Пишет в своем ЖЖ знакомый нам по предыдущим публикациям Алексей Протченков из Питера (он сейчас снова в Ташкенте).
Я давно хотел посмотреть как делают узбекские лепешки. Несколько дней назад — посмотрел. Теперь предлагаю и вам.
Гуляя на прошлых выходных по Бухаре, я увидел низкую дверь с понятной даже иностранцу (не такому как мне, а совсем иностранцу) вывеской.
В чем особенность именно этого плова может расскажу чуть позже. Вопрос к знатокам фотомастерства: какие замечания к фотографиям? А «самаркандскость» заключается в том, что сначала выкладывается рис…
Пишет Татьяна Перцева. Начало здесь.
Правда, что Алайский много раз строился и перестраивался, и, конечно, есть люди куда лучше меня помнящие довоенный, военный и послевоенный Алайский. Но ведь и я помню. Алайский своего детства и юности. Почти досконально помню. И помню, что когда-то тот круг, где «сходились» книжный, ювелирный и культтоваров, был засажен канами. От него вместо более поздних овощных рядов тоже цвели каны, до самого мясного павильона. Да и сам павильон был. построен позже, на его месте был деревянный. Но и тогда там продавали мясо, рыбу и молочные товары. Каких же огромных толстолобиков там выкладывали на прилавок: чистые акулы. И белого амура. А еще в Аму-Дарью напустили мальков змееголовки, что было ужасной ошибкой: взрослые особи оказались хуже щук, и безжалостно уничтожали рыбу. Очень противные на вид, действительно змеиные головы.
Пишет Татьяна Перцева. Окончание здесь.
… и чушь прекрасную несли.
Какая же умница Юнна Мориц. Когда мы были молодыми… и сколько же чуши несли. Пусть чуши, но молодыми же! И я не согласна с нашим уважаемым ЕС, когда он говорит, что не любит пенсионеров, постоянно ноющих, что раньше было лучше. ЕС, ну, конечно, лучше! Раньше сахар был слаще, солнце — ярче, цветы душистее, сквер — с чинарами, мужчины — мужественными, женщины — преданными…. И все по одной причине.
ТОГДА мы были молодыми. Вот чего нет, того нет. И уже точно не будет. Как бы мы ни пыжились.
И как бы мне ни твердили, что все города меняются, ностальгия-то остается! И добро бы у меня одной! Имя нам — легион, и ностальгия такая подлая штука, что никакими лекарствами не излечишь. Никакими фильмами и снимками не заглушишь. Хуже карасину, — как утверждал герой одного мультика. Правда, речь шла не о Ташкенте…. Но ведь и Ташкент был такой один. Иначе, почему я, сорок лет живущая в другой стране, не могу ни забыть, ни отпустить? Почему мой друг и ровесник Саша Морозов, которого лет в десять или одиннадцать навсегда увезли из Ташкента, жадно читает все публикации о том времени? Почему мой одноклассник Баходыр Умаров, ныне живущий в благополучной Швеции, пишет и пишет мне письма, в которых так и стынет тоска? Почему моя покойная сестра твердила, что никогда, ни за что не уедет оттуда?
Автор автор фото Юлия Пак, страничка с фото: http://foto.mail.ru/mail/lil-pak/_myphoto/134.html#104
Рассказывает Ефим Соломонович.
От Хадры до Кукчи, если добираться на восьмом трамвае , то надо было проехать восемь долгих и восемь таких коротких остановок. Всё зависело от того сколько у тебя было времени, и куда ты собираешься ехать.
Раньше на площади Хадра располагался трамвайный парк, который давал работу сотням людей и куда трамваи заезжали после окончания смены, в депо трамваи отдыхали в кругу вожатых и кондукторов, их там мыли , латали и утром они снова медленно, с достоинством выезжали из парка, чтобы собирать людей и отвозить их по разным маршрутам. Хадра для кукчинцев была одной из главных площадей Ташкента. На Хадре, во время праздников Ураза — Хайит ( Праздник разговения ) и Курбан — Хайит ( Праздник жертвоприношений), с утра обычно было столпотворение, народ приводил своих детей на Хадру, для чтобы порадовать их в праздничный день всякой всячиной, на площади продавались детские игрушки, разноцветные воздушные шарики, разные сладости, какие — то ненужные, но красивые безделушки, свистульки жестяные, а также свистульки из глины.
Уже давно стало историей. Как и трамвай в центре города. Это была конечная остановка маршрутов №№ 1, 3, 5 и 13.
Посмотрите на фото, видны рельсы еще и от старой, узкой колеи.
Фото отсюда.
Уважаемый Евгений, здравствуйте!
На вашем сайте как-то был материал о дореволюционных фотографиях Ташкента. У меня в фотоархиве сохранилось фото моей бабушки Берты, которая, к сожалению, умерла за два месяца до моего рождения ещё в 1950 году. Попытался отсканировать лицевую и обратную стороны фото. Качество неважное, но всё же видно, где сделана фотография и дата то ли 1911 или 1912 год. Семья бабушки приехала в Ташкент в конце XIX века и по рассказам моего папы, которого то же, к сожалению, уже нет в живых, им принадлежал дом, в котором позже находилась школа Nr. 2. Вроде бы на первом этаже этого здания располагалась то ли мануфактура, то ли какой-то магазин, а на втором этаже жила семья моей бабушки, т.е моего прадеда по фамилии Брозгольц. Документальных подтверждений этому не сохранилось, только рассказы папы и сам он учился в этой школе. Если сочтёте нужным, то можете выставить фото на Вашем сайте.
Автор Николай КРАСИЛЬНИКОВ
Гафур Гулям (1903 — 1966) народный поэт Узбекистана, лауреат Ленинской премии, в обычной жизни никогда не пребывал в «Башне из слоновой кости» и к нему никак не подходил, как нынче бы сказали, «гламурный глянец». В общение он был прост, доступен, а в кругу близких друзей-единомышленников — просто непревзойдённый шутник и аскиябоз, каких — поискать!