Сражение за Казанджик в декабре 1919 года (Закаспийский фронт)  История Старые фото

Павел Ермолаев

В декабре 2019 года исполняется 100 лет сражениям за станции Закаспийской ж/д Казанджик и Айдин между частями Туркестанской Белой армии и Красной армии ТуркРеспублики. Предлагаю вашему вниманию главу, посвященную этим событиям, из моей книги «Первый бронепоезд.От Двинска до Кушки», вышедшей в 2019 году в издательстве «Яуза».

Предыдущие материалы можно посмотреть здесь и здесь.

В советской исторической литературе, отражающей события Гражданской войны в Туркестане в ходе наступления Красной армии на Закаспийском фронте, как правило, чаще всего упоминается штурм станции Каахка (3 июля 1919 г.). Это связано с тем, что именно Каахка являлась, своего рода камнем преткновения для советских войск, именно со взятия этой станции наступил коренной перелом в боевых действиях. До этого красные войска Закаспийского фронта лишь освобождали оставленные ранее населенные пункты. После взятия станции Каахка начался, по образному выражению С.Т.Филиппова «1000-верстный поход на Красноводск». Однако сам штурм ст.Каахка протекал скоротечно и потери со стороны красных там были минимальны.

В отличие от него бои за Казанджик и Айдин гораздо менее известны, хотя они были гораздо больше по масштабам, количеству участвовавших войск и потерям с обеих сторон. Эти бои (2-17 декабря 1919 г.), в результате которых были захвачены наряду с этими населенными пунктами еще несколько поселков и станций (Искандер, Узун-Су, Ахча-Куйма и др.), справедливо рассматривать как единую операцию, тем более, что и в сводках с фронта они фигурируют вместе. Именно в сражении за Казанджик и Айдин были окончательно разгромлены части Белой Туркестанской Армии и падение Красноводска стало лишь вопросом времени.

Председатель РВС Закаспийского фронта Н. А. Паскуцкий

В течение ноября 1919 года советские войска на Закаспийском фронте были реорганизованы. Закаспийский фронт временно, до прибытия в Туркестан управления 1-й армии, был преобразован в Закаспийскую армейскую группу, а в начале декабря все войска на Красноводском направлении были сведены в 1-ю Туркестанскую стрелковую дивизию, состоящую из двух бригад. Ее командиром был назначен С.П.Тимошков. В первую бригаду вошли 1-й Туркестанский и 1-й Черняевский стрелковые полки; во вторую бригаду — 1-й Оренбургский сводный и 1-й Коммунистический полки. Из всех артиллерийских подразделений стрелковых полков были сформированы два артиллерийских дивизиона. Командиром 1-го Закаспийского артиллерийского легкого дивизиона стал В.Г.Пачандо, 2-го дивизиона — Беседин. Позднее, в феврале 1920 г. в 1-ю Туркестанскую дивизию была добавлена третья бригада, бывшая 1-я бригада 24-й Симбирской Железной стрелковой дивизии.

С. П. Тимошков

К 1 декабря общее количество войск Закаспийской армейской группы составляло 9600 человек. Из них непосредственно на фронте находилось 5600 бойцов, остальные располагались в гарнизонах и в тылу.

Генерал-лейтенант Б. И. Казанович

В Туркестанской Белой армии также произошли существенные изменения. Ее командующим стал генерал-лейтенант Б.И.Казанович. Это был уже четвертый командующий после В.П.Савицкого, Б.П.Лазарева и А.А.Боровского за прошедшие полгода. Войсками фронта командовал генерал-майор Б.Н.Литвинов. Его силы состояли из Сводного Туркестанского стрелкового полка (около 1100 человек), Сводного Закаспийского полка (1200 человек), 1 роты бойскаутов Асхабада, 1 конного Туркменского полка (500 человек), 1 конно-партизанского дивизиона (3 эскадрона полковника Зимина), 1 конного дагестанского дивизиона (2 эскадрона ротмистра Тутушева), 1 конного отряда туркмен Нияз-Кули (100 человек), 1 конного отряда Рогожина (100 человек), 2 легких, 1 тяжелой, 1 горной и 1 гаубичной батарей (8 легких, 4 горных, 4 гаубичных и 2 тяжелых 5-дюймовых орудий) и 6 бронепоездов.

