«Трясемся, но не сдаемся!» Tашкентцы

Гульжамал Милибаева пишет в своем ЖЖ guljamal_28

 

Написал мой папа (ручкой на бумаге, а я набрала на компе)

Проснулся я рано и несколько минут лежал с открытыми глазами. Наша комната находилась на третьем этаже второго корпуса студенческого городка ТИИИМСХ (ирригационного института). В комнате нас проживало пятеро, моя кровать была у двери. Учились мы на втором курсе факультета МСХ (механизация сельского хозяйства). Подыматься было слишком рано, я хорошо выспался, спать расхотелось, остальные четверо – здоровые, молодые, крепкие ребята – спали сладким предутренним сном.

Мы с Жусиповым Турсуном учились в русской группе. Койка Турсуна располагалась у окна. Напротив меня, направо от входа, спал Сабуров.

Весна была в самом разгаре, деревья уже оделись листвой, земля покрылась нежной травкой, фруктовые деревья цвели и легкий предрассветный ветерок доносил сквозь открытую форточку аромат цветов.

Я пролежал, проснувшись, около пятнадцати минут, как вдруг яркая вспышка на миг осветила все вокруг.

Небо было безоблачным, ясным, ничто не предвещало грозы. Вслед за яркой вспышкой раздались гул и грохот, меня подбросило вверх в постели, комната начала ходить ходуном, что-то заскрежетало, посыпалась штукатурка, поднялась пыль. Показалось, что сейчас все развалится и рухнет на нас. В памяти тут же всплыло, как нас учили на гражданской обороне – «…при взрыве атомной бомбы сначала возникает яркая вспышка, от которой можно ослепнуть, затем взрывная волна сметает все на своем пути».

Послышались испуганные крики внезапно разбуженных сильными толчками студентов, раздался чей-то возглас:
  — Еще заходит, еще заходит!

Я решил, что началась война, и вражеский самолет, сбросив на нас первую бомбу, собирается сбросить другую. Поэтому я крепко зажмурился и тесно прижался к стене, чтобы обломки от взрывной волны не упали меня.

Сабуров встал и щелкнув включателем, зажег свет. Лампочка осветила комнату и все мы, поднявшись с мест, по примеру Собирова, начали одеваться. Никто почему-то не произносил ни слова. Только мой друг Жусипов Турсун продолжал спать, никто из нас четверых не предпринял попытки разбудить его. Мы лихорадочно быстро оделись, я уже застегивал пуговицы на рубашке, когда Турсун, которого мы забыли разбудить, проснулся и сел, свесив с кровати босые ноги. Просидев так всего пару секунд, он накинул на плечи одеяло, встал, и чуть не задев меня плечом, вышел босиком в коридор. Когда я начал спускаться по лестнице на второй этаж, Турсун уже шел назад, я окликнул его, он махнул рукой и сказал – «Сейчас, оденусь и выйду!»

Во дворе студгородка, где были спортплощадка и спортивные снаряды, бродили испуганные студенты и студентки, многие были полураздеты, в том виде, в каком их застало землетрясение. Если бы Сабуров не включил освещение и не начал одеваться, мы бы тоже выскочили во двор в таком виде. Во дворе до меня дошло, что случилось землетрясение, которое я, уроженец Туранской низменности, ощутил впервые в своей жизни. Позже по телевизору часто показывали изображение остановившихся часов, стрелки которых застыли на 5 часах 22 минутах 53 секундах. Так начиналось утро 26 апреля 1966 года.

Постепенно успокоившись, все вернулись в свои комнаты и, как обычно, к 8 часам сидели на своих местах в аудиториях учебного корпуса. Все разговоры велись вокруг случившегося, каждый делился впечатлениями от пережитого, в беседу включился и преподаватель, который поведал, что на улице Лахути разрушений больше, чем в других частях города. Там, где в 1976 году будет установлен памятник «Мужество», находился эпицентр сильного 8,3-балльного землетрясения, хотя официально были объявлены заниженные данные – 7,5 балла. Если случалось землетрясение силой более 8 баллов, помогать восстанавливать пострадавшие города должны были все государства земного шара. Для СССР это было неприемлемо. Утром того же дня из столицы Советского Союза прилетели в Ташкент генсек ЦК КПСС Л. И. Брежнев и председатель Совмина СССР А. Н. Косыгин.

