Улица Обсерваторская Tашкентцы История Фото

Пишет Татьяна Вавилова.

Время от времени я приезжаю на Ассакинскую и долго стою на новом мосту, вглядываюсь вдаль и стараюсь определить, где же она проходила, улица Новая-Каблукова.  Нынешняя магистраль поглотила и ее, и дома по обеим сторонам, ополовинила выходящие на Каблукова улицы Учительскую-Кары-Ниязова, Уездную-Икрамова, Аккурганскую-Былбаса, Фрунзе и Финкельштейна. Нет углового дома с купольной крышей и магазина Стекляшки, только на левой стороне осталось старое здание в три этажа, которое и служит ориентиром.

Вдоль улицы тянется длинный забор и одна старая чинара нарушает его монотонность. Рядом с ней, напротив подземного перехода, есть проём, который я называю окном в прошлое. Через него можно попасть на родную мою улицу Обсерваторскую.

Но сначала хочется поздороваться с покрытой осенним золотом чинарой.  Кроме неё здесь уж некому помнить, как в начале 1970-х я мчалась сюда с работы сломя голову, чтобы во-время забрать у няни Полины своего маленького сына. Под чинарой была лавочка, на ней и сидела строгая  няня с детской коляской.

Справа от чинары вырыт котлован, за ним высится элитная многоэтажка, как раз на месте дореволюционного одноэтажного дома принадлежавшего ташкентскому полицмейстеру. В 1927-м году в полицмейстерской кухне поселились мои дедушка с бабушкой и  13-летняя мама. С тех пор полвека мы не покидали здешние места.

Напротив чинары странный дом со старинным крылечком,  такие я видела после землетрясения 1966-го. Но этот страдалец не жертва стихии, а  результат частичного сноса. По нему теперь можно изучать особенности строительства жилых домов  начала 20-го века.

Пока я разглядывала обнажившуюся голландскую печку или контрамарку, как ее ещё называли, вышел погулять хозяин с собачкой. Разговорились. Оказалось, что ему не подошли условия сноса, а пока он упорствовал и торговался с инвесторами, те раздумали и оставили его среди пустыря поросшего бурьяном.

За полуснесенным домом попадаю, наконец, на Обсерваторскую. В моё время улица вела к  воротам обсерватории, поэтому и получила такое название. Застраиваться начала в самом конце 19 века, но по большей части. в начале и середине 20-го. Дома принадлежали купечеству, офицерам и чиновникам. В старом справочнике можно прочесть некоторые  имена: Павлова, Брумевич, Афанасьева, Дарин, Амирханов, Кольцова.  После революции дома передали жилищным кооперативам, ЖАКТам, и заселили в каждую комнату по семье, прорубили двери во двор, пристроили тамбурчики-кухни и  получились коммунальные дворы.

В глубине двора №4 жили мамины старинные друзья, устюжане Носальские. Доктор Антон Иосифович Носальский служил на Ташкентской железной дороге по санитарной части, но и свою лечебную практику не забывал, лечил всех знакомых. Но я уже не застала ни его, ни супругу. В маленькой квартирке остались старшая дочь Тамара Антоновна с мужем Павлом Александровичем. Ах, сколько десятилетий подряд мы всей семьёй приходили к ним  на Пасху, Рождество и  именины! Тамара Антоновна выпекала

высоченные куличи, а из старинной деревянной формы с крестами и надписями «Христос Воскресе» вынимала творожные пасхи, укладывала вокруг разноцветные яйца. К православному угощению жены Павел Александрович добавлял блюдо вкуснейшего узбекского плова, приготовленного, как хитро улыбаясь он любил приговаривать, по рецепту Алимжан –ака. Гости садились за стол. Удивительно, сколько их помещалось в крохотной комнатушке! И всем хватало места, угощения и внимания. После первой рюмочки Павел Александрович  непременно вспоминал годы учебы в Учительской семинарии, той, что стояла на сквере, о праздниках и танцах с ташкентскими гимназистками. Тамара Антоновна снисходительно посмеивалась, но когда супруг поднимал вверх палец и восклицал: « А знаете, как басмачи наступали на Чуст!», бутылочку со стола убирала подальше. Милые, милые старики!  Светлая вам память!

