Inessa Pershman

Выбирал я помидоры с лотка в овощной лавке на Брайтоне. Вдруг слышу за спиной однозначно старческий, но все еще энергичный голос:
— Посмотрите на эти помидоры, Семен Маркович, — разве это помидоры? Это говно.
Я еще раз присмотрелся к помидорам. Вполне хорошие помидоры. А голос продолжал:
— Помню в 43-м долечивался я в Ташкенте после ранения. Молодой был, деятельный. Бездельничать было скучно. Нашел работу в проектном институте по водоснабжению. Вышел на меня председатель колхоза и попросил сделать ирригационную систему. Я сколотил бригаду. Составили смету, разработали проект. Потом я как фронтовик раздобыл трубы.
Когда вода пошла, председатель чуть не плакал от счастья. Пригласил всю бригаду и устроил праздник, по-ихнему той. Зарезали барашка, накрыли дастархан с пловом (это в 43-м!), ну, выпивка само-собой.
И еще, после этого дня мы стали встречаться с моей Густой. Тут тоже целая история. Родители у нее были верующие. Я, офицер Красной армии, им видите ли не подходил потому что в окопах сало ел. Им нужен был раввин. Но она все равно вышла замуж за меня. Даже представить трудно сколько с тех пор лет прошло. – голос затих и после длинной паузы зазвучал снова, — Семен Маркович, о чем мы говорили?
Ответа не последовало. Я не выдержал и довольно громко сказал:
— Помидоры…
— Да, помидоры, — подхватил голос, — Так вот на этом празднике подавали помидоры. Я их до сих пор помню. Крупные, с каким-то лиловатым отливом.
— Так то, я вам скажу, были помидоры, а эти – говно.