Были приняты самые срочные меры по восстановлению пострадавшего Ташкента. В те времена вокруг Алайского, Госпитального, Чорсу рынков было много частных домов дедовских построек, которые, хотя полностью и не разрушились, но дали многочисленные трещины, из таких аварийных жилищ выселяли жильцов.

Вернувшись с занятий в общежитие, к вечеру мы, уже успокоившись окончательно, смеялись, дразнили друг друга, показывая в лицах, кто как выглядел утром, во время подземного толчка.

— Турсун, а ты почему встал и никого не дожидаясь, вышел в коридор?

— Мне показалось, что я остался в комнате один.

— Ты же чуть не задел меня, когда выходил!

— Я тебя не видел! Я был как в полусне, но почему-то был уверен, что случилась беда и надо уходить…

Мы смеялись над собой, над другими, кто поддался панике…Как вдруг (около семи вечера) земля снова содрогнулась —  с гулом, с грохотом, со скрипом. Мы испуганно переглянулись и умолкли, позабыв свои шутки.

Через несколько минут толчок повторился, еще сильнее напугав нас. Мы стали тревожно ожидать повторных толчков, но этот третий толчок в тот день был последним – последним в первый день подземной бури.

На другой день и во все последующие дни подземные толчки повторялись регулярно, силой от 2 до 4 баллов. 8 мая, в одиннадцатом часу вечера, произошло землетрясение силой 6 баллов. Мы еще не ложились спать. Бежать мы не бежали, каждый застыл на своем месте в той позе, в какой его застало начало, и оставался в ней до конца подземной бури. Ноги становились ватными, не было крыльев, чтобы взлететь.

Вскоре к нам в общежитие стали заселять семьи ташкентцев, оставшихся без крова. После 15-го мая мы окончательно освободили комнаты и переселились в школу, недалеко от нашего института, на Новомосковской улице. К концу мая, сдав половину зачетов и экзаменов, остальное оставив «на потом», 1 июня весь наш факультет поехал на практику в Алтайский край, в город Рубцовск, где в течение одного месяца мы проходили практику на Алтайском тракторном заводе. Когда мы добрались до места назначения, и 200 студентов сошли с поезда «Ташкент – Новосибирск» на перрон рубцовского вокзала, нас со всех сторон окружили рубцовчане и стали наперебой расспрашивать о последствиях землетрясения.

— Говорят, что куранты провалились сквозь землю, а на месте сквера образовалось озеро, – говорил один.

— В каком месте города вылезла гора? – спрашивал другой.

Мы отвечали, что никакая гора не вылезла, и озера тоже нет. Они нам не верили.

— Вы, наверное, расписку давали о неразглашении, — понимающе кивал третий.

Только к концу месяца, когда срок нашего пребывания там истекал, горожане поверили нам. Да, слухами и толками земля полнится.

В восстановлении города Ташкента, пострадавшего от разрушительного землетрясения, приняли участие строители всех республик Советского Союза. Весь город был в строительных лесах. Строители работали день и ночь. Сносились старые дома, на их месте воздвигались сейсмостойкие многоэтажные дома с металлическими каркасами. Огни сварки вспыхивали в городе всю ночь, как всполохи молнии во время грозы.

Лязг металла, гул движения башенных кранов, грузовых автомашин, бетономешалок сливались воедино, иногда к ним присоединялся и гул подземной стихии. Но он уже не пугал людей так, как в первые дни. Мы привычно прислушивались и довольно точно определяли силу очередного толчка.

Люди, оставшиеся без крова, жили в общежитиях учебных заведений, в палатках, кто-то около своего временного жилища установил плакат: «Трясемся, но не сдаемся!» Это стало девизом ташкентцев, встречаясь друг с другом, друзья и знакомые на вопрос «как дела?» отвечали – «Трясемся, но не сдаемся!»

На строящихся домах висели плакаты: «Москва – Ташкенту!», «Киев – Ташкенту!», «Минск – Ташкенту!», «Алма-Ата – Ташкенту!», «Воронеж – Ташкенту!», «Баку – Ташкенту!», «Владивосток – Ташкенту!» и т.д. За короткий срок город Ташкент был восстановлен, став краше и моложе и приняв облик современного города.