Близость новостройки и снос соседних улиц не всех пугает, многие здания выкуплены и отремонтированы, даже перестроены, а то и вовсе поставлены заново. На  перекрёстке с улицей Виктора Малясова под кафе «Фаэтон» переделаны несколько домов.  Когда-то и здесь я бывала часто. В угловом доме жила семья Даниелянцев, тоже людей чудесных и гостепримных, готовых помочь в любую минуту. С Наташей Даниелянц я  проучилась в одном классе все 10 лет и очень подружилась. По соседству жили Вика Остапчук и Зуля Иноятова, после школы  мы собирались у Наташи, секретничали за ширмой, перегораживающей большую, но одну на все три поколения, комнату. Приходил и наш одноклассник, будущий муж Наташи, Юра Клейман. Обсуждали прочитанное,  бегали вместе в кино, восхищались Стриженовым и Тихоновым, спорили, кто из них красивее.  Смотрели все в слезах «Летят журавли» и молча, еще не оправившись от шока, возращались из летнего кинотеатра в парке Горького после «Чистого неба».

Наташа  с давно в Америке, не приезжает, не видела она «Фаэтон».

Наискосок от Наташи жили пожилые брат и сестра Залесские, дети знаменитого ташкентского агронома Петра Карловича. Евгений Петрович был однокашником моего деда по кадетскому корпусу в Оренбурге, а бабушка там же училась в Николаевском женском институте с его сестрой. Жизнь отца и сына Залесских настолько интересна, что о них я обязательно напишу отдельно.

Ближе к Урицкой, на правой стороне, сияет недавно отремонтированный двухэтажный жилой дом. В нем в 30-40-е проживали сестры-близнецы Жемчужниковы, служившие вместе с моими родителями. Ходили слухи, что до революции семья Жемчужниковых владела всем домом.  Участник Среднеазиатских походов, Жемчужников в далёком 1865-м  стал  первым комендантом ташкентской крепости. Он же открыл одним из первых гостиничные номера в городе.

А вот и крыльцо Никитиных. Ничего не изменилось – контрфорсы, появившиеся после землетрясения, те же  окна с широченными подоконниками, только деревянную дверь новые хозяева заменили железной. И уж не стоит, как бывало,  на своем крыльце Михаил Данилович, весельчак и балагур, влюбленный в поэзию серебрянного века. Какие книги хранились в этом доме! В школьной библиотеке не выдавали таких. Дореволюционные издания Блока и Лермонтова с подробнейшими биографиями, опальные Ахматова и Зощенко, Бабель. Сколько раз я перечитывала «Малиновую голубку» и «Беню Крик»! Но и рассказы о детстве и юности самого Михаила Даниловича можно было слушать бесконечно. Он горько шутил: « Тебе хорошо, у тебя мама есть. А меня соседка родила!». Михаил Данилович не знал ни своих родителей, ни настоящих имени-фамилии, даже национальности своей он так и не узнал никогда. Вырастили его приемные родители, у которых своих детей много было. Среди них маленький Миша резко выделялся, — сероглазый, но с черными, крупными кудрями и с проколотым ухом, он больше походил на цыгана или молдованина. Сколько ни пытал  приемных родителей, даже жену свою, Веру Николаевну, посылал, но они так ничего и не рассказали. В революцию 16-летний Михаил Данилович ушел в Красную армию, на коне саблей орудовал, но вспоминать то время не любил. Когда все вокруг только и говорили что о культе личности и репрессиях Сталина, это он, старый коммунист и бывший чекист, сказал мне, прищурившись: «А Ленин, думаешь, добренький? Он такой же кровавый вождь революции!».  Из «органов»  ушел во-время, еще до той «мясорубки». Обвинили в чем-то мужа своячницы, а его, как родственника, уволили. Михаил Данилович и рисовал очень хорошо, я бережно храню несколько его графических работ.

Дома на перекрестке с Урицкой не узнать! Справа  жили Муравьевы, в саду у них росла высокая тянь-шанская ель. Самый старший Муравьев преподавал в техникуме, когда там мама училась. Позже в доме остались жить его сын Владимир с женой Евдокией и две дочери. Семью Муравьевых лучше знала мама и с Никитиными они по-соседски дружили. Кто жил на противоположном углу, не помню, кроме учительницы младших классов 43-й школы Беловой. Теперь уж не разобрать, где было ее крыльцо, всё перестроено и второй этаж появился. Новые люди прибыли!