Войска белых были разделены на 4 группы: ст.Искандер — полковник Фоменко (Закаспийский полк, 2 бронепоезда и конница с 2 батареями); ст.Узун-Су – полковник Самарин (Туркестанский полк, 2 бронепоезда с 2 батареями и конница); ст.Казанджик – резерв (2 роты рабочих, 1 рота афганцев, 1 рота бойскаутов, 2 бронепоезда, конница, артиллерийская батарея); и Ахча-Куйма – конный отряд Нияз-Кули.

Непосредственно перед началом сражения в Казанджик был доставлен из порта Красноводска отдельный батальон 5-го Сибирского полка в количестве 1500 человек, сформированный из солдат, вернувшихся из Франции и германского плена, большею частью из уроженцев Сибири под командованием полковника Бурко-Павловского.

Подробности боя за ст.Казанджик изложены в донесении Полевого штаба Закаспийской армейской группы от 9 декабря 1919 г.

«Вечером 2 декабря 1919 полки Красной армии Закаспийского фронта со знаменами и оркестром музыки при полнейшем походном порядке выступили с передовой линии близ Кизил-Арвата в глубокий обход неприятелю на ст. Казанджик, главную базу действующих сил противника. Четыре ночи продолжался поход форсированным маршем по голым степям по очень холодной погоде с резким леденящим ветром, но неимоверными усилиями красноармейцев все препятствия были побеждены, и в ночь на 6 декабря мы заняли позицию у самого Казанджика.

Самолет-разведчик «Фарман HF30» Закаспийской армейской группы в Кизыл-Арвате, ноябрь-декабрь 1919 г.

Приказом Реввоенсовета фронта о наступлении бой был назначен на 5 декабря, но ввиду ужасной погоды и сильного тумана армия потеряла направление и не могла достичь вовремя назначенных позиций, но подрывная команда исполнила свою задачу и в ночь на 5 декабря взорвала мост на перегоне Узун-Су – Казанджик, захватив на нем пост 18 человек солдат 5 офицеров с 1 пулеметом. Этим мы обнаружили свое движение.

К вечеру 5 декабря противником были сделаны следующие приготовления. Силы, занимавшие станцию Искендер, были оттянуты на станцию Узун-Су и там высажены из эшелонов. Силы, бывшие на ст. Узун-Су, были подвезены на десятую версту к Казанджику и также высажены. Все эшелоны из-под них были отосланы в Казанджик. На перегоне же Узун-Cу — Казанджик были оставлены только три броневика. В Казанджике же стояла главная надежда белогвардейцев – отдельный батальон в 900 штыков 5-го Сибирского полка, составленный из старых солдат, недавно прибывших из Франции и Германского плена. Этими силами предполагалось обхватить и разбить нашу наступающую армию.

Рано утром 6 декабря начался бой за обладание Казанджиком. Бой был упорный, но короткий. Батальон сибиряков, настроенный в пользу Советской власти, перебив часть своих офицеров, весь перешел на нашу сторону. Броневик, штаб дивизии и два эшелона неприятеля, с самого утра стоявшие далеко за семафором, прорвались в сторону Красноводска. Казанджик был занят нами в десять часов 15 минут. Захвачены следующие трофеи: пять составов, девять вполне исправных паровозов, два орудия, несколько пулеметов, один исправный аэроплан истребитель, до 500 разнокалиберных снарядов, более ста тысяч патронов, свыше тысячи винтовок, четыре с половиной тысячи пудов нефти и много другой военной добычи.

Белый истребитель «Ньюпор-21», захваченный красными на ст.Казанджик

Вслед за убегающим противником в сторону Красноводска на одном из захваченных эшелонов было организовано преследование. Два полка и три броневика противника, находившиеся на перегоне Узун-Су – Казанджик, с занятием нами Казанджика оказались отрезанными. Около одиннадцати часов начался бой с этими частями, желавшими во что бы то ни стало прорваться в сторону Красноводска. Бой к вечеру принял небывало ожесточенный характер. Наши цепи, сделав выдержку, подпустили противника на близкое расстояние и открыли ураганный пулеметный и оружейный огонь. Противник обратился в паническое бегство, оставляя груды убитых.

Ввиду наступления темноты и неопределенности положения с Красноводской группой противника преследование бегущих не продолжалось. После боя к нам перешло 150 человек. С утра 7 декабря наша кавалерия открыла преследование в горы. На пути было подобрано два замка от орудий, семь полевых орудий, несколько пулеметных тел, много набитых патронами пулеметных лент и прочее. Железнодорожная линия была исправлена, и броневики противника «Партизан», «Гроза» и «Дозорный» были привезены в Казанджик. На броневиках оставлено семь орудий, из коих два зенитных, одно дальнобойное 105 мм и четыре скорострельных разных систем, несколько сот снарядов, масса патрон, пулеметы, телеграфное и телефонное имущество и прочее. Точный подсчет трофеев не закончен.

