Художественные вузы Ташкента: там, где творчество и не родится? Искусство Разное

Искусствовед Виктория Ерофеева о главных недостатках образовательной программы института им. Бехзода.

Искусствовед, арт-менеджер художественной галереи «Zero Line», выпускница 2016 года образовательной программы «теория и история изобразительного искусства» Национального института художеств и дизайна им. К. Бехзода Виктория Ерофеева о том, как обстоят дела и в чем заключается проблема в образовательном процессе в «главной кузнице» искусствоведов и культурологов страны.

В июле 2018 года Государственная инспекция по надзору за качеством образования при Кабинете Министров опубликовала рейтинг вузов Республики Узбекистан. Для участия в рейтинге, который основан на анализе 23 индикаторов, было отобрано 57 государственных вузов. Национальный институт художеств и дизайна им. К. Бехзода (далее НИХД — примеч. ред.) оказался в десятке худших вузов, заняв 55-е место из 57.

В связи со сложившейся ситуацией хотелось бы указать на несколько особенно проблемных зон в системе образования в НИХД.

Неграмотно составленный учебный план

Учебный план — краеугольный камень многих проблем образовательного процесса в НИХД. Неправильно составленный и не отвечающий современным требованиям учебный план приводит к следующим последствиям:

1) Огромные пробелы в изучении искусства XX и XXI веков

В среде художников можно услышать присказку «от бизона до барбизона» , которая как раз и отражает методику преподавания западно-европейского искусства в наших художественных вузах («бизон» – символ наскальной живописи первобытных людей, которые часто изображали бизонов, а «барбизон» – отсылка к Барбизонской школе живописи- группе французских художников-пейзажистов, которые работали в начале 19 века и стали предшественниками импрессионистов — примеч. ред.). Внимательное и детальное изучение истории искусств заканчивается XIX веком, в то время как огромное количество школ, направлений и течений ХХ века рассматривается лишь поверхностно, а что происходит в XXI веке — практически не обсуждается. Происходит это, во-первых, от нехватки времени; распределение учебных часов таково, что к XX веку студенты приближаются только на втором семестре четвертого курса, который еще и укорочен, так как уже в апреле выпускники заканчивают учебу и начинают заниматься выпускной дипломной работой.

Во-вторых, по причине нехватки грамотных специалистов в этой области. Большинство педагогов формировались как специалисты в советское время, когда искусство модернизма и постмодернизма, возникшее в Европе и Америке, расценивалось как буржуазное, формалистическое, противоречащее идеологическим установкам советской власти. Человек крайне редко может предать свои идеалы и сломать представление о мире, которое взращивали в нем со школьной и университетской скамьи. И те художники и искусствоведы, которые большую часть сознательной жизни искренне верили в «тлетворное влияние западной культуры», не смогут грамотно и объективно ознакомить студентов с современным искусством. К сожалению, свои политизированные взгляды, которые никак не должны влиять на восприятие и интерпретацию произведений искусства, преподаватели зачастую передают своим студентам. В свою очередь студенты, впитав эти знания и становясь преподавателями, продолжают перенятую традицию. Таким образом, за годы независимости государство так и не воспитало новое поколение специалистов, чей взгляд не замылен опытом советской художественной критики. Конечно, бывают исключения, встречаются и грамотные педагоги, но их единицы в общем потоке.

В итоге многие выпускники вуза абсолютно выпадают из системы современных тенденций в теории и практике искусства. У зрителя есть полное право сказать, что он что-то не понимает в современном искусстве. Но когда молодые художники или тем более искусствоведы, проучившиеся 4-6 лет в главном художественном вузе страны, не понимают современное искусство и суть «Черного квадрата» (речь именно о понимании, а не любви или увлечении) — это в первую очередь позор института, знак его бесполезности и неэффективности.

