Лидия Козлова
Театр им. Навои совершенно справедливо был королём послевоенной фотолетописи! Снимок очень ранний. Хотя строения Воскресенского Базара уже снесли, но ФОНТАНА ещё не видно! Видимо, чаша есть, а «хлопковую коробочку» ещё не установили?
Он создавал самолёты, которые считаются одними из лучших в мире. Среди них незаменимый транспортник Ил-76, а также пассажирский Ил-96.
Фото Andrejs Kovaļovs
Фото Александр Вяземка из канала Фотолента UZ.
Ко Дню сотрудников органов внутренних дел.
Печальная новость, ушёл их жизни знакомый многим журналист и писатель Александр Фитц.
На нашем сайте 24 материала, связанных с ним.
По моей просьбе Александр прислал в электронном виде свою замечательную книгу «Легенды старого Ташкента и другие истории», очень рекомендую, если кто ещё не читал. Прочтите или перечитайте, это будет лучшей памятью о хорошем человеке.
Наши соболезнования родным и близким.
В жизни бывают такие люди, с которыми, чем больше разговариваешь, тем больше хочется говорить. Стоя перед ним лицом к лицу, гордишься возможностью насладиться его мудрыми словами.
Это опора нашей Родины, люди с высокой верой и убеждениями, преданные делу процветания нации, подлинные университеты человечности, образцы воспитанности и нравственности. Мирзагани Искандаров был одним из таких людей.
Опубликовал Bakhodir Ergashev
Фотограф Andreas Varnhorn.
Надира Хидоятова пишет в ФБ
Доброе утро, друзья. Вчера в комментариях под статьёй о басмачах почему-то перешли к Хамзе Хакимзода. И один неприятный человек, сам того не желая, сделал весьма полезное дело — дал ссылку на статью Наима Каримова, который подробно описал, что послужило причиной смерти Хамзы.
Я безапелляционно верю Наиму Каримову, человеку, который всегда работал только с первоисточниками. Мне посчастливилось знать его лично. К сожалению, Наимака покинул нас в прошлом году.
В этом посте я кратко перескажу суть его исследования. С моей точки зрения, это очень интересно.
Автор: Амир Абдиров
Сергей Есенин прибыл в Ташкент в начале мая 1921 года и провел там около трех недель. По воспоминаниям современников, поэта манил не столько «Ташкент — город хлебный», сколько Ташкент как ворота на Восток. Его поездка в Туркестан и была своего рода бегством на восток: во-первых, он давно мечтал увидеть эти края, а во-вторых, в то время он скрывался от скандала, связанного с нелегальным изданием своих «хулиганских» стихов.
