Радость цвета маренго Tашкентцы Искусство

Автор Николай КРАСИЛЬНИКОВ

Наш сосед слева — Мирхай-сапожник. Он был черноват и вислонос. Отец мой не раз с восхищением говорил, что сосед не просто мастер своего дела, а художник, музыкант. И впрямь, обувь, побывавшая на ремонте у Мирхая, выглядела иногда лучше новой. Будь то детские сандалии, женские туфли на высоких каблуках, ботинки, сапоги — они не просто блестели на ногах владельцев, а пели, если так вообще можно сказать об обуви. Их хотелось носить. Поэтому к Мирхаю обычно тянулась очередь.

Будка его притулилась на краю старогородского базара, а точнее Октябрьского рынка. Вся обклеенная цветными «огоньковскими» репродукциями маршалов в орденах и томными индийскими красавицами в атласных сари и с веерами, она была для нас, как музей.

Тут же, рядом, с ножами и щётками, баночками с гуталином, с клеем и дратвой, резиной и кожами, запасными подмётками и другим необходимым сапожным имуществом, сияли большой медный чайник и маленькая китайская пиала.

Мирхай даже обедать ухитрялся в своей тесной будке.
Попивая зелёный чай в редкие минуты отдыха, он с любопытством наблюдал за прохожими.
На стене будки висел репродуктор. Из его металлического зева струились восточные мелодии.
Мирхай неожиданно отставлял в сторону пиалу, приподнимался с колченогого стульчика.
— Гражданин хороший! — окликал он кого-то, отчаянно шепелявя, будто у него всегда во рту торчат гвоздики.
— Вы меня? — мужчина в широких парусиновых штанах, соломенной шляпе и с туго набитым портфелем оборачивался.
— А кого же ещё? Вас, именно вас!
— В чём дело?
— Подойдите.
Пока прохожий недоверчиво приближался к будке, Мирхай, качая головой в мелких кудряшках, уже добродушно стыдил его:
— Ай-яй-яй, гражданин, такие прекрасные штиблеты, югославские, а правый каблук совсем стёрся, через месяц и колодка полетит. Надо срочно «лечить» обувь.
— А как вы узнали, что у меня?..
Мирхай довольно усмехался и виртуозно принимался за дело.
Да, недаром он считался чудо-сапожником. Глаз у Мирхая, как у ваятеля, мог выхватить самое скрытое.
Минут через пятнадцать прохожий, расплатившись с мастером и, не забыв дать ему «на чай», довольный покидал будку.
Неудивительно, что Мирхая дома видели редко. Зато жена его, Махля, всегда была на «слуху» у соседей. Полная, как пузатый кувшин с водой, добродушная, а голос её напевно переливался день-деньской из одного конца дворика в другой:
— Зита! Где Яник?
— На горшке.
— Зита! Умой Яника.
— Он плачет. Говорит, дай бублик, тогда умоюсь.
— Бог с ним, пускай растёт неумытым, как его отец. Борик, Борик, а ты куда убежал?
— Тута! — доносился звонкий голос с чердака.
— А ну слазь скорей, паршивец! Кто за тебя будет делать уроки? Дядя Пушкин?
— Зачем дядя Пушкин? Дядя Альберт уже сделал.
— Всё равно слазь! Надо чистить картошку.
— Счас.
— Бакир! Помоги Зите умыть Яника.
— Он сам умылся… в луже!
— Откуда на мою голову столько бед? —  ворчала Махля. — Это всё отец виноват: «Дети — цветочки!» Хоть бы один день сам посидел в этом цветнике. Узнал бы, почём эти цветочки!
У Махли и Мирхая семеро детей. Один меньше другого. Махля еле успевала по хозяйству — накормить, постирать, заштопать, сбегать на базар. Но справлялась. И была довольна понятной не для всех вечной своей           материнской усталостью.
… В один из обычных дней размеренная жизнь Мирхая вдруг круто изменилась. В дом его, а точнее, во двор, прикатило неожиданное, будто с небес свалившееся счастье в образе новенького «Москвича» цвета маренго.
Дело было так: Мирхай с полгода откладывал заначку. Когда скопилась внушительная сумма, он взял да и купил на неё лотерейных билетов.
Риск — благородное дело. В этом случае он оправдал себя. Мирхай прикоснулся к миру роскоши и относительного совершенства.
«Москвич» господином стоял во дворе. В его блистающих стёклах улыбчиво отражалась детвора и бесчисленная родня Мирхая. Притягательно посверкивали никелированные ручки дверей. И уже чей-то нетерпеливый мелок начертал на запаске, висящей над задним бампером, имя владельца автомобиля.
Заглядывали соседи, знакомые. Пожимали Мирхаю руку. Поздравляли. И он на радостях устроил угощение для всей махалли. Плов готовил настоящий ошпаз — отец моего друга Акрама.
Однако счастье никогда не бывает слишком продолжительным. Машина хороша только пока она новая.