В середине сентября 1974 года художники-авангардисты Оскар Рабин, Александр Меламид, Александр Глезер и Виталий Комар в пригороде Москвы организовали выставку, в которой принимало участие около 20 художников. Советская власть признала эту выставку несанкционированной, а художников, чьи работы не перекликались с идеологической линией партии в искусстве, в которой доминировал соцреализм, решили разогнать под предлогом проведения субботника и посадки деревьев. Экспозиция художников-авангардистов сентября 1974 года получила название «Бульдозерная выставка». Один из участников и организаторов той выставки, основатель нового направления «Соц-арт» художник Виталий Комар в своем интервью с журналистом Русской службы BBC вспоминает: » Стояли бульдозеры, стояли грузовики с торчащими из кузова саженцами, а всем собравшимся было объявлено какими-то людьми в штатском, что на условленном месте именно в этот день и час запланирована посадка деревьев. Тут же, конечно, стали раздаваться шутки о двусмысленности слова «посадка».

Примечательна и реакция советского лидера Никиты Хрущева во время его посещения выставки авангардистов, которая проходила в декабре 1962 года и была приурочена к 30-летию московского отделения Союза художников СССР. После знакомства с творчеством художников Ю. Соостера, В. Янкилевского и Б. Жутовского, Никита Сергеевич яростно начал ругать организатора экспозиции Элия Белютина: «Очень общо и непонятно. Вот что, Белютин, я вам говорю как Председатель Совета Министров: все это не нужно советскому народу. Понимаете, это я вам говорю! … Запретить! Все запретить! Прекратить это безобразие! Я приказываю! Я говорю! И проследить за всем! И на радио, и на телевидении, и в печати всех поклонников этого выкорчевать!»

2)  Отсутствие связки между различными дисциплинами
Учебный план составлен таким образом, что студенты одновременно изучают историю западно-европейской живописи XVII века, русское искусство XX века, узбекское искусство начала ХХ века, искусство стран зарубежного Востока XXI века. Учитывая, что первичным является западно-европейское искусство — оно заложило каноны классической школы и устанавливало основные тенденции с конца XIX века, в вашем сознании происходит полный кавардак. Ведь невозможно осмыслить вторичные явления, не понимая первоисточник.

3) Неполноценное преподавание некоторых предметов по причине занятости педагогов в научной и иной деятельности
Зачастую педагогическая деятельность является не единственной работой преподавателей, и это сказывается на студентах. Педагоги пропускают большое количество занятий, посещая урок раз в месяц или еще реже. Это особенно касается кратких курсов, которые длятся 1-2 семестра и в принципе рассчитаны на получение поверхностных знаний. В случае нашего выпуска такая ситуация была с предметами «Театр, музыка, кино», «История архитектуры». Знания по этим дисциплинам необходимо получать самостоятельно.

4) Отсутствие в программе многих дисциплин, необходимых в XXI веке музейному или галерейному работнику, искусствоведу
Речь идет о таких направлениях, как менеджмент в искусстве, маркетинг в искусстве, арт-критика, кураторство, репрезентация произведений искусства, медиатехнологии в искусстве и т. д.

Время от времени благодаря поддержке международных фондов в Ташкенте проводятся бесплатные семинары, тренинги и лекции по перечисленным выше направлениям. Но это в большей степени ознакомительные мероприятия, своего рода курсы повышения квалификации, которые, безусловно, помогают, но не решают проблемы.

И мы видим результаты этих проблем на практике — это скучные, неинтересные отчетные выставки «для галочки» и пустые залы музеев, это крайне скудные знания рядового жителя Узбекистана не только об искусстве родной страны, это низкий уровень посещения выставок молодежью в возрасте 18-25 лет. Мы можем часто слышать от старшего поколения недовольство падением уровня культуры, поучения о том, что молодежь ничем не интересуется.