На этом улица Обсерваторская, как теперь, не заканчивалась. Она шла между 43-й школой и продуктовым магазином к Банковскому дому, сворачивала направо и петляла до самых ворот обсерватории. Влево от нее отходили тупички и улица Кометная, пока не построили первые общежития ТИИМСХ. В наши дни от этой части улицы остался тупичок, перегороженный многоэтажным домом.

Повернувшись к нему спиной, я иду, как в 50-е, к своей школе, к задним воротам и, прощаясь с прошлым, бросаю последний взгляд на окна наших классов.

Like
Like Love Haha Wow Sad Angry

21 комментарий

  • tanita:

    Танечка ты твердо уверена что это Обсерваторская? (Это я шучу). Спасибо, я повзхдыхаола и погрустила, особенно над домом Наташи, где теперь появилась башенка,…. Хорошо, что мы еще помним..

      [Цитировать]

  • VTA:

    Да… Скоро ни одного узнаваемого дома не останется, даже без сноса. Вон крышу разбирают, может быть и надстроят второй этаж, как в других местах.

      [Цитировать]

  • tanita:

    Обсерваторская была какая-то строгая, необыкновенная.Я очень любила ходить домой по ней. а не по Кренкеля..

      [Цитировать]

  • lvt:

    Спасибо, прогулялась «по пришпекту». Но фотографии того дома Жемчужниковых нет? А ведь противоречий нет. Дом после революции мог перейти в руки государства. И бывшие владельцы жили там на правах жильцов. У меня всё-таки есть где-то там «две странные квартиры » (по выражению Таниты). По диагонали от ТИИМСХа, на углу Учительской и Урицкого, прямо в дувале была сделана дверь. За ней находилась каморка без окон, где жила знакомая девочка. Никаких взрослых к 1963г. рядом с ней не наблюдалось. Почему-то я совсем не задумывалась о её непростой и нелёгкой жизни. У неё было тёмное платье в горох, которое ей очень шло. Она рано вышла замуж и к 1966году уже катала колясочку возле каморки. Потом я обнаружила, что забор вместе с каморкой снесли. По остаткам самана ездил бульдозер. Другой дом находился в отдельном дворе на тылах ТИМСХа. У подруги с улицы Хорезмской квартирка пришла в негодность после землетрясения. Этот особняк в два этажа каким -то образом относился к ведомству дорог. И две семьи пострадавших сотрудников заняли первый и второй этажи. Для тех лет жильё казалось роскошным, но …временным. Потом я писала письма куда-то на Жуковскую.

      [Цитировать]

    • VTA:

      Дом Жемчужниковых, конечно же стал ЖАКТовским, как и все другие частные дома. Он двухэтажный, отремонтирован совсем недавно, жилой. Мне было не очень удобно его фотографировать, т.к. стояли машины и жильцы подозрительно на меня смотрели. Но часть дома получилась и дерево красивое.

        [Цитировать]

  • VTA:

    Соседний дом, одноэтажный, тоже недавно преобразился до неузнаваемости. Мне казалось, что именно в нем жил профессор Залесский. А теперь не уверена, одноклассник помнит, что в одном доме с Залесским жил Ошанин. И нет тех, кто с ними дружил и мог бы сказать точно.(((

      [Цитировать]

  • AK:

    маленькой печке холодно зимой.. (фото фев.2011)

      [Цитировать]

  • ЛеНиН:

