День учителя и наставника. Кто сделал из меня человека Tашкентцы

Зелина Искандерова предлагает всем участникам сообщества Писем о Ташкенте написать о своем наставнике. Давно собирался, а тут как раз и повод — праздник.

Мой наставник (точнее, наставница) — Людмила Михайловна, та самая, которая в группе Лангар, которая kalumika в ЖЖ, Lu Ka в Фейсбуке, которая летала недавно на параплане, которая ходит учиться рисовать к Апухтину, входит в плеяду местных фотографов. Ранее Людмила Михайловна увлекалась кино и фотосъмкой, делала цветные фото и слайды и даже стереофотографии. Увлекалась горными лыжами, ездила в поход по Алтаю на лошадях, занималась парусным спортом — сама делала виндсерфинги и обучала кататься на них. Все известные записи бардов 70-х годов переписаны с ее записей — и это только то, что удалось быстро вспомнить!

Но не это главное. Она была технологом, работала в техбюро 17 цеха у Курмаева. Сейчас вряд ли это что-то говорит, а тогда это было лучше всякой рекомендации. Курмаев был начальником производства, о его жесткости, требовательности и высоком уровне работы ходили легенды.

Итак, я пришел после института и попал в отдел 115 в группу Обрабатывающих центров к Людмиле Михайловне. Вроде я нормально учился… но, как оказалось, это лишь маленькая часть того, что надо было знать, уметь, соображать и применять. В институте не изучали ход документации и взаимодействие подразделений и еще много-много всяких премудростей. Как оформлять запросы в КБ (и еще чтобы не отказали), что такое Лист уточнения чертежа и Лист изменения чертежа, что такое серия изделия, что изменения действуют с серии или до какой-то серии. Как заказывать инструмент (выбирать нормальный из альбомов и заказывать специальный) — тоже наука, надо учитывать станочные и переходные оправки, знать в каких цехах делают, например, резцы и сверла (148), а в каком развертки и метчики (50). Отношения с шаблонно-плазовым цехом — отдельная песня.

А еще — Обрабатывающие центры! С поворотными столами и сменой инструментов. С коррекцией на длину и диаметр. Людмила Михайловна первой внедряла программы на такой станок (GSP CU 5B) и первой разработала технологические приемы, которые потом были узаконены. Например, настройка резца для расточки и обточки фаски, настройка угловой фрезы по мнимой вершине, расчет движения метчика при нарезании резьбы и еще много-много приемов обработки. На базе этих приемов мы потом творили чудеса, делали «невозможные» детали.

А еще главным и сложным было не утонуть в информации. Каждая деталь делалась на нескольких разных станках с разными системами управления, были разные варианты техпроцесса, программы в цехе и в архиве могли отличаться — поэтому каждый звонок из цеха об ошибке вызывал длительные разборки — что же и где произошло? И нам удалось победить вселенскую энтропию — были введены «слепыши», таблички ввода-ограничения для каждой программы, в техкартах старались отмечать историю всех изменений.

А еще — все всегда было срочно, если была ошибка и станок стоял, то начальство цеха начинало жаловаться «наверх». Причем, даже если ошибка была в оснастке или в заготовке — считалось, что программу исправить легче всего.

Так вот, когда я брался за какой-то вопрос, Людмила Михайловна спрашивала: «Что ты собираешься делать?» Я начинал объяснять… и понимал, что делаю неправильно. Потом снова и снова. Сотни вопросов: как забазировать деталь? Как установить относительно центра вращения стола? Достанет ли инструмент до нужной поверхности? Поместится ли планируемый инструмент в магазин? Получим ли мы нужную чистоту, требования к соосности и перпендикулярности? Впишемся ли в допуски к свободным размерам (а вы знаете про такие? В институте не учат этому).

И так, благодаря пинкам и подсказкам, я постепенно превратился в человека, то есть, в инженера. Я научился заказывать и согласовывать оснастку, внедрять детали с рабочими, мастерами и технологами, общаться с конструкторами и «плазовиками», постепенно, с годами, наработал авторитет и стал ориентироваться во всем этом кошмаре. Благодаря Людмиле Михайловне. Спасибо!

А еще мы работали дружно и весело, отличный был коллектив, были всякие приключения, что-то забылось, что-то осталось. Например, остались стихи, которые мы писали Людмиле Михайловне в 1992 и 1997 годах.

Песня о Буревестнице

Стою на полустаночке
В видавшей вид ветровочке
В руках рюкзак 125 кило
Очки вот на веревочке,
Жилетик для страховочки,
Матрасик, чайник, парус и весло.
Вот мачты зашвертованы
И гики зафрахтованы
И ветер паруса надуть готов,
За доски все, за удочки,
А кто дежурит? – Людочка,
Вари обед на 40 мужиков.

К закату солнце клонится
Помочь никто не тронется.
Минуточку свободную найду
Эх, прокачусь на досточке,
Уж разомну я косточки
И в ледяные брызги упаду!