Многие деятели и представители мира искусства будут посещать выставки и музеи в любом случае. Но зачастую можно услышать мнение обычных граждан и наблюдения искусствоведов о том,  что музеи, галереи и проводимые в их стенах выставки скучны, неактуальны и отстали на несколько лет, если не на десятилетия, от тенденций сегодняшнего времени. Музеи, галереи и выставочные залы не предпринимают никаких шагов навстречу зрителю: не проводят современные выставки с использованием мультимедийных технологий, не оцифровывают коллекции, не используют возможности СММ, не выпускают сувенирную продукцию с принтами картин известных узбекских художников. Одним словом — не пользуются багажом современных инструментов, необходимых для привлечения посетителя и налаживания диалога с ним. Поэтому не стоит удивляться тому, что нет очередей в музеи и галереи страны, ведь вдобавок об этом свидетельствует статистика.

Придется сделать  небольшое отступление, отметив, что, помимо несовременности музеев и отсутствия интересных выставочных проектов, существует множество серьезных проблем в их деятельности, которые бурно обсуждаются последнее время на просторах Facebook. Это и инцидент в нукусском музее им. Савицкого (порча картины «Баба с ведрами»), и критичный пост художника Бобура Исмоилова , а также заметка галериста Беллы Сабировой о ситуации в Государственном музее искусств. Для обсуждения и решения проблем 5 июля был собран Общественный совет, деятельность которого была приостановлена уже 20 июля. Освещал краткое существование ОС журналист Евгений Скляревский на сайте «Письма о Ташкенте». 

Все эти материалы вы можете найти в Сети и быть в курсе большого количества проблем в сфере музейной деятельности в Узбекистане. Применительно к нашей теме одной из причин всех этих проблем является нехватка квалифицированных специалистов как непосредственно в учреждениях, так и в вышестоящих государственных ведомствах. Речь идет о специалистах, которых должны готовить художественные вузы страны.

Трудности в обучении на государственном языке

В НИХД, как и во многих учебных заведениях Узбекистана, есть русскоязычные и узбекоязычные группы. И уровень подготовки специалистов узбекских групп на порядок ниже. Причина примитивна и печальна — практически отсутствует специальная литература на государственном языке.

Основным «учебником» по предмету «История западно-европейского искусства» являлся многотомник «Всеобщая история искусств». Безусловно, труд, первый том которого был выпущен в 1956 году, устарел, и необходимо пополнять знания из дополнительных современных источников. Но суть в том, что он применяется в обучении, хотя существует только на русском языке. И такая же ситуация с другими литературными источниками, а также с теми материалами, которые можно найти в интернете. Качественные информативные источники и учебные пособия по истории и теории искусства, особенно искусства ХХ-XXI веков, на узбекском языке, к сожалению, отсутствуют.

В итоге за годы обучения мы постоянно наблюдали, как студенты узбекских групп переводили необходимые им главы из специальной литературы на узбекский, заучивали и таким образом сдавали экзамены. Те, кто владел русским языком на достаточном уровне, все равно вынуждены были переводить прочитанный материал, так как зачет сдавался на узбекском языке.

Возникает резонный вопрос: почему же государство, постоянно подчеркивая роль и значение государственного языка и необходимости его знания, ограничивает его носителей в качественной специализированной литературе, способствуя появлению большого количества некомпетентных, недоучившихся специалистов?

Несоответствие стоимости контракта уровню образования и заработной плате работникам культуры

На 1.09.2018 г. контракт за обучение в вузах Узбекистана по направлению «Искусство» составляет 9 215 000 сумов, уступая только сферам международных отношений и права, юриспруденции, экономике и медицине. Исходя из этого, создается впечатление, что художник, искусствовед или музейный работник — одни из самых престижных и востребованных профессий в стране.

На деле же, по моим наблюдениям и наблюдениям коллег, менее 10 процентов выпускников идут работать по специальности. Среди них преимущественно альтруисты, увлеченные искусством, бюджетники, вынужденные отработать три года по специальности, чтобы забрать свой диплом, сотрудники, которым необходимо официальное трудоустройство по иным причинам.

