Первая женщина-профессор химии Узбекистана Tашкентцы

Автор Надежда НАМ, опубликовано в газете «Леди»

Тихая девочка из Ферганы
Родилась наша героиня в 1930 году в Фергане в семье служащего. Ее папа, Джиянбаев Хайдарбек Юсупович – сын бека, в 1917 году окончил гимназию с золотой медалью, а в 1928 году Ленинградский финансовый институт. За заслуги в развитии Ферганской области он был удостоен звания «Почетный гражданин г. Ферганы». Своим детям отец говорил: «Если можешь сделать добро, то делай, но никогда ни от кого не требуй никакого вознаграждения. Пусть Всевышний тебя поддерживает». Ее мама училась в медресе, а, выйдя замуж, стала домохозяйкой. Рахбархон Хайдаровна вспоминает, что хранительница домашнего очага была мудрой женщиной и на любую ситуацию имела хорошее изречение. Например, она говорила: «Прежде чем разговаривать с человеком хорошо подумай, чтобы не сделать ему больно». «В нашей семье никогда никто не повышал голос. Когда сегодня дома начинают громко говорить, то я вздрагиваю. Зачем кричать, когда можно спокойно сказать», – делится профессор химии. В семье было четверо детей. Рахбар – имя, которое дал девочке дедушка, оно означает «руководитель». «Пусть она будет для своих братьев и сестер опорой», – сказал он. В дальнейшем так и получилось. Когда дети были маленькими, за ними присматривала няня. Малышей на извозчике возили на прогулку за город дышать свежим воздухом. Жизнь до войны в семье Джиянбаевых была комфортной. Училась Рахбархон в обычной ферганской школе, только преподаватели там остались от российской царской гимназии.

– В 1938 году я пошла в первый класс, – рассказывает Рахбархон Хайдаровна. – Училась я хорошо. Любила читать классические произведения Гоголя, Тургенева, Толстого. В школе на весенних каникулах я участвовала в художественной олимпиаде. У меня был хороший голос, и папе учитель музыки сказала, чтобы я поступала в консерваторию. Папа ответил, что ни в какую консерваторию моя дочь не пойдет, она будет учиться в университете. Помню курьезный случай. Когда начались выпускные экзамены, то у меня стал резаться зуб мудрости, была такая сильная боль, что я не могла разговаривать. Моя учительница по химии вызвала меня первой отвечать, как одну из лучших учениц, а я рот не могла открыть. В результате она мне поставила в аттестат тройку.

С началом войны все изменилось. Семья Джиянбаевых, как и все в этот период, жила очень скромно. В 4 классе Рахбархон пошла в школу в папиных галошах 42 размера, привязав их веревочкой к ногам, и в мамином платье, длину которого подтянула с помощью пояса. В школьной столовой на обед давали затеруху – это мука, пережаренная с маслом и залитая водой. Ученики носили с собой баночки, и на большой перемене в столовой им наливали эту похлебку. Также детям выдавали по жареной пустышке вместо пирожка.

– У нас был сад, где росли фрукты – продолжает профессор. – Мы детьми лазали по деревьям и рвали яблоки, персики. Мама была очень хлебосольной. Наш дом находился около школы, и когда братья приходили домой, то их одноклассники заходили к нам, и мама всех кормила. У нас стоял большой котел с едой. Последние мамины роды были очень тяжелыми – младенцы умерли, а ее выводили из комы. После этого мы, дети, все делали по дому сами: убирали, стирали, на базар ходили. Помню, мама ушла на лечение, а я училась в 3 или 4 классе, так я сама приготовила обед. Когда мама вернулась, то сильно удивилась, похвалила меня за самостоятельность.

Мама нашей героини сокрушалась тяготам жизни и хотела, чтобы дети, окончившие школу, начали работать. «Нет, они будут учиться и получат высшее образование», – ответил глава семьи. В 1948 году Рахбархон Хайдаровна поехала в Ташкент поступать в Среднеазиатский государственный университет (ныне Национальный университет Узбекистана), в столице в политехническом институте уже два года учился ее старший брат.

– Я до этого никогда никуда не ездила. Папа меня посадил на поезд и сказал, чтобы я не выходила на остановках, иначе потеряюсь. Я зашла в вагон, забралась на свою вторую полку и, пока не приехали в Ташкент, с нее не спускалась. В университет на химфак надо было сдавать семь экзаменов. Я набрала 34 балла из 35, у меня по математике была четверка, – повествует доктор наук.

Университетская и семейная жизнь
Годы учебы в вузе были интересными, но непростыми. «Что было самым трудным?» – спросила я химика. «Кушать было нечего, – искренне ответила она. – Стипендия всего 22-25 рублей, этих денег хватало впритык. Материально поддерживала семья. Папа высылал деньги, два брата-студента подрабатывали по выходным: один разгружал вагоны, второй кочегарил в общежитии. Иногда приходилось допоздна задерживаться в лаборатории. Например, когда писала дипломную работу, проводила опыты, и, пока реакция не завершится, домой не уходила, а это бывало не раньше 9-10 вечера».