    Уважаемая Татьяна Вавилова!Вы ОЧЕНЬ интересно рассказываете
    о историческом районе своего детства в красивых «поэтических» тонах.
    Спасибо!!!Каждый раз с наслаждением читаю Ваши воспоминания
    .
    Немного добавлю от себя из личного:
    У меня на Обсерваторской улице в коммунальном дворе,
    прямо на территории обсерватории, жила семья моего дяди-
    Буракевич Станислав, его жена-Рита, дочь-Ира.
    Мы часто ходили к ним в гости ,т.к. жили недалеко, на Ульяновской,
    и путь-дорОгу помню по ориентирам:Ассакинская, Военкомат, парикмахерская,
    напротив старинная Аптека(там покупали Гематоген), уловой магазин-стекляшка…
    Даже когда у них в доме были гости, в определённое время дядя выходил во двор
    (иногда вместе с дочкой брал и меня), там надували большой шар-зонд,
    прикрепляли датчик замеров давления, и отпускали в небо…
    К большому сожалению, его жизнь оборвалась трагически
    там же, на территории обсерватории в подвале своего дома.
    Выключателя там не было-лампочка просто вкручивалась или выкручивалась.
    Он , зачем то для дома, спустился босиком(!) на цементный пол подвала,
    взялся за лампочку — и всё…После определили причину гибели:
    неправильное подключение-на цоколе электрического патрона «дежурила фаза» ,
    и он коснулся её пальцем…Произошло это 31 августа 1063 года,
    и мои родители сначала отвели меня в первый раз в школу№47 на линейку,
    а после пошли на похороны.
    В тот день запомнились: цветы радости в школе и цветы скорби одновременно.
    Вскоре их семья переехала из ведомственного дома
    где жили лишь сотрудники обсерватории, в район гостиницы Россия.
    Ирина Буракевич (мы одногодки) закончила
    музыкальную школу им.Хамзы около парка Тельмана
    и стала концертмейстером в Консерватории
    .
    Далее, в 1970 году, когда я бросил школу №18
    и стал работать на Центральном Телеграфе,
    поступил в школу рабочей молодёжи (ШРМ №39) по адресу:
    улица Папанина, дом 4, на углу с улицей Финкельштейна.
    Преподовали там «золотые» учителя-уважительные, добрые и понятливые.
    Говорили, что раньше когда то там был Военкомат-
    судя по двору-плацу с большим туалетом посередине, похоже на правду
    .
    «Стрелка» у нас была около магазина-стекляшки:
    там встречался в однокласнниками-Витя Сирков и Саша Маликов,
    скидывались по 50 копеек,покупали портвейн и 200 грамм копчёного колбасного сыра,
    шли в палисадник 3-хэтажки (там был наш стакан), технично распивали этот пузырёк,
    всё культурно тихо и даже окурки там не бросали, и завтра всё повторялось снова..
    .
    Когда я пришёл из Армии в этом здании уже было какое то спортивное общество,
    а ШРМ переехало в школу №47, которую я и закончил с 2-х годичным армейским перерывом.
    Так у меня получилась «жизненная спираль»-
    поступил в школу №47, а закончил ШРМ №39 , но в том же здании.
    Уже давно, перед моим от’ездом старое здание школы на улице Папанина снесли,
    случайно проходил мимо когда его ломали эксковатором и бульдозером.
    Вспомил как мы после отметки в журнале, выпрыгивали в окна с последнего урока..
    .
    Всё это я написАл сейчас потому что этот район, вместе с жителями,
    мне тоже родной с детства, хотя и изменился неузнаваемо.
    Конечно, не так об’ёмно красиво как у Вас, но зато тоже от Души!

      [Цитировать]

    • VTA:

      Спасибо, ЛеНиН! У каждого свои воспоминания и все интересны и ценны. Как нас много, из того района! Ваша дорога от Ульяновской и мне знакома. Только я шла в гости в обратном направлении. От Ульяновской чуть направо в сторону Тельмана, а потом прямо был тупик, где жили наши знакомые, Лесник. Там же жил известный хирург Масумов. Так что дорожки были у нас одни и те же!

        [Цитировать]

      • ЛеНиН:

        VTA: Пожалуйста!
        Человеческие пути пересечены изначально и причудливы в окончании.
        У меня такая же фамилия, имя Николай, с тем (таким) же отчеством,
        поэтому мой ник — 2 начальные буквы фамилии + 2 буквы — имя + 1 буква отчества.
        (Хоть и громко, но зато это правда!) Да и поразительно = жили мы тоже в тупике..
        .
        ВСЕХ = с наступающим Новым Годом!!!

