, однако! Разное
Пишет Олег Николаевич
Как вам климат, господа ташкентцы? Вот сегодняшнее землетрясение и, однако, совсем недалеко от нас…

Пишет Олег Николаевич
Как вам климат, господа ташкентцы? Вот сегодняшнее землетрясение и, однако, совсем недалеко от нас…

(7.02.1884, Петербург — 11.05.1961, Ташкент), библиограф, в ПБ 1930—38.
Из дворян, отец и мать врачи. Окончил в Петербурге гимназию К. И. Мая и в 1912 поступил на юрид. фак. Петерб. ун-та. В ун-те участвовал в студ. библиогр. кружке, слушал лекции Н. М. Лисовского по книговедению. В период обучения в 1913—14 работал иностр. корреспондентом в страховом о-ве «Россия», занимался репетиторством. По окончании ун-та в 1918 поступил в Петрогр. фото-кино-к-т на должность юрисконсульта и зав. общим отд. В 1920 выехал в Кисловодск, где работал техн. секр. горнотехн. комис. окружного Совнархоза, затем в горном отделе Кавказской труд. армии. В 1922—23 — в Москве, служил в Центр. упр. горного надзора и в б-ке Гл. горного упр., в Туле, управляющим делами Артемовского горного карьера. В 1923 возвратился в Петроград, поступил на службу в Петрогр. отд-ние Центрархива, где работал архивистом III отд-ния юрид. секции (б. арх. МВД).
Андрей Караваев:
Почему-то я люблю эту фотографию. Каждый день ехал на учебу в техникум и все думал, дай сниму на фоне всходящего солнца тогда еще строящуюся в Ташкенте телебашню. Да и трамвай 27 номер под стать картинке и излучина рельсов. Остановка кажется Агрегатный завод, а может и ошибаюсь. Это 1980 год, ребята, и наш Ташкент.

Опубликовал Аркадий Решетов
Автор Геннадий Киселёв.

Моё сознательное детство пропылило в районе Ташкента, прозванном в народе «Кашгаркой». Даже для такого «криминального» города, каким мне виделся в те годы Ташкент, это был знаменитый своей отчаянной шпаной район. Местные ребята на какой-нибудь глухой окраине уважительно расступались сумеречным вечером, стоило произнести: «Я с Кашгарки!»
Центром её было пересечение двух улиц: имени Ленина и, ныне забытого борца за свободу трудящихся Востока, некого Лугина. Эпицентром же считалось печально известное заведение водочного короля дяди Никанора. В долг он отпускал любое количество чекушек водки. Но на другое утро в магазинчике разыгрывалась неизменная сценка:
Опубликовал Сергей Пряхин

Опубликовал Т. Кузиев