Прямой эфир (фрагмент) Tашкентцы Разное

София Вишневская:

Радио, на котором я просидела двадцать лет, – оказалось не заключением, а жизнью, которая была прекрасна. С друзьями, творческими озарениями, интересными собеседниками, книгами, музыкой, кофе, такси на последний рубль. С лучшими и знаменитыми людьми нашего благословенного края.
Невозможное было возможно. И считалось нормой.

Дом радио, фото Виктора Высоцкого отсюда.

В обед прибегать к Тамаре Ханум и слушать истории, пересказать которые не всем под силу : одну фразу все-таки сообщу – если нет любимого мужчины, жизнь не имеет смысла.
— А работа? – спрашивала я!
— Какая работа без любви.

Помню запах веточки райхона, которую она мне засовывала за ухо, как только я переступала порог дома.
Многочасовые( до одурения, не могли оторваться друг от друга) беседы на улице с Мариям Якубовой, первой нашей фразой всегда была обоюдная жалоба на отсутствие времени… На солнцепёке. Правда, она под зонтиком.
Летала за «живой водой» впечатлений к замечательному Игорю Витальевичу Савицкому, легенде Каракалпакии. Художнику, создателю музея искусств и собирателю редкой коллекции авангарда ХХ века.
И именно из тех случайных лоскутных встреч, я знаю об Алексее Явленском, Георгии Стенберге, Варваре Степановой, Александре Родченко и Александре Экстер.
Удивительно устроена память… Я не помню, куда положила очки, где оставила мобильник, выключен ли утюг, три строчки итальянского стихотворения, но я не забыла ни одного человека, у которого брала интервью. Все живые, молодые, прекрасные. Батыр Закиров. Евгений Живаев. Евгений Ширяев. Анатолий Кальварский. Илья Резник. Молодая «Ялла». Саша Файнберг с мятой пачкой «Памира» и новым стихотворением. Наталья Нурмухамедова, чудесная «Киз бола» Узбекской эстрады, Владимир Барамыков, Юлдуз Усманова, с которой всех нас познакомила незабываемая Люба Юхнова…
Разве всех перечислить? – странное время томилось настоящими талантами …
Мальчик из Чирчика станет Вайлем. Спектакли – событием. Труппа — счастливой. А я буду автором первого фильма об “Ильхоме” на «Узбектелефильме».
Фильм провалился сквозь ледяную толщу лет. Найти его не могут. Как-будто его никогда не было. А Марика убьют.
Но все это потом, потом… и все быстрее, стремительнее.
Далеко нас всех увез Трамвай « желание»…
Самоубийства, отъезды, водка, петля, кабаки, зигзаги судьбы…
Время искажает. Отражение смутное.
Черное – кажется белым, эпизод – романом, жизнь – мгновением.
И все же…
В какой жизни еще можно было бы целый день разговаривать и выпивать с Олегом Далем. Обсуждать с Алешей Левинским его роль в «Затюканном апостоле», утешать, замученного жарой и выступлениями потного Николая Петрова. Бегать полночи по Ташкенту с Петром Мамоновым (тогда еще «Звуки МУ»), которому забыли заказать номер в гостинице и пристраивать его на ночлег к своим друзьям. А потом два дня искать друзей, пропавших вместе с душевным другом Петей.
Валентин Никулин по доброте сердечной начитал без всяких гонораров километр стихов Давида Самойлова. Через много-много лет, уже после возвращения Валентина Никулина из Палестин, на какой-то вечеринке в Москве я вспомнила этот эпизод, и он мгновенно полюбил меня и расцеловал от души. Всем приятно, когда их помнят в зените славы и великодушия, и не видят в упор бездомного старого пьяницу с дрожащими руками и помутневшим взором.
Однажды по счастливой случайности оказаться( Вита Демихова и я) в одном купе старенького, скрипящего и дрожащего поезда с Леонидом Переверзевым и Алексеем Баташовым. Из последних сил тащился состав в Новый Орлеан (в Фергану). Первый джазовый фестиваль в Узбекистане.
Блеск, что за ночь была без всякого вина. Все время кто-то врывался в купе. Давид Голощекин. Валентина Пономарева, Сергей Курехин, Ефим Барбан, Аркадий Петров, Вячеслав Ганелин и два Владимира – Тарасов и Чекасин, Олег Гоцкозик, Юрий Парфенов, Виктор Курницкий, Константин Добровольский, Александр Москалев, Сергей Гилев… Рассказчики, эрудиты, остроумцы, напевающие, пританцовывающие и фонтанирующие. Гении, ушедшего навсегда времени…
Вдруг речь заходила о саксофонисте Збигневе Намысловском и невиданном польском кресте на лацкане пиджака Лешеньки, так все называли Баташова, заходя обняться, о радиоклубе «Метроном» и детях репрессированных, импровизации, свинге, Петрушевской, ее фраза «однажды я танцевал с вами дважды» была паролем, знаком общего языка.
Голова шла кругом от непонятного разговора про Моцарта и фокстрот, о джазе в «Степном волке» Германа Гессе, который так увлекал Леонида Переверзева, о христианских мотивах в музыке Дюка Эллингтона. Боже! Как мы все это пережили, темные люди…
Когда и при каких обстоятельствах, я бы могла объездить весь край, от заснеженных гор Памиро-Алая до пустынь Каракумов и Кызылкумов. Бухара, Газли( газовые месторождения), Самарканд, Коканд, Джизак, Ангренская ГРЭС, колхоз «Политотдел», Арал, Нуратинский государственный заповедник .
Господи, куда я только не моталась в командировки и о чем только не писала. Нурата вспомнилась по тексту – я что-то сочиняла в защиту уникальной популяции барана Северцова. Народ рыдал…над бедной судьбой барана.
Но я всегда возвращалась.
У меня, как и моих друзей и коллег, многие из них, к счастью, живы, был постоянный адрес: Ташкент, Хорезмская 49.
Это не просто местоположение, напротив ресторана «Бахор» — эпоха, эфир, люди. Эней Давшан, Марина Чернова-Жеховская, Елена Петрова Татьяна Зажицкая, Людмила Панкратова, Мастура Исхакова, Татьяна Полонская, Светлана Шатога, Нина Красова, Роман Меламед, Женя Джетере, Нина Устаева, Борис Бабаев, Сергей Гордин.
7 мая – навсегда День Радио… вне новых дат календаря!

Комментариев пока нет, вы можете стать первым комментатором.

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.