Во времена студенчества Рахбархон Хайдаровна познакомилась со своим будущим мужем. Он был на шесть лет ее старше, пришел в университет после армии, учился на географаке, впоследствии защитил кандидатскую диссертацию, получил звание доцента и стал замдекана этого факультета. Молодой человек окончил музыкальное училище по классу трубы, в Ташкенте поступил в консерваторию, которую со временем оставил. После 4 курса будущий спутник жизни уехал на двухмесячную практику, а когда вернулся, то со своей матерью поехал свататься к родителям девушки. Расписались молодые в ноябре 1952 году в Ташкенте, а свадьбу сыграли в Фергане.

– Когда мы с мужем окончили университет, то по распределению нас направили в Ошский пединститут, – рассказывает героиня. – А когда вернулись в Ташкент, то на Госпиталке начали снимать квартиру. Потом нам дали свою. В 1954 году у нас родилась дочка. Беременность у меня была тяжелой, последствия болезни в детстве. Когда я была маленькой, то заболела корью – началось воспаление почек, врачи даже считали, что я не выживу. Ну, это дела прошлого… А в настоящем – моей старшей внучке скоро исполнится 40 лет, а старшая правнучка учится уже в 8 классе.

На вопрос – как вам удавалось совмещать личную жизнь восточной женщины и успешную карьеру крупного ученого – Рахбархон Хайдаровна ответила: «Во мне чувство долга жены и матери перебороло все остальные чувства. В выходные я готовила, стирала, убирала. К понедельнику у меня был холодильник забит продуктами, пироги испечены, постельное белье и скатерти накрахмалены. Дочку воспитывать помогала свекровь, в детский сад девочку мы не отдавали. Домой приходили учителя по музыке и английскому языку. Естественно, мы воспитывали своих детей не так, как наши родители нас. Когда у тебя трудное детство и юность, то ты хочешь, чтобы подобное не испытали твои дети, поэтому от многого их ограждаешь. Да и по характеру они другие, и времена уже не те, что раньше. Мой муж много времени уделял внукам: ходил с ними на берег Анхора, где все показывал и рассказывал. Как-то мы с внучкой поехали в метро, я ей сказала, что сейчас будет такая-то станция, а она мне в ответ: «Бабуля, а мы с дедом на каждой станции выходили и осматривали ее». Когда в 1984 году наша героиня овдовела, то всю себя посвятила дочке и внучкам.

– Что касается профессии, то на работе надо быть собранной, заниматься только работой и не отвлекаться на что-либо бесполезное, а дома нужно полностью переключаться на семейные дела, – продолжает Рахбархон Хайдаровна. – В университете я была с 9 до 4 часов. Больше пяти часов подряд наукой заниматься невозможно. Я задерживалась на факультете, если во время опытов какая-либо химическая реакция долго проходила. После 4 часов дня я уже не доктор химических наук, а жена, мать, бабушка. Правда, я вставала в 5 утра и до 7-8 часов писала диссертацию. Своим студенткам я всегда говорила: «Девочки, когда вы приходите домой, то будьте дочерьми, женами, матерями. Никаких революций вы не совершаете, дома выполняете все свои женские обязанности».

От лаборанта до доктора наук
Начинала свою карьеру будущий профессор лаборантом на химфаке. В 1957 году она поступила в аспирантуру. Оригинальность и новизна ее исследований заключалась в использовании в качестве реагентов природных соединений и их производных, выделяемых из растений Средней Азии и Казахстана. Когда основные наработки были сделаны, Рахбархон Хайдаровну послали в командировку в Киев на кафедру аналитики, чтобы там ознакомились с результатами ее исследования.

– У аспирантов запланированы командировки, я подумала, хоть съезжу, Киев посмотрю, – говорит ученый. – В заявлении я написала, что прошу оформить командировку на самолете в оба конца. Мне ректор сказал: «Еще чего, рано летать на самолетах, доедешь поездом». В ящичек я положила свои приборчики: пипетки, колбочки, вещество. У меня на руках была только месячная стипендия. Приехала в Киев. К слову, там у студентов бытовало мнение, что мы в Ташкенте еще ходим в парандже и ездим на ишаках. Я укрепила в лаборатории свой приборчик, чтобы перегнать вещество, потому что это органика, она со временем желтеет. Киевляне моей работой заинтересовались, в их университете была одна лаборатория, так меня обеспечили всем необходимым и без очереди все мои растворы измеряли. Я месяц здесь поработала, добрала еще материал для своей кандидатской, почитала литературу.

По окончанию командировки химику из Узбекистана академик А.К.Бабко дал отзыв. А сотрудники кафедры сказали, что у нас многие стажируются, даже из стран народной демократии, но еще никто такой отзыв не получал. «А что написали?» – спросила я. «А я и не знаю, я отдала его декану, когда показывала материалы», – ответила героиня, которая в 1961 году защитила кандидатскую диссертацию. Она стала преподавать в университете. А в 1966 году Рахбархон Хайдаровна защитила докторскую диссертацию. Ей было 36 лет.

