Портрет Гафура Гуляма Tашкентцы Искусство Фото

Рустам Шагаев

Сабир Рахметов. «Портрет Гафура Гуляма»  1985 г. 140х145 см., х.м.

Много лет дружу с Хондамир-ака Гулямовым. Он часто бывает у меня дома, и я него в гостях. С ним интересно: простой в общении и  всегда открыт миру, бесконечно щедр в душе. Сам он – историк, у него большой круг знакомых: художников и поэтов, спортсменов и бизнесменов.

И надо видеть как он искренне, словно ребенок, радуется успехам друзей!

Образ Хондамир-ака Гулямова запечатлен в картине «Свадьба» Рустама Базарова – одной из лучших в моей коллекции (он в очках вверху  – четвертый справа).

Эти черты истинного интеллигента у Хондамир-ака от отца — Народного поэта Узбекистана Гафура Гуляма, которому 10 мая исполняется 110 лет. В этот день, в 7 часов утра, в одном из лучших ресторанов города — «Версале» — будет дан праздничный плов для тысячи ташкентцев.

На днях Хондамир-ака позвонил мне и попросил снять портрет его отца, который хранится в его Доме-музее. Он объяснил, что это — для баннера, которым решили украсить фасад «Версаля».

Со своим другом, известным фотокорреспондентом Наби Утарбековым, мы условились встретиться у театра Мукими, что рядом с Домом-музеем поэта. А когда вошли в него, то будто оказались в райском уголке. Кругом все ухожено, цветы и зелень, а в углу двора, в тени деревьев — скульптурный портрет Гафура Гуляма, выполненный ташкентским ваятелем Яковом Шапиро. Тем самым скульптором, чей славный ослик с Насреддином Афанди красуется у Ляби-хауза в Бухаре.

«Насреддин Афанди со своим осликом» — скульптура Якова Шапиро.

…Портрет висел на втором этаже выставочного зала. Было темновато, и я попросил хранительницу разрешить вынести его во двор. Наби сказал, что лучше всего его снять под прямыми лучами солнца. Мы долго примеривались, но на верхний край картины падала тень от багета: был полдень, и солнце стояло в самом зените.

Пришлось повозиться, чтобы вынуть картину из рамы. Наби установил свою камеру на штатив, рядом с портретом приладили цветную шкалу. И когда в рекламном агентстве открыли этот снимок на экране монитора, то оказалось, что он удался на славу: один к одному с картиной.

Это был удивительный портрет. Уже сам размер классический — почти квадрат. В 1985 году его создал Народный  художник Узбекистана, академик Сабир Рахметов. На нем Гафур Гулям написан в две трети роста, в белой праздничной  рубашке, с пиджаком под мышкой и в своей любимой тюбетейке. У поэта немного грустный, задумчивый взгляд.

Рахметов написал его на фоне Ташкента начала прошлого века. И этот чудный фон наполняет картину особой философией.

1985 год. Сабир Рахметов во время работы над портретом поэта.

Можно бесконечно любоваться этими забавными героями повестей и стихов Гафура Гуляма, женщинами с узлами на голове и маскарабозами, дымом шашлычных и ярко сверкающими на солнце медными карнаями и звонкими дойрами, седыми мавзолеями и медресе, айванами, на плоских крышах которых сушится курага и далекими просторами окраин.

Я знаком с этим славным живописцем. Он добрый и чуткий человек. Как и многие узбекские художники, первые азы мастерства получил в Республиканском  художественном училище имени П.П. Бенькова.

Юность

А затем – в Ленинградском институте живописи, скульптуры и архитектуры имени И.Е.Репина.
В «северной столице» он получил блестящее европейское образование, но остался узбекским художником, которому близки и дороги яркие солнечные краски и родная щедрая земля.

С Рузы Чарыевым

Я позвонил Сабиру и попросил рассказать историю создания этого портрета.  И он поведал о том, что работал над картиной  больше года. О том, что еще в детстве читал его повесть «Озорник». Но ведь когда тебе уже тридцать три, то всё воспринимаешь по-новому.

Художник перечитал многие его произведения, часто бывал в Доме-музее, изучал фотографии и документы, подружился с его директором —  Олмоз Гафуровной — дочерью поэта и с Хондамир-ака.

Олмозхон-опа и Хондамир-ака у скульптуры Гафура Гуляма

Они много сокровенного рассказала об отце, о том, как после землетрясения 1966 года от переживаний за родной город у него поднялся уровень сахара в крови…

Он умер 10 июля того рокового года. Проститься с ним на Чагатайское кладбище пришли десятки тысяч людей.

Сабир проникся всем величием и широтой души этого человека  энциклопедических знаний. Подарившего нам много чудных книг, открывшего узбекскому читателю произведения Шекспира и Данте, Бомарше и Хикмета, Руставели и Низами, Маяковского и Лермонтова.

Он был так очарован творениями великого поэта и гражданина, что решил подарить свой портрет Дому-музею. Прошло двадцать восемь лет, но, кажется, будто картина написан вчера.

Действительно, настоящая искусство – будь то стихи, проза или живопись будет жить вечно!

1 комментарий

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.