Революция в Туркестане. Депутаты Tашкентцы История

Автор Андрей Гагарин

Спустя месяц после спровоцированного Советами майского кризиса, когда в отставку подал Туркестанский Комитет Временного правительства, кризис постиг уже сами Советы Солдатских и Рабочих Депутатов…

17 июня 1917 года, в субботу, в Ташкенте состоялось Совещание Командующего войсками Туркестанского военного округа генерал-майора Черкеса в присутствии временного Помощника Командующего войсками Туркестанского военного округа полковника Рыжикова и временно исполняющего должность Начальника штаба округа подполковника Маккавеева с представителем Туркестанского Краевого Совета Солдатских Депутатов Гроссманом. Протокол Совещания за № 11 вел прапорщик Соколовский…

Первым и наиболее важным из рассмотренных на Совещании вопросов была просьба Краевого Совета:

«о сообщении, действительно ли послана телеграмма в Петроград о задержании в Крае подлежащих отправлению на фронт запасных полков, о готовности к отправлению на фронт этих полков, о мотивах отправления на фронт полков, начиная с 1-го Сибирского стрелкового запасного полка, и послана ли телеграмма об оставлении в Крае солдат-делегатов этих полков, состоящих в Краевом, Областных и гарнизонных Советах».

В ответ на просьбу Краевого Совета на Совещании было сообщено следующее:

«Телеграмма за № 5182 с просьбою об оставлении для 1-ой и 7-ой Сибирских бригад прежнего порядка отправления маршевыми ротами, а не целыми полками, действительно послана, но ответа еще не получено. Отправление полков, начиная с 1-го Сибирского полка, производится по мотивам чисто воинским для соблюдения лишь порядка, в дальнейшем же отправка полков будет производиться не в порядке номеров, а по мере готовности их. Отправка 1-го Сибирского полка назначена 20-го сего июня, но фактически она будет произведена по получении необходимого наряда от Главного Управления Генерального Штаба, каковой еще не получен и без чего этот полк не может быть отправлен и в случае даже отрицательного ответа из Петрограда на посланную вышеуказанную телеграмму. В дополнение телеграммы за № 5182 послана также телеграмма с просьбой о срочном указании, подлежат ли отправлению с запасными полками делегаты полков, состоящие в Гарнизонных, Областных и Краевом — Советах Солдатских Депутатов или они могут быть оставлены. Вместе с сим также сообщено и о времени готовности отправления на фронт всех находящихся в Округе запасных полков.»

Упоминавшийся в Протоколе 1-й Сибирский стрелковый запасной полк входил в состав 1-й Сибирской стрелковой запасной бригады, которая была сформирована под Читой в августе 1914 года, сразу после начала Первой Мировой войны. В течение 1915 года бригада была передислоцирована сначала в европейскую часть России, а затем в Туркестанский Край. При этом полки бригады были расквартированы в различных городах Туркестана, а штаб разместился в Ташкенте.

С момента образования и до Февральской революции бригадой командовал Генерал-лейтенант Аполлон Иванович Буров. Однако после известного заседания Ташкентского Совета Солдатских Депутатов 31 марта 1917 года, на котором были смещены с должностей Туркестанский Генерал-губернатор Куропаткин и несколько высших офицеров, генерала Бурова на посту начальника бригады сменил его помощник генерал-майор Василий Дмитриевич Мухин.

В задачу 1-й Сибирской стрелковой запасной бригады входила подготовка частей для отправки в действующую армию. Призывники в течение нескольких месяцев обучались военному ремеслу в запасных полках, после чего маршевыми ротами отправлялись на фронт, а на их место набирались новые.

