Космические мозаики братьев Жарских Tашкентцы Искусство Фото

Автор статьи: Fotima Abduraxmanova

Ташкент 1966 год. Сухая статистика СМИ — “ 26 апреля в 5 часов 22 минуты 53 секунды в Ташкента произошло землетрясение с силой толчков более 8 баллов по шкале Рихтера и магнитудой 5,3. По мнению сейсмологов, разрушительная стихия подземного удара была колоссальной, и от полного уничтожения город спасло только то обстоятельство, что очаг катаклизма залегал на относительно небольшой глубине — от 3 до 8 километров под землей, благодаря чему вертикальные волны не распространялись далеко и быстро затухали. Зона максимальных разрушений, тем не менее, охватила 10 квадратных километров в центре столицы тогдашней Узбекской ССР.

Подверглись разрушению более 2 миллионов квадратных метров жилой площади, 236 административных зданий, около 700 объектов торговли и общественного питания, 26 коммунальных предприятий, 181 учебное заведение, 36 учреждений культуры, 185 медицинских и 245 промышленных зданий. Без крыши над головой остались 78 тысяч семей или свыше 300 тысяч человек из проживавших тогда в Ташкенте полутора миллионов.”
Восстанавливать Ташкент приехали со всего Советского союза десятки тысяч строителей, архитекторы, инженеры.
В Ташкент, на восстановление города, приехали так же Петр и Николай Жарские, которые устроились работать художниками на завод железобетонных изделий. Чуть позже приедет и Александр.

Братья Жарские

На заводе железобетонных изделий, они стали разрабатывать эскизы мозаичных панно для отделки многоэтажных зданий. Типовые застройки получали индивидуальность, город становился узнаваемым и неповторимым. Традиция мозаичных украшений прижилась, и сегодня мы встречаем не только фасады и карнизы, но и декоративные панно у подъездов, фонтаны, купола и целые станции метро, отделанные стеклоплиткой.

Первый такой дом с мозаичным панно появился на улице Мукимий. Автор этой мозаики, художник Петр Васильевич Жарский.

Самое первое мозаичное панно в городе. Автор: Петр Жарский

Конечно же, это панно не появилось само по себе — и сам эскиз рисунка, и саму технологию создания мозаики, надо было в первую очередь согласовать с градостроительным руководством. Петр Васильевич пришел на согласование к главному архитектору института Ташгипргор, Юрию Георгиевичу Мирошниченко.
Из воспоминаний Юрия Георгиевича: «Ко мне на согласование пришел странный-странный человечек, в очках, с рыжей бородой, волосы кудрявые, худой, маленький, с большими голубыми глазами, культуры общения необыкновенной. Является. Я сижу в кресле, я главный архитектор института, показывает эскизы, на которых изображены какие-то человечки… Я смотрю на него и думаю, что это за явление такое? И понимаю, что это не ташкентский, не местный, внешний вид полностью его выдавал. Странный человечек представился, сказал, что работает художником на домостроительном комбинате: «Вот мы хотим предложить…». Я говорю: «Откуда вы взялись?» Я долго с ним разговаривал, эта работа была совсем не к месту, она никак не вязалась с нашим менталитетом, я долго его убеждал, мы долго с ним разговаривали. В результате я взял и просто подписал! Подписал с такой мыслю — посмотрим, что будет дальше! Во-первых, это было сделано очень грамотно, очень красиво, но это был не наш стиль, и мне захотелось привязать этого человека к Ташкенту. И потом, он еще приходил и приходил». Таким образом, Юрий Георгиевич, одним росчерком пера, полюбопытствовав и рискнув — дал возможность творить, творить и еще раз творить братьям Жарским и сделать Ташкент поистине уникальным и неповторимым.

Как же создавались эти мозаики? Немного о технологии. У братьев на домостроительном комбинате была огромная мастерская, большой светлый зал. Одна стена была полностью глухой и на ней братья вывешивали свои эскизы. Эскизы рисовались углем на полу, на скрап-бумаге. Размер эскиза и панели, примерно был 3х3 метра. Готовый эскиз они переносили в цех, где на маленьких табуреточках сидели женщины-наборщицы и наклеивали лицом вниз плиточки. Плиточки клеились по цветам, которые были указаны на эскизе. Размер плиточек был 5х5 см, часто использовался бой от плиток. Между плиточками образовалась щель в несколько миллиметров. Таким образом, вся картина делалась лицом вниз. Когда заканчивалась работа, никто не мог сказать — ошиблись наборщицы или нет. И только, на готовой панели можно было увидеть ошибки. И тогда, можно было сбить и заново специальным клеем приклеить плиточки. Затем готовая трехметровый готовая панель сворачивалась и отвозилась на формовочный цех, где на формовочные столы бумагой вниз клались заготовки, затем щели и задняя часть плиточек заливались бетоном, и таким образом получалось крепкое сцепление, затем отформованную панель ставили вертикально и смывали и щетками соскабливали бумагу. Получалась готовая, очень аккуратно сделанная панель. Аккуратность в работе, была особенной чертой братьев Жарских.

Творчество братьев Жарских, отражено в научных труда немецкого архитектора Филиппа Мойзера. 12 лет он посвятил изучению типовой советской застройки, исследуя её в том числе и в центрально-азиатских городах. Филлип Мойзер с интересом исследует такой феномен, как мозаики на жилых панельных девятиэтажках. Филипп был лично знаком с Николаем Жарским, который делился с ним рабочим материалом своих эскизов, и это затем публиковалось в таких книгах, как “Сейсмический модернизм. Архитектура и домостроение советского Ташкента”, “Эстетика пустоты. Современная архитектура Центральной Азии” и другие книги изданные на немецком языке.

Филипп Мойзер. Источник: http://archsovet.msk.ru

Собирая свою коллекцию мозаик, я стала обращать внимание, что мозаики отличались по стилистике оформления, сюжетной линией, манере исполнения. И мне лично стало интересно, кто из братьев автор той или иной мозаики. Конечно же, при личной беседе с Юрием Георгиевичем Мирошниченко и вдовой Николая Васильевича — Валентиной Алексеевной, я знаю теперь точно кто автор мозаик. Но как мне сказала Валентина Алексеевна: “не надо их разделять, это был творческий тандем трех братьев!”.

И еще, для меня оказалось открытием. Я всегда думала, что Жарские создавали только мозаики, и не более. Но как оказалось, сложные узоры в виде рельефа на панельных домах, это тоже авторские работы братьев Жарских.
И одно из моих заблуждений. Я была твердо убеждена, что братья Жарские создавали мозаики только для жилых девятиэтажных домов, но как оказалось, что моя самая первая, сфотографированная мозаика с которой началась моя эпопея и любовь к мозаикам, расположенная на торце пятиэтажного дома, бывшего общежития от ирригационного института — это работа Николая Васильевича.

Работа Николая Жарского

Это все, что я смогла узнать о творчестве братьев Жарских.
Работа проводилась для пабликов “Мозаики Узбекистана” и “Ташкент строится”. Походы осуществлялись в рамках группы “Шагаю по Ташкенту”.

Отсюда.

Like
Like Love Haha Wow Sad Angry

1 комментарий

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.