Перепелиный базар История

Автор Николай КРАСИЛЬНИКОВ

Перепелиный базар

Этот базар находился в районе Чорсу, там, где сейчас стоит высотная гостиница. Сюда собирались любители перепелов со всего Ташкента. Конечно, стихийно возникали и другие перепелиные базарчики, но этот в своём роде был единственным. После землетрясения, когда район стал застраиваться многоэтажками, постепенно исчез и перепелиный базар, но он остался в моей памяти, как детство, как юность.

Перепелиный базар – базар особый. Сначала его нужно услышать. Издалека… А уж потом – увидеть…

Слышен он разнозвучным и неожиданным пением множества пёстреньких птах. То в одном месте, то в другом, то в третьем раздаются звуки, похожие на биение маленького сердца: “Ва-вак, ва-вак…” Это начинает рябенький самец. “Пить-пилык, пить-пилык!” – вторит самочка в скромном сереньком платьице.

А когда начинают петь десятки, а то и сотни певунов, – с чем сравнить тогда это? С большим перепелиным концертом? С игрой маленького симфонического оркестра? Трудно найти слова…

Где-то звенят трамваи, бегут под землей электрички, – кто кого перестучит… Летят в небе самолеты и облака, – кто кого выше… А здесь, в центре города, будто островок клеверного поля с перепелами поющими, – кто ближе к божественным небесам… Неохватность звукового пространства!

При всём том базар собирается на крохотном пыльном пятачке. Сторожем и ревностным смотрителем этого пятачка является Салим-беданабоз. “Беданабозами” в Узбекистане называют перепелятников: знатоков, судей и падишахов птичьей жизни.

Ещё с субботнего вечера Салим-беданабоз поливает из ведёрка площадку, подметает её растрёпанным веником. Он уже живёт ожиданием воскресенья, когда с рассветом потянутся сюда со всех концов города любители перепелов. Седобородые аксакалы в разноцветных халатах, тюбетейках. Взрослые, молодёжь… И мальчишки уж непременно. Кто с братом, кто с отцом, кто с дедушкой. Кто – сам по себе проскальзывает… Пришли поглазеть, послушать…

Многие приходят с клетками: конусообразными, накрытыми материей – белой, розовой, красной… Там же и корм, и водичка в баночке. Есть клетки из высушенной тыквы. Огромные, вроде бы пустые внутри. Однако пустыми они только кажутся. Если прислушаться, в каждой – будто семечки шебуршат… Конечно, это перепел перебирает лапками. Очень уютно ему в такой клетке. Особенно зимой.

Металлические, понятно, тоже хороши. Живут же в них канарейки, попугайчики, щеглы… Но сами по себе они как будто мертвы, в них нет птичьей тайны – они проглядываются насквозь.

А хорошего певуна нельзя показывать вот так, сразу – сглазят.

Кстати, особо любимых птах носят за пазухой или в матерчатых мешочках.

Во все времена Восток ценил и любил певчих перепелов. И сегодня приятно держать такую птаху на каком-нибудь пятом или девятом этаже бетонного дома. Прислушиваться и ждать, что вот-вот – на рассвете или тихим вечером – постучится перепелиная песня в окна квартиры: “Ва-вак, ва-вак, пить-пилык, пить-пилык!”

Живая душа!

Пшеничное поле…

Запах колосьев и солнца…

– Пить-пилык!

Итак, надумали? Тогда – на перепелиный базар. И прямо к Салиму-беданабозу… Он оглядит вас, определит – кто вы есть на самом деле. Не смущайтесь, ведь только хорошим людям следует держать птиц. А настоящий беданабоз не ошибается в людях. Птицы ли его этому учат?

Но вот он берёт в руки маленькую птаху. Рябенькую, беспомощную. Гладит её, заглядывает в глаза, дует в клюв, опрыскивает водой. И … перепел словно оживает. Встряхивается, смелеет, осторожно начинает:

– Ва-вак…

Стеснялся сначала, что ли?

Тут ему, конечно, нужна поддержка. А от кого же её ждать? Опять же от Салима-беданабоза! Его, кажется, не только перепёлка может послушать, но и камень…

И вот уже Салим-беданабоз шепчет перепелу бог знает какие слова, говорит с ним, обижается на него и махает руками, вскрикивает так, что все оборачиваются на голос старика. Будто он сам большая и седобородая птица.

– Ва-вак, ва-вак! Пить-пилык! Пить-пилык! – всё увереннее, всё громче выводит перепел.

Собравшиеся знатоки и зеваки улыбаются, хохочут. Здорово! Как такого ручного, почти выдрессированного певуна не купить?

Что значат деньги, отданные за перепелиные голоса!..

Ценятся на базаре и перепела бойцовые. Чтобы выбрать “чемпиона”, на землю расстилают большой платок, – он как будто заменяет борцовый ковёр. И болельщики тут как тут – все, кто рядом.

Вот на ковёр опускают птиц. Они отряхиваются, примеряются. И совсем как молодые петушки, наскакивают друг на друга. Бьют когтями, таскают клювом за хохолок, падают, встают снова.

Азартны голоса болельщиков. Неукротимы птахи. Победителю – горсть маковых зерён и блюдечко холодной воды.

… Только в полдень, когда раскалённое солнце стоит в самом зените, базар нехотя расходится. Пятачок пустеет. На земле остаются бумажки, просыпанный корм да лёгкие перья.

И одинокая тень Салима-беданабоза, похожая на лохматую белую птицу, которую, увы, не каждому суждено увидеть, услышать, понять…

Что ж, тогда до следующего воскресенья…

1 комментарий

  • Оксана:

    Мой второй половин, оказывается беданабоз)))
    разводит перепелов. Так что песня- Ва-вак, ва-вак! Пить-пилык! -хорошо нам знакома. Есть среди них и забияки — драчуны, сидят в «одиночных камерах», чтобы драться было не с кем)

      [Цитировать]

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.