Караван все идет Tашкентцы Искусство

Тамара Санаева

«Мой шаг – к земле, всегда – к земле, всегда широк и беспределен», — писал в одном из своих стихотворений известный сегодня всему миру художник Александр Волков.

Кто в наши дни не слышал имени этого человека? Не знает пылающих, как угли костра, красок его «Гранатовой чайханы» и сотен других картин, пропитанных жаром самой жизни? Художника, называвшего себя кочевником. Человека эллинской породы — многоталантливого, выносливого, бескомпромиссного. Живописца такой творческой мощи, что она стала истоком Ренессанса в среднеазиатском изобразительном искусстве.

Но далеко не всем известно, что А.Н. Волков был первым директором Музея изобразительных искусств Узбекистана, открытого в национализированном дворце князя Романова в Ташкенте практически сразу после установления советской власти в Туркестане. И отстаивал вместе с попечительницей музея, женой князя, музейные ценности в самые трудные — первые месяцы его существования. Тогда богатейшая коллекция, собранная Великим князем Николаем Константиновичем, могла быть если не уничтожена, то изрядно попорчена мало что смыслившими в искусстве революционными солдатами, готовыми разорвать штыками «буржуазное» искусство.

Мало кто сейчас помнит и о том, что именно А.Н.Волков добился открытия первого художественного училища в Ташкенте – того, что долгие годы носило имя Бенькова. По справедливости, пожалуй, оно должно было называться именем Волкова. Но… Не случилось. Не случилось потому, что художник не прогнулся под нивелирующий всех и вся соцреализм в искусстве, хотя своим «формалистским», в чем упрекали его, творчеством, объемнее и ярче других отразил жизнь своего времени. Образы людей прежнего века и новых, уверовавших в созидательную силу века наступившего, который обещал мир и труд и воодушевлял многих размахом созидания. Он прогибал мир под себя. И прогнул – признание, спустя годы, пришло. И признание – мировое.

«Караваны» Волкова… Серия его работ, на которых нескончаемая цепь горбоносых верблюдов горячо дышит в обожженные солнцем смиренные лики погонщиков ли… или мифических посланников? Караваны Волкова завораживают ритмом пути, которым все идут и идут люди, так до сего дня и не выбравшиеся из пустыни испытаний к заветной цели. Я видела большие и малые полотна этой серии, видела «Караван», написанный в 1928 году – он в музее имени Савицкого в Нукусе. Там же — «Красный караван», созданный в 1930. И вот этот, в зале Волкова в Государственном музее изобразительных искусств Узбекистана, где 16 сентября 2014 года состоялась встреча для работников музея и искусствоведов с художником Александром Александровичем Волковым – тоже известным миру художником, скульптором, графиком, педагогом. Сыном А.Н. Волкова. Сыном, которым он мог бы гордиться, как и старшим из своих сыновей – Валерием, или внуком Андреем, или правнучкой, подающей надежды в живописи, как и другими потомками, ни в чем и нигде не уронившими чести его имени и рода.

Сколько несправедливости пришлось вынести А.Н Волкову при жизни, оставаясь на позициях своего, выстраданного им творчества! Художники, как и труженики земли, которых они призваны были воспевать по велению идеологов, тоже были подвергнуты коллективизации и втиснуты в рамки соцреализма, с его жесткими стандартами тем, образов… И идей, призванных унифицировать отражение художником мира во имя высших целей — восприятия этих образов ради их воздействия на духовность нового человека в стране, строившей новое общество. Волков не умещался в прокрустово ложе соцреализма. И потому подвергся обструкции.

Что может быть горше непризнанности при жизни? Предательства друзей, с которыми делил свои дни? Волков выдержал все. И продолжал идти, как шли его караваны. Идти своим путем, как бы ни надрывались надсадной критикой его работ чиновники от искусства и бывшие собратья по цеху. Путь стоический. Волков его вынес. Только, наверное, мог бы прожить дольше, не будь «револьверного лая» несправедливых упреков и – что греха таить – нужды. Потому и даты его жизни вмещают не столь большой отрезок лет: 1886 – 1957. Всего 71 год. По нынешним меркам – возраст, когда еще не приходит даже время подводить итоги.

Итоги подвела жизнь. Имя Волкова – одно из самых известных в искусстве XX века. Творчество оценено как достояние мировой культуры. Любой музей мира и коллекционер почитает счастьем иметь в своем собрании работы Волкова. Он хотел, чтобы его картины служили людям. Они служат. И несут огромную радость от соприкосновения с творчеством гениального Мастера.

О Волкове можно говорить бесконечно. И часами слушать рассказы о художнике его сына Александра Александровича Волкова, встречи с которым состоялись в Ташкенте. Слушая его на очередной из встреч (в Государственном музее изобразительных искусств Узбекистана), словно ощущала мифический звон верблюжьих колокольцев, доносившийся с картины «Караван». Александр Александрович стоял на ее фоне все три часа этой встречи. Звук этот перекрыл и ропот, и лай, и крик, который был вокруг имени Волкова в прежние времена. Недаром говорят: «Собака лает, а караван идет». Вспомнились строки из одноименного стихотворения Волкова:

Роняя всюду медный стон,
Плывет свободы дикой звон.

Караван Волкова в пути. И путь это долгий — в вечность.

Тамара Санаева.
Фото автора.

3 комментария

  • Тамара:

    Фото С.Курбанова-Савчука — моим фотоаппаратом.

      [Цитировать]

  • Zelina Iskanderova:

    Так хорошо написано, сильно, ярко — молодец Тамара Санаева!
    Ну какую же удачную новинку «внедрили» на сайте ЕС и Азим — СПАСИБО!!!
    Читаешь многое заново — что-то запомнившееся с удовольствием, что-то упущенное — с интересом…
    И у других также?

      [Цитировать]

  • Ирина:

    Не помню, кто говорил, что гениев при жизни не признают.

      [Цитировать]

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.