Великий комбинатор из Коканда История Разное

Напомним, что была статья “Остап Бендер в Ташкенте”. ЕС

Настоящий Остап Бендер не был сыном лейтенанта Шмидта. Он был председателем ЦИК Узбекистана.

Тургун Хасанов. Недатированное фото с сайта Belaruspartisan.By

Русскоязычным читателям хорошо знакома ставшая крылатой фраза о сыне лейтенанта Шмидта, впервые появившаяся на страницах романа Ильфа и Петрова «Золотой теленок». Однако писатели вовсе не выдумали схему описанной махинации, а лишь иронично описали реально существовавший обман.

Последствиями произошедшего большевистского переворота стали всеобщий хаос, дезорганизация и голод. И потому вполне объяснимо появление в стране многочисленной армии мошенников, любителей ловить рыбку в мутной воде.

Одной из распространенных схем мошенничества стало использование имени сына известного бунтаря и революционера — морского лейтенанта Петра Шмидта. Это был довольно эффективный и быстрый способ заработка. Описанный в романе обман осуществлялся обычно в небольших провинциальных городках, официальные власти которых – вчерашние пролетарии и крестьяне – не отличались особым интеллектом и грамотностью. Характерными чертами большинства этих людей было угодничество перед вышестоящими и боязнь потерять место. Мошенникам той поры была хорошо известна примитивная психология провинциальных руководителей. И потому довольно незамысловатая «операция» давала вполне ощутимые плоды.

Заключалась она в следующем: в кабинет главы области или города входил моложавый мужчина и представлялся сыном лейтенанта Шмидта, оказавшегося в щекотливом положении. Он, якобы приближаясь к станции назначения, был обворован в поезде и лишился вещей, денег и документов. И провинциальные деятели, поверхностно знакомые с именем легендарного революционера, просто не решались отказать в помощи сыну лейтенанта Шмидта. Даже сомневающиеся допускали ничтожный шанс, что что перед ними стоит настоящий отпрыск лейтенанта. В случае отказа в помощи местную администрацию ожидала страшная кара: сыну прославленного революционера достаточно было написать жалобу в Москву, за которой непременно последовала бы проверка. А за большей частью провинциальных вождей водились всевозможные грешки, до которых могли докопаться столичные партийцы. Поэтому местная власть предпочитала отделываться малой кровью: деньгами, талонами на питание, провизией. И, облагодетельствовав «сына», они с нетерпением ждали скорейшего его отъезда из города…

Первый прототип

Андрей Миронов в роли Остапа Бендера. Кадр из фильма «Двенадцать стульев» 1976 года

Андрей Миронов в роли Остапа Бендера. Кадр из фильма «Двенадцать стульев» 1976 года

Романом Ильфа и Петрова «Золотой теленок», впервые изданным в 1928 году, семь последовавших десятилетий буквально зачитывалась советская страна, а его главный герой Остап Бендер стал популярнейшим персонажем русской литературы двадцатого столетия. Историкам отечественной словесности и наиболее любопытным читателям была известна и личность человека, послужившего прототипом этого литературного героя. Им оказался знакомый обоих авторов Осип Шор, которого родные и близкие называли именем Остап. Этот одесский авантюрист в юности перепробовал себя в различных ипостасях: он был подставным женихом, художником–аферистом, разъездным гроссмейстером и даже выступал с цирковыми номерами. Немного позднее он стал сотрудником уголовного розыска, грозой одесских налетчиков, который по популярности не уступал в Одессе самому Мишке Япончику. С писателями Осипа познакомил его близкий друг Валентин Катаев, брат Евгения Петрова. Полная самых невероятных приключений жизнь этого человека и стала основой романа. Оставив своему герою имя Остап, авторы наделили его экзотической фамилией Бендер, позаимствовав ее у мясного торговца — соседа по дому Ильи Ильфа…

Что ещё почитать:  Путь к вершине. Алексей Федченко. Часть 4. В Коканде

Главный герой

17 ноября 1998 года произошло случайное событие, которое добавило некую новацию в образ Бендера и несколько поколебало роль Осипа Шора как единственного прототипа героя романа. В этот день молодой историк, сотрудник Национального архива Республики Беларусь Илья Курков работал над своей плановой темой, которую необходимо было завершить до конца текущего года. К окончанию рабочего дня, перебирая архивные дела 1920-х годов, утомленный чтением документов исследователь обратил внимание на показавшийся ему чужеродным текст с «азиатскими вкраплениями», в котором фигурировал «…председатель ЦИК Узбекской ССР» и «несколько сотен шелковых коконов».

Хорошо образованный и любивший русскую классику историк при этом вспомнил строки из дилогии об авантюристе Бендере: «Остап обещал подарить очаровательной хозяйке несколько сотен шелковых коконов, привезенных ему председателем ЦИК Узбекистана…», «Остап все время произносил речи, спичи и тосты. Пили за народное просвещение и ирригацию Узбекистана…» «Не много ли географических совпадений? – подумал минский историк. — Интересно, что тут за документы в деле?..»