Если взять 3 литра бустилата
Кафельную крошку покрошить,
Нюхать на ночь от радикулита
И насильно кошку покормить,
Растворить все это в ацетоне,
И если этим лодку засмолить,
То она и с Людой не потонет
Если выпить ей и закусить.

Я леплю из эпоксидки,
Я наляпываю плитки,
Отковыриваю плитки,
Приговариваю так:
Лишь теперь мне стало ясно,
Что порядочность напрасна,
Добросовестность опасна,
Лучше пусть во всем бардак.
Лучше быстро и коряво
Сдать в архив все на халяву
Отчитаешься на славу
И тебе и всем ништяк!

Ах, как хочется на Чарвак!
Сверху звезды и брызги внизу.
Но сижу, как английский червяк,
И английский гранит грызу.
Подарите на юбилей
Болт М8, резиновый клей,
Дюрекс, кальку и гайку М6
Остальное все уже есть.
Если даже и нет чево
Я всегда найду на заво(де)

Мне звезда упала на ладошку,
Я сказала ей «Иди-ка ты»
Мне сейчас нужней кило картошки,
Рисовая каша и манты.
А еще, чтоб голова варила,
И чтоб не болела голова
Я б тогда зубрила и зубрила
Старые английские слова.

Какое небо голубое,
Но не желаем мы покоя
Желаем Вам побольше грош,
Побольше рядом милых рож
И мы поешь:
Люда, зачем сидите Вы отдельно?
Люда, сдавайте комнату внаем,
Люда, мы все Вас любим неподдельно,
Спасибо, Люда….
Ах, как прекрасно мы поем

Людмиле Михайловне

В этой песне нет припева
Нет и первого куплета
Всё ж для нашей королевы
Эта песня будет спета
Мы не будем рассыпаться
В заскорузлых комплиментах
Чтобы не уподобляться
Где они? Интеллигентам
Талантов Ваших многогранник
Cверкает как хрустальный краник
И пишет милая Инесса
Видала Вас в книге Гинеса
И (не удобно при гостях)
Во всех ненужных областях
Та книга (чтоб её гастрит...)
В рекордах Ваших вся пестрит
Однако, некто анонимный
Подкинул нам донос интимный
Что будто бы при коммунистах
Учились Вы на массажиста
И изучали там в натуре
Различных органов структуры
Но знанье тех акупунктур
Не приподнял культур-мультур
Теперь пускай простят нас тёти
Всего два слова о работе

Кто там? Пожалуйста , входите
Поздравить Люду Вы хотите?
- Я эту Люду ... вашу мать...
Не собираюсь поздравлять...
Хотя постой, какая Люда?
Да неужели та зануда
Что в год, когда взлетел Титов
И к пуску был "Антей" готов
Нашла царапину в шаблоне
Не отражённую в плазу
И на полях в 9-й зоне
Пятно кефирное внизу
Меня послала, дурака
В 46-й и в ОГК
Чтоб я со сборкой разобрался
И со штамповщиком связался
Оформил грамотный запрос
И ЛУЧ ЛИЧём куда-то внёс
С тех пор хожу по кабинетам
И уточняю шифр затрат
Все говорят, что я с приветом
Но каждый мне привычно рад

Товарищ, выпейте штрафную
Товарищ, это клевета
Мы знаем Люду как другую
Легка, улыбчива, проста
Уж сколько лет мы с Людой служим
Нельзя сказать , что очень дружим
Ни разу не было вопросу
Ни к чертежу, ни к винипрозу
Поскольку Люда никогда
И не касалася туда
Она всё больше про вязанье
Ну прямо-таки наказанье
Весь кругозор её обиден:
Там виден Круз и виден Иден
Да, в этой песне нет припева
Нет и последнего куплета
Налейте чашки справа, слева
И зачерпните винегрета
Для тех, кто собЛЮДАет ГОСТ
Это был наш краткий тост!

10 комментариев

  • Efim Solomonovich:

    Есть женщины в русских селеньях, также как в цехах и отделах ТАПОИЧ!!! Потрясен разнообразием талантов Людмилы Михайловны. А полет на параплане кроме уважухи вызывает и зависть. Я бы никогда не смог набраться храбрости для полета на параплане, даже если бы побил свой студенческий рекорд выпивки (250 грамм водки залпом, через час стакан портвейна № 53, и ещё через полчаса все это усугубив бутылкой «Баян Ширея»). А уж заходить в темный лес чертежей, соосностей, инструментов и шаблонно — плазового центра, от одного названия которых уже все дрожит внутри как перед экзаменом по физике, не смог бы, даже если бы меня посадили на поворотный стол Обрабатывающего Цеха. Для это надо иметь такой же незаурядный ум как у Людмилы Михайловны.
    Здоровья и здоровья Вам уважаемый наставник Людмила Михайловна!!!

    P.S. Отдельное спасибо ЕС за этот душевный очерк и снимки.