При этом заработная плата в музеях и выставочных залах крайне низкая. В 2017 году младший научный сотрудник ЦВЗ (Центральный выставочный зал Академии художеств) получал зарплату, не превышающую 800 тыс. сумов в месяц, преподаватель Республиканского художественного училища на полной ставке — в районе 1 млн сумов. И это в то время, когда среднемесячная номинальная начисленная заработная плата в Узбекистане в 2017 году составляла 1,453 млн сумов.

Нужно отметить, что 14.05.2018 г. вышло постановление Президента, согласно которому c 1 июня 2018 года в среднем на 45 процентов повышаются размеры заработной платы работникам культуры и госархивов. Тенденция, безусловно, положительная, но будет ли иметь она реальные позитивные последствия, покажет будущее.

Излишние формальности

Применительно к нашему вузу это касается большого количества бесполезных предметов вроде «Идеи национальной независимости», ЗОЖ (здоровый образ жизни), «Маданият ва маърифат» и прочих. Эти учебные курсы отнимают время, требуют выполнения абсолютно ненужных и бесполезных заданий вроде заполнения тетрадок конспектами и их заучивания.

Другая больная мозоль — это требование формы одежды (белый верх — черный низ). Конечно, студентами это требование зачастую игнорируется, хотя бывали случаи, когда в институт не пускали без формы. Однажды группу студентов, в числе которых была и я, не пустили на конференцию с европейскими специалистами музейного дела, так как мы были одеты в джинсы и темные кофты, а на парнях не было галстуков и гладко выбритых подбородков.

Требование формы, на мой взгляд, особенно странным кажется в художественном вузе. Во-первых, так как совершенно непрактично и неудобно работать в мастерской с красками и глиной будучи одетым в белую рубашку, брюки и галстук. Во-вторых, человек искусства — это яркая индивидуальность, и внешний вид, стиль одежды — это зачастую одно из условий выражения своего творческого «Я».

Сегодня ситуация с образованием в сфере искусства пугающе плоха. Перечисленные выше пункты — лишь несколько частей общей мозаики. При этом каждый из них требует более углубленного и детального изучения и освещения, чем мы и займемся в дальнейших публикациях.

3 комментария

  • J_Silver:

    Смешно читать! Все гораздо серьезнее… и много хуже…

      [Цитировать]

  • Виктор Арведович Ивонин:

    Наконец-то нашёлся умный и неравнодушный человек. Правильно автор пишет — «когда молодые художники или тем более искусствоведы, проучившиеся 4-6 лет в главном художественном вузе страны, не понимают современное искусство и суть «Черного квадрата» (речь именно о понимании, а не любви или увлечении) — это в первую очередь позор института, знак его бесполезности и неэффективности».

    Как можно не согласится с этим утверждением? Автор прав и тысячу раз прав. Как можно не понять суть величайшего художественного произведения всех времён и народов, великое произведение завтрашнего дня. Но как говорит известный классик: «сегодня в завтрашний день не все могут смотреть. Вернее, смотреть могут не только лишь все. Мало кто может это делать».

    Именно из за непонимания сути чёрного супрематического квадрата — работы гениального Казимира Малевича, созданного в 1915 году, наблюдается «несоответствие стоимости контракта уровню образования и заработной плате работникам культуры в отечественном искусстве».

    А ведь ещё в 1915 году Казимир Малевич оставил потомкам непревзойдённый интерактивный художественный объект, доказывающий ничтожную роль и никчёмность заработной платы в искусстве. Именно «Чёрный квадрат» показал всем и вся то, что истинный художник не нуждается в зарплате. Великий Малевич и его подлинные почитатели давно показали, что суть «Чёрного квадрата» состоит в великом искусстве всучить эту хрень государству за МИЛЛИОН ДОЛЛАРОВ. Вот и висят эти квадраты в лучших государственных музеях: «Первый и третий хранятся в Третьяковке, второй — в Русском музее в Петербурге. Доставшаяся Эрмитажу картина — это четвертый по счету «Черный квадрат» Малевича. … Подлинный «Черный Квадрат» Казимира Малевича (1915) находится в Государственном Русском Музее.»