Усталость как рукой сняло, Илья с интересом стал знакомиться с подборкой материалов о похождениях авантюриста, причем не простого — выдающегося. Вот тебе и «коконы»! Да тут готовый сюжет «Золотого теленка»! Обаятельный самозванец вымогает деньги у доверчивых руководителей советских учреждений. И не в романе, а в реальной жизни, на дворе 1925 год. Но, если так, — получается, что Ильф и Петров вполне могли знать о нем, а потом уже написать свою книгу. Нет, надо спокойно разобраться… На следующий день Курков известил о своей находке профессиональных минских филологов…

Тургун Хасанов, он же Файзулла Ходжаев, он же Бендер

Файзулла Ходжаев. Фото с сайта Openlist.wiki

Так, совершенно случайно в 1998 году в одном из архивов Белоруссии было найдено дело некоего Тургуна Хасанова, в котором литературоведы нашли немало бесспорных совпадений с образом великого комбинатора. Хасанов в 20-е годы XX века, покинув родные пределы, ездил по стране, представляясь в госучреждениях главой Узбекистана, у которого в пути украли деньги и документы. Единственным сохранившимся у него документом была справка, выданная аферисту в Крыму, подтверждающая, что он действительно председатель ЦИК Узбекской ССР Файзулла Ходжаев. С этой бумажкой за подлинной подписью председателя ЦИК Крымской республики Вели Ибрагимова/Ибраимова, имевшего неосторожность поверить «коллеге» на слово, «сын лейтенанта Шмидта» путешествовал по СССР, получая у доверчивых чиновников деньги… Однако, как гласит поговорка, все имеет свой конец. Кульминация описываемых событий произошла 8 августа 1925 года, когда явившийся в кабинет к председателю Гомельского губисполкома Егорову «Файзулла Ходжаев» привычно попросил выдать ему 60 рублей.

Почетного гостя бросились ублажать — немедленно выдали деньги, усадили в президиум заседания губисполкома, а потом на казенном автомобиле повезли куда-то на банкет, затем — в театр, потом — в исполкомовскую гостиницу. Однако высокий азиатский гость почему-то вызвал подозрение у начальника милиции Матвея Хавкина, который разыскал в библиотеке номер журнала «Красная нива» с портретами всех председателей ЦИК союзных республик и… решился на силовую акцию. Вернувшегося навеселе глубокой ночью в номер «Ходжаева» встретили люди в форме с характерными петлицами. Но задержанный ими человек проявил необыкновенное хладнокровие и предложил вместе отправиться на переговорную станцию, где он вызовет товарищей Калинина или Сталина, которые и разрешат возникшее недоразумение. Матвей Хавкин воздержался от переговоров по прямому проводу с товарищем Сталиным, но зато произвел личный обыск, при котором за подкладкой пиджака была найдена справка на имя Тургуна Хасанова об освобождении по амнистии из мест заключения.

Что ещё почитать:  Ответ на «ключевой» вопрос плюс бонус

Итак, фигурант найденного Ильей Курковым уголовного дела – 27-летний Тургун Юлдашевич Хасанов, который оказался уроженцем узбекского города Коканда, уездного центра Туркестанского генерал-губернаторства.

Гомель стал финальной точкой всесоюзного путешествия Хасанова. После задержания оказалось, что на счету «узбекского комбинатора» уже были несколько десятков обманутых руководителей крупных городов страны: Новороссийска, Ялты, Симферополя, Харькова, Полтавы и т.д.

Как мы можем сейчас судить, многое в нем совпадало с литературным образом. Того же возраста, что и Бендер, он обладал представительной наружностью, раскованными манерами, да и стиль жизни был таким же наконец. Путешествуя по городам и весям СССР, молодой человек легко брал деньги в исполкомах и прочих важных домах, пользуясь всего лишь удостоверением, «выданным взамен украденного в поезде». Из документа должностные лица узнавали, что их гость не кто иной, как председатель Центрального исполнительного комитета Узбекской ССР Файзулла Ходжаев. Из дела было видно: получив «ибраимовский» документ, «Ходжаев» стал действовать особенно нагло: в Новороссийске, например, он вызвал главу местной исполнительной власти прямо к себе в номер, где и сообщил в дружеской беседе о «странном случае в дороге», похищенном портфеле и т.п. Деликатно, но твердо попросил 100 рублей, каковые моментально и получил.