Ночью 7-го декабря произошло соединение с нашими частями, стоявшими перед Искандером. Преследование противника не увенчалось успехом, так как он, пользуясь горными проходами, скрытно прошел на станцию Ахча-Куйма. Броневики наши начали продвигаться вперед. В настоящее время передовой броневик находится на восьмой ветке».

Схема сражения за ст. Казанджик 2-8 декабря 1919 г. (выполнено П.Ермолаевым)

Версия событий боя по воспоминаниям генерала Литвинова, в целом, подтверждает приведенное донесение, однако бросаются в глаза некоторые различия, которые имеет смысл изложить ниже.

Во-первых следует иметь ввиду, что белое командование было осведомлено о намерениях солдат отдельного сибирского батальона перейти на сторону красных. Еще за несколько дней до боя Литвинов распорядился разместить батальон в тылу, в п.Ахча-Куйма, однако его приказ был отменен генералом Казановичем и сибиряки были направлены в Казанджик. Непосредственно накануне боя Литвинов приказал артиллерийской батарее в случае попытки перехода батальона к врагу открыть огонь по изменникам. Осведомлен он был и о том, что сибиряки собираются расправиться со своими офицерами – 5-й офицерской ротой в количестве 350 человек:

«Я принял ряд мер на случай предательства сибиряков: поставил батарею капитана Корчинского так, чтобы он в случае измены расстрелял бы эту сволочь; роту афганцев поставил во внутренний караул городка. Лично от моего вагона сибиряки были в 500 шагах в казармах железнодорожного батальона.
Вечером того же дня ко мне пришел доблестный штабс-капитан Карамосков. Он подтвердил мне, что все сибиряки, кроме 5-ой добровольческой офицерской роты, поголовные большевики. Я обещал ему свою помощь и предложил взять его к себе. Тот уныло отказался – все равно убьют (что и сбылось)… Держать у себя 1½ тысячи скрытых красных сибиряков для того, чтобы они в критический момент ударили по мне, расчета не было. И я решил, пусть лучше они трогательно соединятся с красными одни, войдя с ними в соприкосновение в том случае, если я их пущу в контратаку на красных, нежели устроят мне праздник в Казанджике».

Во-вторых, остается неясность с численностью Сибирского батальона. Литвинов называет цифру в 1500 человек, в советских источниках говориться о 900-х. Представляется вероятным, что последняя цифра – это количество сибиряков, сдавшихся частям Красной Армии, а имеющаяся разница, это убитые ими офицеры 5-й роты, погибшие во время боя и те немногие, кто вышел позже в расположение белых войск. Это подтверждается донесением в Реввоенсовет Туркреспублики «О разложении белогвардейских частей» от 13 декабря 1919 г.

Через несколько дней в Красноводске был выгружен второй батальон сибиряков. На этот раз белое командование действовало более предусмотрительно, батальон расформировали, а личный состав раскидали по другим частям.

Генерал-майор Б. Н. Литвинов

Литвинов очень драматично описывает сцены ожесточенного уличного боя, разыгравшегося утром 6 декабря на станции и подробности захвата Казанджика красными частями.

«Так прошло до 11 часов дня, когда из горных ущелий потянулись отдельные группы пробившихся из Казанджика героев: пришло одно легкое орудие с капитаном Корчинским и раненым в грудь поручиком Венцелем. Затем человек 8 туркестанцев и, наконец, полковник Бурко-Павловский со своим адъютантом, 10 человек верных сибиряков и с 5 всадниками сибирской разведки.
Показания их, конечно, подлежали критике и полной картины нам не давали. Но, в общем, до 10 часов утра там происходило следующее. Сибиряки бросились на свою 5-ую роту, перебили всех добровольцев и офицеров, в том числе доблестного штабс-капитана Карамоскова и бросились на бойскаутов, с детским самоотвержением, отбивавшихся от накинувшихся с фронта красных цепей. Остатки бойскаутов пробились к 5-ой туркестанской роте. Эта последняя совершила что-то невероятное. Перед фронтом было положено огромное число красных (бежавший через 4 дня офицер, взятый ими в плен, показал, что сибиряки в качестве рабочих, закопали более 400 трупов красного Казанского полка – в участке 5-ой роты и тяжелой пушки, почему вся ярость красных обрушилась на эту пушку туркестанцев). С последним патроном пушка умолкла. Остатки туркестанцев с бойскаутами, всего не более 25 человек, стали отходить к горам, отбиваясь за вагонами, домами, стрелками, колесами и т.д. Здесь посты афганцев делали то же самое, по-звериному честно исполняя свой долг. Часовой афганец у арестованных коммунистов, увидев уличный бой во всей его красе, убил четырех красных, подбегавших к вагону, и ранил одного нашего туркестанца, подбежавшего к нему, чтобы убедить в беспомощности охраны, после чего по инструкции начал расстреливать арестованных. Его оттащили наши от этого занятия, остатки афганцев примкнули к туркестанцам и продолжали, отбиваясь, отходить к южной части города, к горам. Они слышали уже выстрелы подходившего Самохина.
Корчинский перед подлым расстрелом сибиряков из-за углов в упор, отвел свои пушки за полотно, но, потеряв половину лошадей и прислуги в уличном бою, бросил орудия. Люди караульной роты, не способные к строю офицеры-туркестанцы, кротко, но самоотверженно умирали один за другим, шаг за шагом, в одиночку отходя по переулкам. Полковник Николаев, потеряв связь с группой туркестанцев и тяжелой пушкой, переживал свою внутреннюю драму, прижавшись к углу, уложил из карабина пятерых и погиб один, будучи зарублен».

