Как пузырек в газировке, Душа поднимается вверх. Уходит, оставив сроки, От прожитых ею вех. Уходит от притяженья... От тяжких страстей земных. Уходит от силы тренья Надежд и потерь своих. В прозрачном небе все выше... Туда, где далекий свет На зеркале сна напишет, Что смерти на свете нет.
Это стихи ташкентского автора, ведущего ЖЖ под ником bach-128 — почитайте, все стихи красивые.
Александр Гринблат (Кливленд, США), для Писем о Ташкенте
Из ледниковых гор несут прохладу Салар, Анхор, Бозсу и Карасу, Воспоминаний горькую усладу Тебе, читатель, я преподнесу. На фотографии – десятый, выпускной, Серьезными мы были, несомненно, При нас – Ильич с протянутой рукой И Кырламырла факелом нетленным. Рассеяла по свету, разбросала Злодейка, эмигрантская стезя, Меня совсем немного потрепало, Но причитать нисколечки нельзя. Листаю прошлое, тоскую о Ташкенте, Его аллеях, парках, площадях, Беспечной юности приятные моменты Напомнят о несбывшихся мечтах. Пока живу, болею ностальгией, На память, фото бережно храня, Из бытия ташкентского, любые Картины прошлого преследуют меня. Как в кадрах кинохроники – Алайский, Кашгарка, Тезиковка, Бадамзар, Болгарка, Госпитальный и Фархадский, Саперная, Паркентский, Чиланзар, Куйлюк, Дархан и старое ТашМИ, Гостиницы “Ташкент”, “Узбекистан”, Театры “Навои” и “Мукими”, Высоковольтный, Домбрабад, Сагбан. Как будто глину намесил гончар Евреев и казахов, турок, греков, Армян, корейцев, немцев и татар, Таджиков, украинцев и узбеков. Ласкаю взором разноцветный балаган – Дворцы, дворы, дувалы из самана, Вдыхаю запах плова из чайхан, Самсы, шурпы, лепешек и лагмана, Манты, кукси, галушки, бешбармак, Чанахи, лобио, долма, фаршмак, Немецкие сметанка и каймак - Все это был неповторимый смак. Нас старший брат – язык объединял, Великий русский, это – вне сомнения, Не зря Шараф Рашидович писал Про межнациональное общение. Да, время быстро все переменило, Стерев границы, грани бытия, Жестоко со своей оси сместило, И вот, фотоальбом захлопнул я… Цветущий сад, Восточная столица, Люблю и помню, все же мы - родня, Горжусь, что довелось в тебе родиться, Так жаль, тебе теперь не до меня...
Вспомним зиму… Фото Дмитрия Данилова из его ЖЖ
Пишет Тамара Мельникова в своем блоге на мейл-ру:
я люблю мой город! я очень люблю ташкент! да, патриотка! да, идиотка! и пожалуйста!
урючина в цвету, как сто веков назад. сиянье черных глаз, ичиги и халат. горит восток зарей, чинары, тополя, в горах миндаль цветет. волшебная земля. ковры из лепестков, прекрасен старый сад. восточный господин, весенний цветопад. чуть слышный ветерок, спешит куда то сай. таинственный восток. непостижимый край. ташкентские дворы, кусты цветущих роз. здесь крики детворы, и сладок привкус слез. на рубеже времен, повязаны судьбой. к тебе я на поклон, да в землю головой. бессонный соловей, спать нынче не дает. зеленый чай налей... в дали дутар поет.
С табачными изделиями в позднем СССР дело обстояло далеко не самым плохим образом. Разумеется, если говорить о качестве сигарет, то оно было весьма скверным, зато сортов было много и продавались они до 1987 года повсеместно и регулярно. Потом, правда, начались серьезные перебои, а в 1990−м и вовсе случился масштабный табачный кризис — с многочасовыми очередями и толпами возмущенных курильщиков, в гневе перекрывающих улицы. Впрочем, этот период мы трогать не будем, а вспомним о «золотой осени» советского режима — начале-середине 80−х.
Начать, наверное, стоит с того, что в большинстве случаев «советские» сорта сигарет сильно отличались от того, что под теми же названиями выпускается сейчас. Как правило, они были крепче и грубее на вкус (сейчас почти всюду подмешивают табак «вирджиния», а тогда использовали почти исключительно отечественные сорта табака), и у них была одна очень важная особенность — они не прогорали. То есть почти вне зависимости от сорта, если сигаретой не затягиваться во время разговора, то она просто тухла. Кроме того, качество сигарет сильно зависело не только от марки, но и от завода. А часто и от партии. Многие партии были просто «мокрыми» и их приходилось не только разминать, но и подсушивать (на батарее, например).
С Днем рождения, Великий Пушкин!
Панорама Ташкента, центр.
Выложил на юФоруме Леонид Хрисанфов.
Вид от лодочной станции на остров и центральный вход. Фото 1955 года. Сейчас все порушено — перил нет, лодок нет — только катамараны.
Пишет Элеонора Шафранская:
30 мая Дина Рубина, наша ташкентскя землячка, встречалась с читателями в московском книжном «Библио-Глобусе» на Мясницкой. Народу было… — огромная толпа. Поводом для встречи стал новый роман Рубиной «Почерк Леонардо» (к Ташкенту отношения не имеющий, но, тем не менее, блистательный, рекомендую). Среди окруживших плотным кольцом (пробиться поближе было невозможно) писательницу, конечно же, было много ташкентских лиц. Потому и вопросы нет-нет, а сводились к Ташкенту. В частности, был задан вопрос по поводу экранизаций. Думаю, для Ташкента — знаковый час: уже запущен проект по снятию сериала по роману Дины Рубиной «На солнечной стороне улицы»!
Из толпы прозвучал вопрос — а где же будут снимать фильм, ведь того Ташкента, который описан в романе, нет в живых? Имелись в виду, конечно же, сквер с Карлой, кинотетатр «Тридцатка», библиотека им. Навои на бывшей площади Ленина, сам Ленин, Госпиталка и еще много-много топосов, о которых повествуется в романе, но которые остались только в памяти старожилов и покинувших город. «Может, в Фергане?», — сказала Д. Рубина, которая, отдав роман киношникам, в общем-то, устранилась, что и естественно, от всех технических проблем.
Думаю, что не только почитатели Рубиной, но и все, с городом связанные (прошлым и настоящим), будут с трепетом ждать ностальгического фильма.
Есть, оказывается, и такой сайт Орнитологические территории Узбекистана, случайно узнал.