    Подлинную суть «Чёрного квадрата» раскрыл его четвёртый вариант. Четвёртый вариант написан в 1932 году, его размер 53,5 на 53,5 см. Он стал известен значительно позднее, в 1993 году, когда человек, чьё имя остаётся не названным, и известным только Инкомбанку, принёс картину в самарское отделение Инкомбанка в качестве залога за кредит. Впоследствии владелец не востребовал картину, и она стала собственностью банка. После разорения Инкомбанка в 1998 году картина Малевича стала главным активом в расчётах с кредиторами. Президент аукционного дома «Гелос», Олег Стецюра, утверждал, что перед аукционом у него было несколько заявок на покупку «Чёрного квадрата», и если бы «картина вышла на международный рынок, то цена достигла бы и 80 млн долларов». По договорённости с правительством России, «Чёрный квадрат» был снят с открытых торгов и был приобретён российским миллиардером Владимиром Потаниным в 2002 году за 1 миллион долларов США (около 28 миллионов рублей), а затем был передан им на хранение в Государственный Эрмитаж. Таким образом, «Чёрный квадрат» стал единицей измерения финансового успеха».

    В 2014 г. (1.III—22.VI) в швейцарском городе Базеле прошла выставка Kasimir Malewitsch — Die Welt als Ungegenständlichkeit. A 4.X.2015—10.I.2016 в Риене (примыкающему к Базелю и входящему в полукантон Базель-Штадт) проходила выставка, повторяющая питерскую выставку «0,10» 1915 года: Auf der Suche nach 0,10 — Die letzte futuristische Ausstellung der Malerei. Правда, из 154 объектов, выставленных в 1915 г., швейцарам удалось собрать лишь часть, но это не копии, а настоящие оригиналы! Всего в Риене выставлено 58 объектов.

    В этом и состоит суть «Чёрного квадрата», наглядно демонстрирующая то, что гениальные люди искусства всегда сумеют написать ещё один «Чёрный квадрат» и получить за это миллионы долларов. Поэтому не знание сути «Чёрного квадрата», заключающейся в возможности заработать на нём десятки миллионов долларов, покрывающих все затраты на культуру и искусство Узбекистана, является «позором института, знаком его бесполезности и неэффективности»

      [Цитировать]

  • Art68:

    «Битва негров в темной пещере» или ЧТО нашли под картиной Малевича.
    ————————————————————————————————
    «Через трещины в краске эксперты разглядели другое изображение и подпись, которой художник снабдил самую противоречивую картину 20-го века.
    На международной конференции, посвященной столетию одного из самых известный и скандальных произведений искусства в истории, «Черному квадрату» Казимира Малевича, специалисты Третьяковской галереи выступили с докладом о результатах исследования, которое открыло ранее неизвестные факты о картине.
    Во-первых, под слоем черной краски были обнаружены две другие картины. Следы других красок проступают через кракелюры, микроскопические трещины на поверхности. Теперь с помощью рентгена специалисты увидели очертания ранее нанесенных изображений.Кроме того, ученые расшифровали авторскую подпись к картине. Для полной уверенности не хватает всего трех букв. Но, как считают в Третьяковке, сам художник первоначально назвал свою работу «Битва негров в темной пещере». Это отсылает зрителя к произведению другого художника — Альфонса Алле, который еще в 1882 году выставил полотно прямоугольной формы в раме, целиком закрашенное черной краской и подписанное «Битва негров в темной пещере глубокой ночью».Черный супрематический квадрат — самая известная работа Казимира Малевича, создана в 1915 году и выходит в цикл так называемых супрематических работ художника, в которых он исследовал базовые возможности цвета и композиции. Картина, которая существует в нескольких версиях, задумывалась как часть триптиха, включавшего также «Черный круг» и «Черный крест».»
    https://medialeaks.ru/1211dalex_malevich/

      [Цитировать]

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.