Из статистических данных:

а) землетрясение разрушило около 2 млн. кв. м. жилой площади, оставив без крова 78 тысяч семей или свыше 300 тысяч человек,

б) Почти 14 тысяч семей, с их согласия, было переселено в другие города республики Узбекистан или в соседние республики.

Из пережитого землетрясения, которое запомнилось мне на всю жизнь, я сделал для себя несколько выводов:

1. Самым сильным бывает первый толчок, следующие за ним повторные толчки обычно слабее, и как бы долго они не продолжались, в конце концов стихнут.

2. Не поддаваться панике, сохранять ясность ума, действовать осмысленно, не бежать сломя голову, трезво выбрать безопасное место.

3. Верить в бога и людей. Бог сохранит, и найдутся люди, всегда готовые протянуть руку помощи.

4. Продолжай заниматься тем, чем занимался до катаклизма.

5. Как гласит пословица, «не так страшен черт, как его малюют».

Землетрясение можно пережить, как и всякое стихийное бедствие.

Мажит Мадиев.

19 комментариев

  • tanita:

    Да, главное, не поддаваться панике. Я видела, как в больнице у пациентки после толчка начался припадок и горловое кровотечение. Видела, как люди лезли под столы, прятались кто где может. Видела, как люди держатся абсолютно спокойно, и пережидают толчки. Всякое видела. Выжили. Слава богу.

      [Цитировать]

  • VTA VTA:

    Интересно, а я жила почти рядом, минут 5, а то и меньше идти от общежития ирригационного. Домишко наш потрескался по углам, я ножом проверяла насквозь ли, труба развалилась, кирпичи из заложенной ниши вывалились, штукатурка, конечно, осыпалась. Но всё это обнаружилось позже. Тогда я, ещё как следует не проснувшись, в мгновение ока обнаружила себя и маму в центре двора среди таких же полураздетых и припудренных штукатуркой соседей по двору. Всех вынесло к общему водопроводу. Первым заговорил сосед-фронтовик. «Война,- сказал он,- гул и зарево! Надо в военкомат идти», и двинулся в белых подштанниках к калитке. Хорошо, что жена остановила. А на лекции и я отправилась во-время. Коган акушество читать должен был. Но отпустил нас. Всё отделение эвакуировали во двор, в лекционный зал подниматься боялись. Да и вообще заниматься стали только через 2 месяца. Мобилизовали нас, кого куда.

      [Цитировать]

    • Гульжамал:

      получается, и вы совсем недалеко от эпицентра жили! Один из папиных друзей был уже женат в 66, и жил на квартире где-то тут на Бодомзоре. Папа говорит, единственный, кто не боялся землетрясения — был маленький сын его друга ))) 2-месячный.

      когда я купила квартиру рядом с Парком Победы, мой папа был так рад, что вернулся в свои любимые студенческие места. Даже пригласил маму в кино ))))

        [Цитировать]

  • акулина:

    Через некоторое время после землетрясения я стояла на трамвайной остановке «с выраженьем на лице». Выражение это было по случаю ужасной перспективы на зачет по инженерной графике (так у нас назывался блок дисциплин, связанных с черчением). К тому времени я «навсегда» поссорилась с парнем, который за меня чертил (начерталку я сама делала, а что касается всяких там чертежей и шрифтов, это была катастрофа). Я, вообще-то, на остановках никогда не знакомилась, но тут просто мыслей ни о чем. кроме этих проклятых чертежей в голове не осталось.И тут подошли ко мне 2 парня, которые поинтересовались причиной моей печали. Я возьми и скажи как есть. Через 3 дня ребята принесли мне чертежи. Я даже имен их не узнала. Знаю только, что они были студентами ТИИМСХ. Можно сказать, что это были единственные настоящие мужчины в моей жизни.

