Новые данные по истории шахмат Tашкентцы История Разное

Прислала Виолетта Лаврова

Мир я сравнил бы с шахматной доской:
То день, то ночь. А пешки? – мы с тобой.
Подвигают, притиснут, – и побили,
И в тёмный ящик сунут на покой.

(Омар Хайям)

Рукопись Абульфатха

Выдающимся памятником средневековой шахматной культуры в Средней Азии является недавно найденная старинная таджикская рукопись.

Поиски старинных рукописей о шатрандже уже давно велись ташкентскими шахматистами. Они увенчались успехом в 1949 году, когда среди неописанного фонда Института востоковедения Академии наук Узбекской ССР были обнаружены три экземпляра старинной рукописной книги о шатрандже с диаграммами свыше 300 шахматных позиций. Изучение кни¬ги потребовало длительной и кропотливой работы. Авторам этих строк приходилось неоднократно прибегать к помощи проф. А.А. Семенова, научных сотрудников А. Расулева, М. Абдурахманова и других. Большую помощь в сличении материала книги с различными историческими источниками оказал И. Майзелис.

Два экземпляра книги поступили в Институт из Букагсы, третий — из Самарканда. Самая ранняя копия сделана в 1665 году. Это — бухарский экземпляр. Он содержит сравнительно мало ошибок, чего нельзя сказать о позднейших копиях. Впрочем, первые десять диаграмм крайне искажены во всех экземплярах. Автором рукописи является Абульфатх Ахмад Сиджизи1. Нисба (прозвище) автора указывает, что он — сеистанский таджик (Сиджиз — таджикское название Сеистана). Имя Абульфатха известно в шахматной литературе: две его задачи содержатся в среднеазиатской рукописи XV века и приводятся в книгах Линде и Мэррея. Однако в упомянутой рукописи нисба Абульфатха искажена — он назван не Сиджизи, а Хиндустани, что, видимо, объясняется пограничным с Индией положением Сеистана. Автор не сообщает, в какое время он жил, но установить это не трудно.

Во-первых, в предисловии он упоминает имя великого узбекского учёного а л- Б и р у н и2, «р а в н о г о  к о т о р о м у  н е  б ы л о  н и  д о  н е г о,  н и  п о с л е  н е г о». Следовательно, Абульфатх жил после ал-Бируни, т.е. книга написана не ранее второй половины XI века. Во-вторых, Абульфатх сообщает, что «бывал в Ираке, Г а з н е, Хоросане и Индии». Учитывая, что Газна — столица недолговечной империи газневидов — была разрушена в начале XII века, можно считать, что книга написана не позднее первой половины XII столетия. Из городов лишь Газна упоминается Абульфатхом, и притом неоднократно. Очевидно, Газна сыграла важную роль в жизни автора книги, в развитии его шахматного творчества. Это вполне естественно, ибо Газна была крупнейшим культурным центром Востока второй половины XI века. Здесь, после возвышения империи газневидов и падения государства саманидов и Хорезма, жили крупнейшие учёные Бухары, Ургенча и других культурных центров Средней Азии. Среди них был и ал-Бируни. Таджикско-хорезмийская культура была благоприятной почвой для расцвета шатранджа в Газне, так же, как ранее в Хоросане и Хорезме. В этом отношении знаменательно свидетельство Абульфатха о том, что решение одной очень трудной мансубы он «узнал только тогда, когда приехал в Газну». 

Книга Абульфатха состоит из 159 листов. Она открывается вступлением, где автор говорит о широкой распространенности шахмат, в которые «играют и во дворцах и на базарах», кратко сообщает содержание своего труда, называет знаменитых мастеров прошлого, а также учёных, писавших о шахматах. Затем на 30-ти листах излагаются различные легенды об изобретении шахматной игры. Далее идут 10 табий (из них две отсутствуют) и 287 мансуб. Подавляющее большинство мансуб дано без указания их авторов или источников, откуда они взяты. Вслед за мансубами помещён небольшой раздел об относительной силе фигур, затем описания различных других игр, упражнений, и математических вычислений на шахматной доске и, наконец, 160 четверостиший на шахматные темы. В конце книги помещены стихи, посвящённые эмиру, имя которого не названо. 