Летом 1917 года как раз намечалась отправка очередных частей бригады на фронт, о чем и шла речь на Совещании Командующего войсками Туркестанского военного округа 17 июня 1917 года…

Обсуждавшаяся на Совещании отправка частей 1-й Сибирской стрелковой запасной бригады в действующую армию была первой после Февральской революции, а вопрос об этом был поднят Краевым Советом, потому что солдаты и офицеры именно этой бригады составляли базовый электорат для Туркестанских Советов и в случае полной смены состава бригады Советам пришлось бы создавать эту базу заново. Кроме того, именно из числа личного состава частей 1-й Сибирской стрелковой запасной бригады была укомплектована большая часть центральных Советов Туркестана, так что при отправке солдатских депутатов на фронт в Советах просто некому стало бы работать. Таким образом, вопрос об отправке частей  1-й Сибирской стрелковой запасной бригады на фронт имел для Советов чрезвычайно важное значение, поскольку при неблагоприятном варианте развития событий дело могло обернуться полной дезорганизацией деятельности Советов.

Для противников Советов, прежде всего из Туркестанского Комитета Временного правительства, ослабление Советов было выгодно, хотя сам Комитет после майского кризиса находился в полуразобранном состоянии, а развал Советов мог привести к общей дестабилизации власти с непредсказуемыми последствиями. Для самих же Советов, которые поддерживали продолжение войны в принципе и поэтому не могли препятствовать отправке воинских соединений на фронт, критически важным являлся вопрос об оставлении в Туркестане избранных от частей бригады депутатов. Это было важно еще и потому, что в число подлежащих отправке на фронт депутатов попадали многие лидеры революции в Туркестане.

Между тем положение Туркестанских Советов в данной ситуации являлось крайне неопределенным, поскольку решение вопроса зависело не от местных, а от центральных властей. Впрочем, Петросовет имел довольно сильное влияние на Временное правительство, а проблема с отправкой депутатов Советов на фронт касалась не одного только Туркестана, но и всей России, в связи с чем можно было рассчитывать на ее скорое и положительное для Туркестанских Советов разрешение.

В тоже время вопрос об отправке воинских частей на фронт относился, в первую очередь, к ведению военного ведомства. По этой причине представитель Краевого Совета на Совещании 17 июня Гроссман был вынужден только лишь интересоваться ходом дела у военных властей. Хотя, учитывая историю назначения действующего военного командования в Туркестане, расклад сил на Совещании мог быть несколько иным, и Гроссман не столько просил сообщить ему информацию, сколько требовал у военных отчета.

Что касается военных властей Туркестана, то для них отправка революционных солдат и офицеров на фронт также была выгодна, поскольку таким образом можно было отчасти укрепить изрядно расшатанную послереволюционными демократическими реформами и агитацией дисциплину. Однако, как и во время Февральской революции, военное командование предпочитало занимать нейтральную позицию, в политику не вмешивалось и было готово исполнить любой приказ Центра.

Таким образом, деятельность армии в Туркестанском крае в июне 1917 года осуществлялась в более или менее нормальном режиме, тогда как депутаты Советов Солдатских Депутатов находились в подвешенном состоянии и в любой момент могли отправиться из Туркестана на фронт. В любом случае подобное положение вряд ли способствовало нормальной работе Советов…

Время шло, а ответа из Петрограда все не было. Между тем, приказ на отправку частей 1-го Сибирского стрелкового запасного полка поступил, и 22 июня 1917 года на фронт ушел первый эшелон…

Наконец, 26 июня 1917 года из Штаба Туркестанского Военного Округа в адрес Краевого Совета Солдатских и Рабочих Депутатов было направлено письмо за номером 27214 следующего содержания:

«Согласно телеграммы Главного Управления Генерального Штаба за № 26032, помощник военного министра приказал всех членов местных исполнительных комитетов советов солдатских и рабочих депутатов освободить от служебных обязанностей в своих частях и учреждениях на все время состояния их в упомянутых комитетах. Члены исполнительных Комитетов, находящиеся в запасных частях, предназначенных к отправлению на фронт, подлежат оставлению с зачислением их в список караульной команды.

Сообщая об изложенном по приказанию Командующего войсками Окружной Штаб просит выслать списки названных чинов с указанием частей войск по всему округу, подлежащих освобождению от служебных обязанностей и переводу в ближайшие караульные команды».

