Лия Вольфовна Кац — учитель учителей русского языка Tашкентцы

Кац Лия Вольфовна — кандидат филологических наук, до пенсии была доцентом кафедры русского языкознания Национального университета Узбекистана (Ташкент). Занимается проблемами развития русского языка ХХ века и в рамках этой темы — проблемами авторской песни. Опубликовала Эльмира Алейникова в группе Славные женщины Узбекистана.

Надежда Нам:
— Надь, я на выходных с друзьями был на Чарваке, заплыл вглубь и чуть не утонул, — сказал мне, 18-летней студентке, однокурсник, который на филфаке оказался случайно.

Мы стояли в коридоре около кабинета лексикологии, чтобы закрыть летнюю сессию.
— Надь, знаешь, и лучше б я утонул, потому что не сдам Кац, я вообще плохо понимаю, что она говорит, это так сложно, — приуныл наш подкаченный сокурсник.

Лия Вольфовна Кац на филфаке ТашГУ была великим ученым, ее боялись и уважали все: мощная личность, саркастичная, принципиальная и при этом добрая. Ее звали в Москву заниматься научной деятельностью, предлагали обеспечить все условия, она отказывалась.

Когда мы в первый раз сдали экзамен доценту Кац, все с разной степенью успешности, то действительно ощутили, что не утонули, а выплыли из Чарвака.

В редакторской работе мне помогло всё то, что в наши головы вбила на своих курсах и спецкурсах Лия Вольфовна. Об идентифицирующих и характеризующих функциях слова, об упорядочивании отношений между членами лексической системы языка, о стилистической иерархии на основе коммуникативных потребностей человека, о разветвленной типологии лексических значений и прочее.

Меняя телефоны, симки, я умудрилась потерять номер Лии Вольфовны, которая уже много лет на пенсии. И сегодня его наконец-то нашла — позвонила. Она человек пожилой, поэтому я сразу начала:
— Лия Вольфовна, здравствуйте, это Надя Нам. Помните, я была вашей студенткой, а потом работала в журнале с Натальей Николаевной?.
— Надя, конечно, помню, рада, что вы мне позвонили. Как ваши дела? — Лия Вольфовна ответила ясно и бодро.
Мы поговорили обо всем, главное — о коронавирусе Лия Вольфовна осведомлена и не выходит в людные места.

Что ещё почитать:  Беньков Павел Петрович (Россия / Узбекистан, 1879-1949). Часть I: «Казанская»

Но я же не могу не воспользоваться случаем и не спросить у великой Кац, как называется лексический прием, основанный на игре слов, который часто используют современные СМИ в заголовках. Например, «Ведомости», в последнем номере переименовавшиеся во «Вседомой». Лия Вольфовна отправила меня читать Кронгауза «Русский язык на грани нервного срыва», и я опять почувствовала себя студенткой великой Кац, когда мы боялись провалить лексикологию и были на грани нервного срыва.

Вячеслав Кан:
Помню Кац, её все студенты боялись :)

Ekaterina Semerdjidi:
Кац! Я обожала ее лекции и никогда не было проблем

Nataliya Krichagina:
Аж всплакнула ) я ее тупо обожала и не боялась совсем, нахалка. Да, все что случилось хорошего в текстах — благодаря ей. И «кушать» моветон, и труп неодушевленный — прелесть же.

Андрей Михайлович Толоконников:
Она не только к студентам строгая была! )) Меня, начинающего преподавателя ни с того, ни с сего расспрашивала, понимаю ли я специфику филфака и смогу ли дать психологию в нужном ракурсе? — Пришлось успокаивать её тем, что я и пед.практику на четвёртом курсе проходил на ФРФ и после вуза преподавал в ПИРЯЛ ! А растопило её настороженность то, что я оказался сыном учительницы русского языка. ))

Анна Ан:
Лия Вольфовна — моя любовь навеки. Я под ее руководством и диплом, и магистерскую, и кандидатскую писала)

Юлия Мезенцева:
Лия Вольфовна))) с той великой силой, с какой я ее боялась студенткой, с такой же обожала, став преподавателем, и обожаю до сих пор. А конференцию в музее Высоцкого с ЛВ вспоминаю исключительно как «три счастливых дня». Помню, как на Таганке задала ЛВ вопрос, почему она считает Высоцкого явлением языка, а не литературы, и до гостиницы слушала самую лучшую лекцию о творчестве ВВС, которую до сих пор ношу в себе. И каким было шоком узнать, что я понимаю каждое слово великой Кац! Вот тогда я поверила, что я филолог, хотя уже кандидатскую писала.

Что ещё почитать:  Эдуард Моисеевич Ким

Татьяна Петренко:
А я училась в консерватории у ее сестры профессора Юлии Вольфовны Кац. Ох, как мы ее боялись и как были счастливы и чувствовали себя на седьмом небе, когда сдавали у нее зачёт или экзамен! :-)

Александра Николаевна Давшан:
Если бы тогда, очень-очень давно, Лия согласилась сделать докторскую диссертацию, нам бы всем легче жилось. Да, в каком -то смысле это как голову на плаху, но пережив такое, общая профессиональная защита усиливается. А сегодня остается вздыхать. Старшая её сестра Юля пошла на это, их мама была самым известным специалистом-травматологом и профессором. А Лию помню еще с абитуриенства . Ей предстоял выбор между музыкой — консерваторией и филологией. Грустно, когда талант подчинился характеру. АНД

Евгения Скиба:
Лия Вольфовна — одна из моих самых любимых преподавателей. Ещё Елена Константиновна и Софья Юнатановна. Да у нас все преподаватели были крутые! Многому нас научили. Но именно Лия Вольфовна научила меня внимательности к деталям, чёткости, умению анализировать материал и выстраивать логику. И ещё много чему. Я ей очень благодарна! И ещё за её напутствие мне перед моим отъездом в Москву. Я помню каждое слово! Интересно, а помнит ли она? Вряд ли.

1 комментарий

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.