      [Цитировать]

  • Виктор Арведович Ивонин:

    Я о том, как День учителя и наставника не придумал. Но всё по порядку. Закон «О Национальной программе по подготовке кадров» в августе 1997 г. Олий Мажлис принял. Только сырой он совсем был и работали мы над ним ещё до ноября. Случай это исключительный. Обычно так не делается. Но Программа должна была быть принята до 1 сентября, когда дети и их учителя пойдут в школу. Они должны были знать, что такая программа существует. В принципиальном виде она была готова. Оставалось, образно говоря, её «вылизать», сделать простой и всем понятной. А в ней переплеталось всё и педагогика и экономика и политика и наука и духовность. Сложная была задача. Очень сложная. Сотни раз делали и переделывали. Там всего 27 книжных страничек, а работали над ними около двух лет. Всё сделали к Сессии Олий Мажлиса, но в душе понимали, что всё равно текст нужно ещё «причесать». Вот и «причёсывали». Вылизывали всё до последней запятой. По ходу Президенту докладывали. Варианты показывали. Он над ними тоже работал. Не помню уж в каком варианте я впервые написал фразу: — «Поднять престиж и социальный статус учителя и наставника». При этом я имел в виду, что поднимут зарплату преподавателей, которая в 90-х годах была кризисной, неприличной и уважения ни к себе самой, ни к получателю не вызывала. О зарплате я думал когда это писал. Но Президент, прочитав эту мысль решил по иному. Через неделю выходит его Указ о новом празднике — «Дне учителя и наставника». Поначалу мне это не понравилось, поскольку почувствовал я себя обманутым. Писал для одного, а сделали другое. Но потом понял, что сделали лучше, ярче и масштабнее. Если бы зарплату подняли, то люди это дело обмыли бы и всё. На один раз бы только хватило. А тут по иному. Теперь каждый год обмывать можно. Каждый год один день себя уважаемым человеком чувствуешь. Хорошая мысль родилась. Я конечно к ней причастен. Придумал праздник не я. А причастен я потому, что это я впервые дуальный термин в наше законодательство ввёл — «Учитель и наставник». Раньше так в Законах не писали. Так что сижу я дома с чувством гордости. И мне по горьковски «мучительно не больно за цельно прожитые годы». Сосед мой бывший сегодня вспомнил об этом, позвонил и сказал, что хочет это дело со мной в хорошей компании отметить. Вот и отметим, раз хорошие люди обо мне помнят.

      [Цитировать]

  • Ольга:

    Как замечательно написано, настоящий гимн Наставнику с большой буквы.

      [Цитировать]

  • kalumika:

    Как молоды мы были!(с) Спасибо, Евгений Cемёнович! Взволновал до глубины души! Какое счастье, что мы не расстались с нашей юностью, что всё ещё интересны друг другу. И песни вместе с Павлом поём и твой плов из одного лягана лопаем. :) Какое чудесное было у нас бюро и наш отдел 115!

      [Цитировать]

  • Zelina Iskanderova:

    Друзья!
    Как повезло Вам, наш дорогой ЕС, и как замечательно Вы об этом написали!
    Я обращаюсь к каждому из Вас, дорогие земляки — и Вы напишите! Всех нас кто-то когда-то вел по дорогам жизни, учил и наставлял!

      [Цитировать]

  • Константин ташкентский:

    Цитирую; «Впишемся ли в допуски к свободным размерам (а вы знаете про такие? В институте не учат этому).».
    В ТашИИТе на кафедрах «Детали машин» и «Технология металлов и других конструкционных материалов» почти всему этому учили. Професор Машков, доценты Суханов, Федоров и многие другие.

      [Цитировать]

    • EC EC:

      Пришлось переучиваться — на ТАПОиЧ свободные размеры регламентировались отраслевым стандартом 722АТ, величины допусков которого не совпадали с допусками общего машиностроения. А так, теоретически, проходили конечно, нам блестяще читал »Допуски и посадки» Одесский Исаак Львович (в 50-е годы дружил с отцом).

        [Цитировать]

  • людмила:

    В году, наверное, в 1969 или 1970 группа девочек авиационного техникума прибыла на практику на авиационный завод в вычислительный центр. Я среди студенток группы ПМ 11. Нас сразу очаровал высокий юноша, предполагаю, что это был Евгений. На обеденном перерыве он играл с нами в волейбол. Но особое впечатление на меня произвела молодая женщина, я незаметно наблюдала за ней. Неординарная внешность, грамотность, умение говорить и ее энергетика поражали. Думаю, что это была Людмила Михайловна. Позднее я работала в 84 цехе и по делам бывала у нее с перфокартами. Всегда восхищались ею, особенно когда узнала о ее увлечениях горами, лыжами. Сейчас, благодаря статье ЕС, узнала о ней подробнее . Спасибо вам, Женя, вы вернули меня на завод моих лет. Людмиле Михайловна желаю творческих и спортивных успехов.

      [Цитировать]

  • Инесса Кимовна:

    С каждым новым постом о Людмиле Михайловне влюбляюсь всё больше — невероятный человек! Больше бы таких!

      [Цитировать]

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.