По воскресным дням Мирхай со всем семейством торжественно выезжал со двора. Соседи выглядывали из окон, из распахнутых калиток.
— На базар покатил, — говорили одни.
— Наверное, в гости к брату, — замечали другие.
— С детьми, значит, в парк Горького, — судачили женщины.
И как только тесный «Москвич» вмещал в себя столько народу, когда заднее сиденье чуть ли не целиком занимала одна Махля! Детвора высовывалась из открытых окошек, кричала, хохотала, кому-то строила рожки… Настоящий детский сад! Мирхай уверенно объезжал выбоины, лихо крутил баранку.
С такой же охотой, как собственное потомство, катал он и соседских пацанов. «Москвич» цвета маренго, надо сказать, очень оживлял пропылённую, глинобитную махаллю, делал её нарядней.
Вскоре, однако, начались самые настоящие мытарства. То одно выйдет из строя, то другое, то шина спустит. Теперь соседи видели Мирхая больше под машиной, нежели за рулём. Часто стал барахлить мотор или что там ещё. Тогда на помощь приходили пацаны. Мы скопом не без удовольствия толкали «Москвич».
Механик дядя Сергей, размахивая длиннющими жилистыми руками, забегал вперёд и дирижировал:
— Нажимай на газ. Ещё, ещё! Отпускай сцепление.
Внутри «Москвича» что-то скрежетало. Он выпускал из трубы выхлоп мутного дыма и вилял по неровной мостовой.
— Ур-ра! — неслось ему вдогонку. — Завёлся!
Лицо Мирхая в полосах мазута светилось страданием и счастьем.
Находились и остряки, которые советовали:
— Да выбрось ты, Мирхай, своё «ведро с гайками» на свалку. Купи осла, как у Садыка-арбакеша! И дешево, и не сердито. Зато гарантия: никогда не подведёт!
Как-то поздней летней ночью я вышел за калитку. Не спалось. Над крышами плыла, выглядывая из-за облаков, ребристая луна. Струился, дыша прохладой, арык. Шелестела широколистная орешина. И тут мой слух царапнул чей-то всхлип. Я обернулся и увидел на скамейке у мирхаевского дома согбенную фигуру. Подошёл поближе. Сам хозяин!
Он плакал.
— Что с вами, дядя Мирхай? — удивился я.
— Не спрашивай, сынок. Садись рядом.
Я присоседился с краюшку. От Мирхая сильно пахло вином. Никогда раньше я не видел его пьяным.
Он приобнял меня за плечи, и в его глазах отразился лунный свет.
— Сынок, — сказал он. — Ты знаешь, отныне я  самый счастливый человек на свете.
Вот тебе на! Плачет от счастья?.. О таком я ещё понятия не имел.
— Понимаешь, я утопил свой «Москвич… И теперь всё пришло на свои места. Я снова стану лучшим сапожником города!
— Как это… утопили? — Я думал, Мирхай шутит. Ведь «Москвич» не игрушка.
— Очень просто: буль-буль-буль — и на дно! — Мирхай залился смехом. И смех его был странен в лунной пустоте ночной улицы. То ли от радости смеётся человек, то ли от горя, то ли от того и другого  вместе…
Беда — не шило. Но её тоже не утаишь в мешке. Наутро все соседи узнали, что произошло с Мирхаем, точнее, с его машиной.
Вечером он возвращался из гостей на «Москвиче». Дорога вилась под уклон. Внизу холодными бурунами кипел Анхор. Вдруг мотор заклинило. Мирхай  еле вырулил на обочину. Вылез из кабины, открыл капот. Какого-то ключа недоставало. Вышел на дорогу, стал голосовать. Обернулся на то место, где стояла машина, и… обомлел. «Москвич», не поставленный на тормоз, стремительно набирая скорость, катил к реке в районе будущей киностудии «Узбекфильм».
— Стой, стой! Кому говорят! — в отчаянье завопил Мирхай.
Секунда, другая… Скрежет, удар, тяжёлый всплеск — и машину поглотили прожорливые волны.
Мирхай ещё долго стоял на высоком откосе и смотрел на большие радужные пузыри. Потом он громко захохотал. А потом поймал такси и с горя (а может, всё же от счастья?!) укатил в ресторан.
Поди пойми сердце человека.

3 комментария

  • Олег:

    Всё так, только Мирхай,купил выйгравший билет, за две цены.

      [Цитировать]

  • Николай Красильников:

    Прочитал комет и подумал: удачная шутка! А потом в памяти высветилось что-то далёкое-далёкое. А ведь и правда, ходили слухи в махалле, что Мирхай купил лотерейный билет у кого-то за немалую сумму… Но это, увы, уже другой рассказ.

      [Цитировать]

  • tanita:

    Может, так и было. Тогща многие состоятельные люди покупали «машинные» ббилеты за две цены или даже больше. А уж если это «Волга» была…

      [Цитировать]

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.