Таким образом, разрешение на освобождение от отправки на фронт депутатов Советов было получено, но не для всех, как просили Советы, а только лишь для членов Исполнительных Комитетов Советов, которые составляли небольшую часть от общего числа депутатов. Изменить приказ, однако, было уже невозможно, в связи с чем Советы оказались в крайне затруднительном положении, поскольку им нужно было срочно выбрать для оставления в Туркестане наиболее ценных депутатов…

В этот же день, 26 июня, в ответ на запрос Краевого Совета из Исполнительного Комитета Ташкентского Совета Рабочих и Солдатских Депутатов в Туркестанский Краевой Совет было передано письмо за № 468:

«Согласно Вашего распоряжения списки делегатов, состоящих в президиуме и Исполнительном Комитете от Совета Солдатских Депутатов, при сем препровождаются, списки же рабочих будут высланы дополнительно.

Список:

Президиум:
1) Младший унтер-офицер Григорий Бройдо (1 Сибирск. п., 1 роты);
2) Прапорщик Борис Першин (2 Сиб. полка, 3 роты);
3) Солдат Анфиров Евгений (1 Сиб. полка);
4) Прапорщик Авраам Титов (Школа Прапор.);
5) Солдат Николай Кришталь (По охр. в/п. Ст. сап. лаг.)

Исполнительный Комитет:
1) Штабс-капитан Савицкий (Школа Прапор.);
2) Чиновник Интент. в. Бловатский (Управ. мест. Ин.);
3) Прапорщик Тейх (Штаб 1 сиб. Стр. Зап. пол.);
4) Солдат Кирилл Бздюлев (2 Сиб. Стр. Зап. п. 6 рота);
5) Солдат Иван Ненюков (2 Сиб. пол., 8 рота);
6) Солдат Абрам Шлиомович (2 Сиб. полк. Ком. фельдш.);
7) Прапорщик Бекчуров (1 Сиб. пол. 4 рота);
8) Прапорщик Панюшкин (1 Сиб. пол. Нестроев. к.)»

Упомянутые в этом списке члены Президиума Ташкентского Совета Григорий Бройдо и Евгений Анфиров были основателями и лидерами Советов Солдатских Депутатов в Ташкенте, активными участниками 1-го Туркестанского Съезда Советов Солдатских и Рабочих Депутатов в апреле 1917 года и Сыр-Дарьинского Областного Съезда Советов Солдатских и Рабочих Депутатов в начале мая 1917 года. Оба были членами РСДРП. Именно под их руководством проходило памятное Заседание Ташкентского Совета Солдатских Депутатов 31 марта 1917 года, на котором был снят с должности Туркестанский Генерал-губернатор Алексей Куропаткин.

Помимо нахождения в Президиуме Ташкентского Совета Солдатских и Рабочих Депутатов в июне 1917 года Григорий Бройдо являлся членом Туркестанского Краевого Совета  Солдатских и Рабочих Депутатов, а Евгений Анфиров был председателем Сыр-Дарьинского Областного  Совета  Солдатских и Рабочих Депутатов.

Кстати, участвовавший в Совещании Командующего войсками Туркестанского военного округа 17 июня 1917 года от Краевого Совета Мирон Гроссман формально исполнял в Краевом Совете функции секретаря.

Профессиональными военными Бройдо и Анфиров не являлись: первый был служащим, а второй рабочим. Оба были мобилизованы в армию во второй половине 1916 года. Несмотря на то, что после Февральской революции Бройдо и Анфиров постоянно работали в Советах, в июне месяце 1917 года они все еще числились военнослужащими 1-го Сибирского стрелкового запасного полка и должны были, соответственно, исполнять все распоряжения командования.

