Артур Самари – о своей новой книге о прокаженных Искусство История Разное Старые фото

Недавно вышла в свет книга самаркандского писателя Артура Самари «Любовь прокаженного». Тема проказы, по словам автора, в советское и постсоветское время была закрытой. Таких больных люди чуждались. Литератор в интервью рассказывает о встрече с ними и развеивает мифы о самой болезни.

— Проказа — это заразная болезнь, которая уродует внешность людей, и они вынуждены быть отшельниками. Как возникла идея этой книги, вы встречались с такими больными?
— Да, именно после встреч с прокаженным появилась мысль написать роман или повесть. И в результате получились две повести. Первая — «Любовь прокаженного» рассказывает о жизни прокаженных людей в Туркестане. В частности события происходят в середине XVIII века на окраине Самарканда, в кишлаке «Махов-хона». Вторая повесть о судьбах прокаженных, но уже в наше время, в закрытом заведении — лепрозории. Сюжет его таков: несмотря на страшную болезнь, доктор влюбляется в свою пациентку.

Лет пятнадцать назад, будучи иностранным журналистом, я решил снять фильм о прокаженных. Мне было известно, что с советских времен в Узбекистане имеются два лепрозория. Одна, самая старая, в Джизакской области и вторая, более современная, под Нукусом. В то время там проживало около тысяча больных лепрой.

Когда мы приехали с операторами в Джизакскую лепрозорию – это рядом с одним кишлаком, нас туда не пустили. Вообщем, благодаря нашей настойчивости, мы смогли попасть вовнутрь. Там было несколько корпусов, их построили в 1928 году по указанию Файзуллы Ходжаева. До этого они жили в земляных норах на холме Чупан-ота (Самарканд). И часто наведывались в Сиабский базар, где народ в панике разбегался. Это сцена описана в повести.

— Когда вы оказались лепрозории, сколько больных там было?
— Мало, осталось человек восемнадцать, они с годами умирали там. Но говорят, что после войны их было около шестьсот. Это были люди разных национальностей, даже японские военнопленные – не понятно от кого заразились. У них был свой клуб, библиотека и по вечерам устраивали танцы. Кто мог трудиться, работали на своих огородах и кормили себя.

— В прошлые времена ходила «страшилка» — якобы семечки выращивали прокаженные, поэтому, покупая их, человек мог заразиться?
— Нас тоже пугали. Но оказалось не без основания. Один старый прокаженный мне сознался, что он и другие продавал свою картошку через колхозников, а те доставляли на городской рынок. Однако врачи говорят – это не слишком опасно. Заразиться можно только при близком контакте, например, кушать из общей посуды.

— Внешне как больные выглядят, что делает с ними болезнь? Долго ли эти люди живут?
— На ранней стадии у них пятна на теле, но выглядят нормально. Уже позже искажаются лица, глаза впадаю вовнутрь и слепнут, а так же отпадают пальцы и ступни. Именно таких я видел в лепрозории – это были люди уже преклонного возраста, а самый молодой лет сорока. Когда эти люди были моложе, то старались жить полноценной жизнью и даже заводили детей.

— Прокаженные заводят семьи, рожают детей?
— Это болезнь не предается по наследству. Обычно, когда у них рождаются дети, их сразу забирают и отправляют в детский дом. Когда те становятся старше, они иногда посещают своих родителей, но большинство забывают их. Что это за мать и отец, если родное дитя не можем к ним прикоснуться, целовать… Но бывают исключения. Там, я познакомился с одной парой, они жили вместе уже более тридцать лет. Когда у них родился сын, его забрали. В тот день, когда мы были в лепрозории, их сын оказался там — навещал родителей. Ему было тридцать. Это оказался единственный ребенок, который не отказался от родителей. Иногда он приезжает сюда с женой и детьми. Я был потрясен сыновей любовью. Более того, сын иногда ночевал у родителей, хотя это было запрещено. Он помогал родителям, так как у матери отпала пятка, стала незрячей, а отец был стар и не мог помогать ей.

— Велика ли опасность заразиться проказой в наше время?
— Как мне сказал профессор Ишпаев, чтоб заразиться, должен быть длительный контакт с больным. По этой причине уже давно никто не заражается. Вообще, эта болезнь уже уходит в историю, так как уже имеется эффективное лекарство против проказы. Но даже выздоровев, эти люди все равно останутся изгоями общества – их будут сторониться, даже родные. Об одном таком бывшем пациенте лепрозория я писал. Он был абсолютно здоров, его отпустили, но в селе родня все равно брезговали его, и ко всему ни одна женщина, даже матери одиночки, не хотели с ним жить. Тогда он перебрался в Ташкент, устроился на работу в строительную бригаду, но спустя год каким-то образом узнали о его бывшей болезни и попросили его уйти. Словом, кончилось тем, что он снова вернулся в лепрозорий. Несколько лет назад это заведения закрыли, так как умер последний пациент.

— В ваших повестях на такую тяжелую тему страшных картин нет, там есть место любви, борьбе.
— Сейчас мы коснулись лишь медицинского аспекта этой проблемы, естественно, что это не очень приятная тема. Мои повести – это художественное произведение, посвященные судьбам этих несчастных людей. Он такие же, как мы и автор хочет сказать: быть Человеком — всегда трудно. Даже став прокаженными, люди хотят остаться людьми.

Беседовал Руслан Родионов

1 комментарий

  • Aida:

    «Тема проказы, по словам автора, в советское и постсоветское время была закрытой» — это не совсем так. Одна из самых известных книг на эту тему — роман Г. Шилина «Прокаженные» был написан и издан еще в 30-е годы ХХ века, переиздавался и в послевоенное время большим тиражом.
    Кстати, и о любви там более чем достаточно

      [Цитировать]

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.