– До защиты положена предзащита, я поехала докладывать о своем исследовании в Казахстан в Алмаатинский университет. Собрали научный семинар, выхожу я на сцену, и вдруг моя туфля на шпильке застревает в щели пола. Полный зал смотрит на меня, а я не могу вытащить каблук, тогда я сняла туфлю и достала ее рукой. В остальном все прошло гладко, – с улыбкой вспоминает Рахбархон Хайдаровна.

На защиту ее докторской диссертации собрался полный зал библиотеки на химфаке. Преподаватели приехали с разных институтов. Ученый совет состоял из 22 человек. Наша героиня встала за кафедру, посмотрела на своего научного руководителя, а он на нее. А до этого она не спала ночь, устраивала в гостиницу оппонентов из Баку и Днепропетровска. У доцента промелькнула мысль – уйти бы и выспаться. Но, справившись с волнением и стеснением, она начала докладывать. Ее главная цель, как и на лекциях, – это рассказать так, чтобы было все понятно. Цель была достигнута – защита прошла на «ура».

Об учениках
С особой теплотой преподаватель вспоминает своих студентов. В 60-70-е годы на химфак был серьезный конкурс: пять человек на место, и все были отличниками. Принимали по 150 человек на дневное отделение и 100 – на вечернее. Рахбархон Хайдаровна была замдекана. Как-то ее студентам, у которых были тройки, не давали стипендию, а некоторые ребята – детдомовские, поэтому родительской поддержки не имели. Наша героиня ходила к ректору и просила, чтобы им выдали стипендию, ведь учащимся надо как-то жить. Ректор выдал из специального фонда. А был у нее студент, который никак не мог сдать коллоквиум. «Что ты делаешь по выходным, почему не учишь?» – спросила педагог. Парнишка признался, что ходит на базар и мардикорит, иначе ему будет туго. Рахбархон Хайдаровна дала ему 25 рублей и сказала, чтобы больше не ходил подрабатывать, а учил химию.

– У нас на кафедре бывало по 45 дипломников в год, – делится профессор. – Я выпустила более тридцати кандидатов наук. Сегодня почти во всех областных пединститутах работают выпускники нашей кафедры. И вообще у нас образовалась сильная школа химиков-аналитиков, многие из которых в настоящее время возглавляют крупные промышленные предприятия страны. Помню, направили нас, столичных профессоров, принимать участие в открытии Нукусского университета. Оборудование там было шикарным. Один из моих бывших учеников, ставший преподавателем, подошел ко мне и попросил научить работать на сложном приборе. Я сказала, что учить приеду отдельно, а сейчас мы присутствуем в качестве гостей.

Профессиональные достижения
Научная деятельность профессора Джиянбаевой многогранна. В 70-е годы в связи с дефолиацией хлопчатника бутифосом, применением и других пестицидов в сельском хозяйстве Узбекистана были проведены исследования по определению их остаточных количеств в семенах хлопчатника, продукции масложировой промышленности (шелуха, шрот, хлопковое масло, ядра семян хлопчатника), в яблочном и виноградном соке, в природной воде, почвах. Итогом работ было написание и опубликование учебного пособия «Анализ пестицидов», в которое вошли разработанные фотометрические и кинетические методики, утвержденные в качестве стандартных. Одновременно был осуществлен лабораторный практикум по названному курсу. Рахбархон Хайдаровна была заместителем председателя Среднеазиатского отделения научного совета академии наук СССР. На специализированном ученом совете защищали кандидатские и докторские диссертации соискатели из Казахстана, Таджикистана, Туркмении, Азербайджана, Грузии.

На пенсии, но в строю
Сегодня доктор химических наук на пенсии, два года она уже не читает лекции. Работать при этом продолжает, во время интервью у нее на столе лежали три диссертации и последнее учебное пособие «Экология и химия», которое она выпустила. Сейчас в Национальном университете Узбекистана Рахбархон Хайдаровна является консультантом-профессором, а также она утверждена ВАКом в состав спецсовета по защите диссертаций.

– Кафедра, которая за столько лет мне стала родной, уже не такая большая, как раньше. По нашей специальности на ней работают 4-6 человек, а в прошлом насчитывалось 40-45. В былые годы за 2-3 месяца я читала 90 часов лекций, а лабораторный практикум был 150 часов. Теперь лекции – 20 часов, а лабораторный практикум – 30. Конечно, сегодня время другое. Но, несмотря ни на что, в Узбекистане остается высокий уровень химического образования. Пару лет назад на Международной олимпиаде по химии наши ребята заняли призовые места. Мои ученики востребованы в разных областях химической науки и производства как в нашей стране, так и за ее пределами. Они работают в Израиле, Кабуле, Сирии, Хельсинки, что меня очень радует, – этими словами закончила нашу беседуРахбархон Хайдаровна Джиянбаева – первая женщина-профессор химии Узбекистана.

Надежда НАМ

Комментариев пока нет, вы можете стать первым комментатором.

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.