Из этого списка можно еще упомянуть прапорщика Бориса Першина, который впоследствии был Председателем Исполнительного Комитета Ташкентского Совета  Солдатских и Рабочих Депутатов, вплоть до начала сентябрьских событий 1917 года…

На следующий день, 27 июня 1917 года, Краевой Совет Солдатских и Рабочих Депутатов направил Командующему войсками Туркестанского Военного Округа с пометкой «Весьма спешно» письмо за № 974:

«Краевой Совет доводит до Вашего сведения, что членами Исполнительного Комитета Ташкентского Совета Солдатских и Рабочих Депутатов, подлежащими освобождению от служебных обязанностей и зачислению в караульные команды, состоят:

1) Младший унтер-офицер Григорий Бройдо (1-й Сибирский полк, 1-я рота);
2) Прапорщик Борис Першин (2-й Сибирский полк, 3-я рота);
3) Солдат Евгений Анфиров (1-й Сибирский полк);
4) Прапорщик Тейх (1-й Сибирский полк);
5) Солдат Кирилл Бздюлев (2-й Сибирский полк);
6) Солдат Иван Ненюков (2-й Сибирский полк, 8-я рота);
7) Прапорщик Бекчуров (1-й Сибирский полк, 4-я рота);
8) Прапорщик Панюшкин (1-й Сибирский полк, нестроевая команда);
9) Солдат Михаил Захаров (4-й Сибирский полк, 6-я рота).

Что же касается членов Исполнительных Комитетов Советов Солдатских и Рабочих Депутатов всего Туркестанского Края, то таковые будут дополнительно Вам сообщены по надлежащей их поверке.»

Можно заметить, что списки, полученные Краевым Советом от Ташкентского Совета и отправленные затем Командующему войсками Округа, имеют некоторые отличия.

Прежде всего, из списков были исключены депутаты, не служившие в 1-й Сибирской стрелковой запасной бригаде, поскольку вопрос отправки на фронт их в данном случае не касался.

Другое отличие состояло в том, что депутаты, указанные в первом списке состоящими в Президиуме Ташкентского Совета, во втором списке были обозначены как члены Исполнительного Комитета Ташкентского Совета. Сделано это было, скорее всего, потому что в приказе помощника военного министра почему-то были упомянуты только «Члены исполнительных Комитетов». В результате получалось, что депутаты из Президиума Ташкентского Совета под действие данного приказа не попадают и, следовательно, подлежат отправке на фронт, хотя именно они составляли руководство Совета. Возможно, впрочем, что разделение на членов Президиума и Исполнительного Комитета в Ташкентском Совете было чисто формальным, а члены Президиума одновременно являлись и членами Исполнительного Комитета, или же были срочно переведены в члены Исполнительного Комитета для формального соблюдения приказа.

Также из списка Ташкентского Совета был исключен солдат Абрам Шлиомович, поскольку как раз в это время он был зачислен кандидатом в Школу Прапорщиков и отправке на фронт не подлежал. С другой стороны, в список Краевого Совета был добавлен солдат Михаил Захаров, который являлся членом Сыр-Дарьинского Областного Совета Солдатских и Рабочих Депутатов и, видимо, также был указан в качестве члена Исполкома Ташкентского Совета (или же был действительно зачислен в Исполком) для соблюдения приказа помощника военного министра.

На основании представленных Краевым Советом списков Штабом Туркестанского Военного Округа были направлены соответствующие указания командирам Сибирских стрелковых запасных полков. Так, например, в адрес командира 1-го Сибирского стрелкового запасного полка (копия в адрес Краевого Совета) было направлено письмо от 27 июня 1917 года за № 27455:

«Вследствие телеграммы Главного Управления Генерального Штаба нижепоименованные чины вверенного Вам полка, как состоящие членами исполнительного комитета Ташкентского Совета Солдатских и Рабочих Депутатов, подлежат оставлению в Ташкенте.

В силу сего Командующий войсками приказал оставить их в Ташкенте.

Об изложенном сообщается для немедленного исполнения.

ПРИЛОЖЕНИЕ: список

1) Младший унтер-офицер Григорий Бройдо (на фото)

2) Солдат Евгений Анфиров.
3) Прапорщик Тейх.
4) Прапорщик Бекчуров.
5) Прапорщик Панюшкин.»