Книга Абульфатха неизмеримо превосходит по количеству собранных в ней мансуб знаменитые трактаты Адли и Сули. Достаточно сказать, что даже компилятивные сборники XII—XIII вв., включавшие содержание рукописей четырёх или больше авторов, уступают трактату Сиджизи. По своему содержанию труд Абульфатха значительно отличается от всех известных до сих пор средневековых и особенно арабских трактатов. Абульфатх либо совершенно не пользовался ими (хотя и знал об их существовании), либо, имея их, следовал таджикским образцам. Это особенно ясно видно на материалах первых двух разделов книги. В первом разделе Абульфатх приводит три известные легенды о геометрической прогрессии (в двух вариантах), Гаве и Талханде, шатрандже и нарде и четвёртую — об изобретении «Больших шахмат» мифическим Гермесом и сокращении этих шахмат индусами до 64-клеточных.

Попутно приводятся описание 112-клеточных шахмат и пространные рассуждения о пользе и достоинствах игры, причём она сравнивается с войнами, управлением государством, науками. Во всех легендах фигурирует индусский мудрец Сисса ибн-Дагир. В рукописях Адли и Сули даются лишь легенды о геометрической прогрессии, причём у Адли вовсе нет имени Сиссы, а Сули указывает, что Сисса — вымышленное лицо. Имени Гермеса нет ни у Адли, ни у Сули. Правда, в арабских рукописях встречаются легенды, также приписывающие изобретение шахмат грекам, но там фигурируют философы Гален, Платон и Аристотель. Отсюда ясно, что первый раздел книги Абульфатха не имеет ничего общего с арабскими трактатами.

 Раздел табий изложен Абульфатхом без конкретного анализа приводимых дебютных позиций. Все 10 табий (по словам автора, они взяты «по одной от каждого сорта», ибо в его время их существовало множество) сопровождаются образными сравнениями с войсковыми построениями. Одни из них, по словам Абульфатха, похожи на порядок войск при наступлении, другие — при обороне, третьи — при осаде крепостей и т.д. Ни одного арабского названия табии не приводится. Ни в одной табии не подсчитывается число ходов, нужное для её построения. Между тем, подсчёт ходов был главным критерием в оценках табий Сули и Ладладжа. Лишь пятая табия Абульфатха является точной копией встречающейся у Адли и Сули позиции, возникающей из исходной после 12-ти ходов, так называемой «муджанах» (крылатая). Остальные табии имеют лишь отдалённое сходство с табиями арабских рукописей, в частности с табией «мэшаихи» (мудрая), которой, по свидетельству Сули, обычно начинал партии Наим. Характерно, что в большинстве табий Абульфатха ладьи стоят нетронутыми на своих местах, тогда как все остальные фигуры продвигаются вперёд.

Всё это позволяет заключить, что Абульфатх черпал свой материал не из арабских, а из таджикских книг, многие из которых были весьма старинными. Любопытно то, что раздел табий Абульфатх заканчивает позицией, которая случилась «в партии, игранной тогда, когда ещё не были изобретены табии». И действительно, приведённая позиция показывает, что чёрные играли крайне беспланово.

http://chess86.ru/chesslessontypearchive/item/129

Мемориалы Азмиддина Ходжаева

В 1930 г. в Самарканде состоялся первый чемпионат Узбекистана по шахматам. Конечно же, в числе участников был и ярый пропагандист этой поистине всенародной игры. Здесь выяснилось, что А. Ходжаев, отдавая много времени воспитанию подрастающего шахматного поколения, постоянно учился сам. И вот награда — он сильнейший в Узбекистане. Год спустя А. Ходжаев в полуфинале первенства СССР побеждает одного из сильнейших мастеров того времени Б. Блюменфельда, молодого талантливого А. Константинопольского и других. Его имя становится популярным среди шахматистов страны.

3. Ходжаев, Дюммель — Еще о древности и самобытности отечественных шахмат.

журнал «Шахматы в СССР» 1952 №05.

http://journal-club.ru/?q=node/9598

Комментариев пока нет, вы можете стать первым комментатором.

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.