Оставшаяся часть Закаспийского и Туркестанского полков, оборонявшая ст.Искандер и Узун-Су, вырвалась из кольца и ушла горными тропами по хребту. Совершив тяжелейший трехдневный переход, осложнявшийся полным отсутствием воды и холодной погодой, отряды вышли к ст. Ахча-Куйма. Литвинов вспоминает:

«К рассвету все втянулись в горы. Но тут выяснилось, что пушки, разумеется, не могут следовать дальше. Тогда, втащив их на скалу в одном из самых диких мест, сбросили их в глубокую щель. Пулеметы же решили тащить дальше. После этого обходной марш продолжался три дня. Трудно описать те испытания жаждой, которые выпали на долю этих героев… Собирали иней от утренних морозов, убивали верблюдов в надежде найти, по сказкам наших географий, в их горбах воду, которой, конечно, не было. Были случаи сумасшествия. И несли, как величайшую драгоценность, все пулеметы, все ружья, все патроны, чтобы показать, что они не бежали и выполнили все. С умерших от ран и истощения снимали все и навьючивали на себя.

… По выставленным маякам по низине между оконечностью хребта тянулись группы наших изнуренных, полуживых героев, но с горящими глазами, тащивших пулеметы, ружья, патроны. Многие падали по пути. Вся моя ночная конница на виду у противника была рассыпана на 10 верст пространства и подбирала уже не могущих встать. Бросали им во фляжках воду, чай. Оба оставшихся броневика стояли, готовые к действию на случай атаки красных. Многие бредили на ходу, галлюцинировали. Кое-кто умирал».

Далее Литвинов признает, насколько серьезное поражение было нанесено белым войскам под Казанджиком – «Но материально мы потеряли очень много: 60% состава фронта и 2/3 технических средств. Это, конечно, был разгром, и забывать его не приходилось».

Об этом и других событиях Гражданской войны в Туркестане вы можете прочитать в новой книге Павла Ермолаева «Первый бронепоезд.От Двинска до Кушки».

© Павел Ермолаев

2 комментария

  • Приглашаем всех в группу «Старый Туркестан» В Контакте- https://vk.com/oldturkestan Данная группа посвящена истории Туркестана и Средней Азии в составе Российской империи и СССР и охватывает период Туркестанского генерал-губернаторства, Туркестанской республики, Среднеазиатских советских республик с конца XIX до середины XX века. Основное внимание в группе уделяется событиям Революции и Гражданской войны в Туркестане вне зависимости от их идеологической окраски. Приглашаем Вас размещать фотографии, документы и материалы по этой теме.

      [Цитировать]

  • Виктор Арведович Ивонин:

    Эта группа для тех, кто сейчас живёт за границей. У них ностальгия по потерянной Родине. А у нас в Узбекистане совсем другая история. Президент Узбекистана поставил задачу написать «Новейшую историю Узбекистана с 1990 года по настоящее время. В этом году уже вышел ВУЗовский учебник «Новейшая история Узбекистана». Но это лишь первая ласточка. Исторические исследования в этой области продолжаются. Поэтому сегодня весь народ Узбекистана не покладая рук занят написанием новейшей истории страны. Но как только завершим этот исторический раздел, так сразу присоединимся к Вашей группе.

      [Цитировать]

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.