В столице советской Белоруссии события развивались особенно любопытно. Явившись в республиканский ЦИК, Хасанов с похвальной систематичностью и выдержкой попросил не 60-100 рублей, как в прочих городах, а целых 500 (для сопоставления: месячная зарплата служащего была в ту пору около 40 рублей). Очевидно, платежеспособность Белоруссии была оценена им выше платежеспособности Крыма и Украины. Но люди из приемной главы республики решили оказать гостю поддержку не из республиканского бюджета, а из средств представительства Узбекской ССР в Москве, о чем и была послана телеграмма в тогдашнюю столицу Узбекской ССР Самарканд. Узбекский полномочный представитель, похоже, с перепугу срочно перевел 500 рублей в Минск…

«Крестным отцом» мошенника можно считать руководителя советского Крыма Ибраимова. И тут уместно вспомнить роман «Золотой теленок», в котором, демонстрируя свою лояльность патрону, Паниковский клянется, что уважает «Остапа Ибрагимовича». В уголовном деле обнаружилось и фото афериста: крепко сбитая фигура, взгляд решительный, хоть и невеселый, ботинки в стиле Бендера — «шик-модерн», солидный пиджак.

Найденные факты всего не объясняли. Откуда, например, московским сатирикам было знать о гомельских событиях?

Фельетон в «Правде»

Гомель, 1920-е годы. Фото Wikimedia Commons

Историкам литературы было известно, что сюжет «Двенадцати стульев» подсказал молодым писателям Валентин Катаев. Но можно предположить, что он сам взял идею романа о новом Хлестакове из прессы: в газете «Правда» за 1 октября 1925 года на первой странице был опубликован яркий фельетон П. Сосновского «Знатный путешественник». И там в сатирической форме как раз рассказывалось о том, как «утром 8 августа 1925 года загорелый мужчина южной внешности в темном пиджаке, белых брюках и лакированных штиблетах сошел с поезда на станции Гомель. Багажа при нем не было. Уверенным шагом он направился в местный губисполком. Председатель Егоров был растерян и смущен неожиданным визитом. Респектабельный южанин представился председателем Центрального исполнительного комитета Узбекистана Файзуллой Ходжаевым и предъявил документ. Как оказалось, товарищ Ходжаев попал в весьма затруднительное положение — в поезде воры украли у него все деньги и вещи.

Что ещё почитать:  Современные фото русских домов в Коканде. Завершение

Чиновник из солнечной республики попросил 50 рублей на билет домой и несколько дней отдыха. Ему дали не только деньги, но и лучший номер в главной городской гостинице «Савой». Вечером гомельские чиновники устроили крупный банкет по случаю неожиданного визита главы Узбекистана. Не внушил доверия азиатский гость только начальнику местной милиции Матвею Хавкину. Подозрения у гомельского милиционера вызвала не только дорожная история с кражей, но и единственный документ главы Узбекской республики. Он был выдан в Симферополе председателем ЦИК Крыма Вели Ибрагимовым. Фото тогда не прилагалось, поэтому Хавкин придумал необычный способ разоблачить афериста. В журнале «Красная нива» он нашел портреты всех руководителей союзных республик. После изучения снимков в гостиницу «Савой» была направлена оперативная группа. При обыске в номере нашли справку об освобождении его постояльца из тифлисской тюрьмы на имя Тургуна Хасанова».

Смешная авантюрная история Тургуна Хасанова, выведенного здесь под собственным именем, огромным тиражом разошлась по всему СССР и для многих стала символизировать особое явление — «новую хлестаковщину».

Финал

Ирония судьбы: попав за решетку, разоблаченный мошенник, можно сказать, своего добился — стал не менее, а то и более знаменит на какое-то время, чем настоящий Файзулла Ходжаев. А ведь впереди было еще настоящее бессмертие – литературное.

Все персонажи реальной истории похождений кокандского Бендера не умерли естественной смертью. Председатель Крымского ЦИК Вели Ибрагимов, выдавший Хасанову «золотые» документы, был расстрелян в 1928 году. Спустя 9 лет, в 1937-м, такая же участь постигла узбекского руководителя Файзуллу Ходжаева. Глава Белоруссии Александр Червяков, принимавший авантюриста в Минске, покончил с собой накануне ареста. Начальник гомельской милиции Матвей Хавкин, сделав политическую карьеру, в 1938 году был арестован за контрреволюционную троцкистскую деятельность и из лагерей живым не вернулся.

Аферист же Тургун Хасанов через несколько лет после отсидки вышел на свободу. Возможно, от длительного срока его спасло «крестьянское» происхождение. У опытного мошенника, скорее всего, была и такая справка. Он, возможно, даже успел прочитать литературную версию своих приключений: роман «Золотой теленок» впервые был опубликован в 1931 году в журнале «30 дней». Однако вскоре кокандец вновь был подвергнут аресту. Жизнь «узбекского комбинатора» оборвалась год спустя — в одной из ссыльных тюрем он был убит блатными — заколот «заточкой».

Рубен Назарьян
Источник.

3 комментария

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.