Учитывая, что отправка частей 1-го Сибирского стрелкового запасного полка на фронт началась еще 22 июня 1917 года и производилась в течение недели несколькими эшелонами, оставление перечисленных в письме солдат и офицеров в Ташкенте было оформлено фактически задним числом. Тем не менее все указанные в списке военнослужащие Ташкент не покинули…

Дедушка.

Так-то вот июньский кризис Советов благополучно миновал, а проблема с отправкой на фронт части депутатов Туркестанских Советов от 1-й Сибирской стрелковой запасной бригады была улажена… впрочем, как оказалось, не до конца…

Вопрос этот снова был поднят на очередном Совещании Командующего войсками округа 26 августа 1917 года, где среди прочего была рассмотрена надпись Начальника 1-ой Сибирской запасной стрелковой бригады, от 5-го августа 1917 года за № 7900, со справкой и перепиской по вопросу:

«на каком основании прапорщики 1-го Сибирского запасного стрелкового полка: Тейх, Бекчуров и Панюшкин, а также солдаты: Бройдо и Анфиров, по отправлении полка на фронт, остались в г.Ташкенте, каковые, хотя и состоят членами исполнительного комитета Ташкентского совета солдатских и рабочих депутатов, но в силу телеграммы ГУГШ от 21 июля с.г. за № 31105, должны были отправиться на фронт со своими частями, как еще не бывшие на фронте».

По данному вопросу на Совещании Командующего было решено следующее:

«Сообщить, что указанные лица в свое время были оставлены в г.Ташкенте на законном основании — до получения разъяснения за № 31105. Бройдо, оставленный на законном основании, выбыл из пределов Края на Кавказ и в настоящее время со времени действия указанного разъяснения уже находится в распоряжении Кавказского военного округа.

Анфиров же кроме изложенного выше отправлению на фронт не подлежит, как признанный годным к службе в условиях обстановки мирного времени.

Что же касается офицеров, то они подлежат отправлению на фронт, когда до каждого из них дойдет по спискам очередь такового отправления и на них действие разъяснения за № 31105 не распространяется

Причина, по которой в отношении солдата Евгения Анфирова действовали особые условия прохождения военной службы, заключалась в том, что он с 1913 года находился в Туркестане в ссылке по политической статье и был призван в армию осенью 1916 года, оставаясь под надзором полиции…

Полки 1-й Сибирской стрелковой запасной бригады отбыли на фронт в конце июня и начале июля 1917 года. Плановая подготовка солдат в бригаде после этого продолжилась, но до следующей отправки частей бригады на фронт дело так в итоге и не дошло. В конце осени произошла Октябрьская революция и власть в стране поменялась, после чего началась демобилизация армии. В начале марта Первая мировая война для России закончилась, а в мае 1918 года 1-я Сибирская стрелковая запасная бригада была расформирована…

2 комментария

  • Куврук:

    Есть такой литературный прием — «поток сознания», копирующий работу сознания и подсознания. Импульсы, впечатления, образы сноведений, ощущения психических состояний и пр. — все без причинно-следственных и логических связей. Создается впечатление, что автор статьи настойчиво опробирует этот прием на исторической науке, а заодно… и на читателях.

      [Цитировать]

  • Gangut:

    В Петрограде проблему отправки на фронт запасных полков решили весьма радикально:
    » …Временное Правительство хотело избавиться от гарнизона. Солдаты не хотели идти на фронт. Мы этому естественному нежеланию дали политическое выражение, революционную цель, «легальное» прикрытие. Этим мы обеспечили исключительное единодушие внутри гарнизона…вооруженное восстание совершилось в Петрограде в два приёма: в первой половине октября, когда петроградские полки, подчиняясь постановлению Совета, вполне отвечавшему их собственным настроениям, безнаказанно отказались выполнить приказ главнокомандования, и 25 октября, когда понадобилось уже только небольшое дополнительное восстание, рассекавшее пуповину февральской государственности».
    Л. Троцкий. Историческое подготовление Октября. От Февраля до Октября

      [Цитировать]

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.