          [Цитировать]

      • Энвер:

        О!, а я был знаком с сыном Масумова Александром, бывал у них дома. С Сашей познакомился в экзотическом месте, недалеко от границы с Афганистаном в 1964 году. Подножье хребта Куг-и-Танг, Вандоб-сай. Я был рабочим в отряде у своего старшего брата (он и я вып. 18 шк.) а Сасша Масумов — в соседнем палеонтологическом лагере, аспирантом у Валентина Курбатова (тоже вып. 18 шк.). Мы разговорно сошлись с дружественным отрядом на теме джаза, Валентин любил подшучивать, что я ему внешне напоминаю Бинга Кроссби. По возвращению в Ташкент Саша Масумов снабжал меня интересной литературой, в т.ч. и по ядерной тематике («Ярче тысячи солнц»). У него была красивая и очень приятная в общении жена, увы, забыл ее имя.
        Спасибо, VTA, за воспоминания и фотографии! Вы, Татьяночки, замечательно живописуете наш сектор города. Может, как-нибудь соберусь, да расскажу об абсолютно невероятной, сюрреалистической истории, связанной со сносом нашего дома (41, угол Каблукова-Фрунзе, напротив знаменитых хлебного (снесен) и трёхэтажки

          [Цитировать]

    • AK:

      на фото похоже магазин на перекрестке Уездный и Таджикский переулки (по карте 1932). Он работал «до последнего». Сейчас на этом месте новая многоэтажка.

        [Цитировать]

  • AK:

    фотографии улицы Обсерваторской на Письмах в 2010-12-07 Прогулка. Часть 2 — за Забором (фото 19-22)
    а дом Жемчужникова так и не нашел в своих фотоархивах (знатный дом, должны быть приведения :)

      [Цитировать]

  • tanita:

    Мой там точно блуждает:))

      [Цитировать]

  • Здравствуйте Татьяна Вавилова! С Новым Годом.
    С удовольствием почитал вашу историю. Я занимаюсь гениалогическими исследованиями своей семьи и ищу информацию по одной ветке рода. Наша родственница Наталья Александровна Оде-де-Сион (1849 г. р.) в 60-х годах XIX века вышла за некоего Ульянова и переехала с ним в Ташкент, там ее семья и обосновалась и есть свидетельства, что ее потомки там еще жили в годы ВОВ (родственники навещали их по пути из эвакуации в Москву), позже связь прервалась. Сама Наталья Александровна закончила упомянутый вами Николаевский женский институт в Оренбурге, где ее мама Анна Васильевна была директором в 1857-1869 годах, к слову. Есть предположение, что муж ее Ульянов — тот самый инженер-мелиаратор и архитектор, в честь которого названа Ульяновская улица в вашем городе (сам я в Ташкенте ни когда, увы, не был), но подтверждений у меня этой версии пока нет. Вдруг у вас есть какая-то информация, материалы или просто идеи — куда обратиться, кого порасспросить, про эту семью? Заранее признателен за ответ.
    Михаил.

      [Цитировать]

  • александр:

    Здравствуйте уважаемые земляки и соседи! До 1972 г я проживал пл ул.Финкельштейна,д.15/13(если верить рассказам, то в самом старом в нашем уютном райончике). В д.8 по ул.Папанина жила семья Лебедь-дядя Гриша и его дочки Лариса и Наталья…увы.за давностью лет связь с ними была утрачена-буду весьма благодарен если кто то даст знать о них. Меня можно найти либо в Одноклассниках либо в Моем мире-Ширшиков Александр,60 лет,г. Ярцево Смоленской области.Заранее благодарен. Успехов всем на жизненном пути.

      [Цитировать]

  • Екатерина Чернова:

    Татьяна Вавилова!Очень интересно описываете
    улицу Обсерваторская! А я вот до сих пор проживаю
    на этой улице в доме моих бабушки Соколовской
    Татьяны Константиновны и дедушки Кандаурова
    Григория Александровича, дом номер 13, а очень
    очень давно был 7. К сожалению мало кого знаю ,
    очень много новых соседей… В начале 2018 начался
    снос от кафе быв Фаэтон в сторону новостроек,
    некоторые дома расселили, но с большинством не
    смогли договориться, никто не собирается
    переселяться из центра, возможно поэтому пока
    снос приостановился. Да скоро не будет этих
    красивых, любимых улиц детства.. могу отправить
    фото улиц, домов, если интересно, пишите мне на
    ф.б или в одноклассники Чернова(Кандаурова)
    Екатерина.

      [Цитировать]

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.