      [Цитировать]

    • tanita:

      Ну, Акулина, тебе повезло. Я вполне серьезно. для меня любое воспоминание о черчении — хуже любого землетрясения. А наши дом на Малясова не потрескался. Потому что у него, единственного на всей улице был сейсмический пояс. Сессию мы тогда сдали в ускоренном темпе, и преподаватели не придирались, а старались нас побыстрее спихнуть. Тут повезло нам в том смысле , что нужно было сдавать историю философии по толстенному учебнику. И никто ни черта не знал, конечно. Все радостно списали, а преподаватель старательно не обращал внимания. Вот скажите, зачем студентам ромгерма история философии? На кой ляд? Но хуже всего, что потом мне пришлось сдавать историю философии в аспирантуре, как один из вступительных экзаменов. Ой…..

        [Цитировать]

    • Гульжамал:

      хахаха, здорово, я папе передам, может это были его друзья или он сам :) папа рассказывал всякие чудеса про диплом за неделю, были такие мастера-чертежники…)))

        [Цитировать]

  • lvt:

    При первом толчке я вылетела на улицу, забыв о родителях. Или точнее, даже не вспомнив о папе и маме. Мозг мой отключился, работали только инстинкты. 8 мая я ещё занималась(выпускной класс). Толчок случился сильный и резкий. Будто дом провалился в тартарары. Обнаружила себя во дворе с авторучкой в руках.В третий раз я пыталась выпрыгнуть в окошко, но мама стащила меня с подоконника. В первый день маменька собрала весь наш зоопарк: кошку, собаку, дрозда, сову и черепаху, и только потом спустилась вниз. Папа не выходил на улицу вообще, ни разу.

      [Цитировать]

  • VTA VTA:

    А 10 мая как тряхнуло? Я шла по улице, толкнуло снизу в ноги, а дома, точно в кино, наклонились и снова встали на место. Гула не помню, только стук кирпичей о железные крыши. Это рассыпались на глазах 2 дымовые трубы, уцелевшие после первого толчка. Мама в это время была дома и хотела вынести кошку, но та уже буквально летела со шкафа к открытой двери. Спали во дворе до морозов, а двери не закрывали, только калитку. Документы держали в чемодане наготове. Во время толчков мелко-мелко тряслась яблоня, словно великан невидимый за ствол держит и трясет, а собака обнюхивала вокруг нее землю. Проведать дом приезжала прежняя хозяйка и осталась довольна: «Не упал! Миколаевский!». Когда продавала, главным аргументом приводила факт, что домик построен еще в царские времена и потому особенно надёжен. Да, впечатления не забываются!

      [Цитировать]

    • Гульжамал:

      впечатления действительно не забываются! спасибо за ваши комментарии, я их сейчас папе прочитаю по телефону, он будет рад. Он нам часто в нашем детстве рассказывал про те дни, но в письменном виде, к сожалению, всего не передашь ))) Как после каждого толчка они наловчились точно определять силу удара, как молились бабушки и лишь младенцы безмятежно спали в своих люльках…

        [Цитировать]

  • tanita:

    Фактически мои родители и мы жили в самом эпицентре, но я никогда не забуду один толчок. Я тогда в больнице лежала, и пришли ко мне муж и свекровь. Сидим мы в саду — бывшая дача генерала Петрова,шестнадцатая добмбрабадская больница, — и как началось Я в первый и последний раз увидела землетрясение «снаружи». Деревья не то, что тряслись, а ходили ходуном, вот-вот упадут. А само шестиэтажное серое здание. такой бетонный прямоугольник. ходило вбок и обратно. Словно скользило по земле. Вот это было очень страшно. Когда ты внутри — тебя просто трясет, а тут ты видишь, насколько ненадежна земля.

      [Цитировать]

  • Людмила:

    Н-да. Особенно здорово. если только вышла в декрет и живешь рядом с Кашгаркой. В трещину в углу комнаты сразу проник свет. Молодость останавливает страх. но иногда… Коляска для будущего ребенка стояла у маминых соседей в подвале и я. не спускаясь по ступеням. склонилась от двери вниз со своим огромным пузякой проверить что с ней. а в этот момент тряхануло по полной. Не знаю как удержалась на ногах. но испуга хватило надолго. А уже после рождения дочери. возвращаясь по Шахрисябзской тоже от мамы домой (жили на одной улице. как раз на повороте за угол стукнуло аж по перепонкам и стена углового дома осела. открыв внутренние покои. как на сцене. Встала как вкопанная. не зная куда бежать-назад к маме (она после операции) или к своей малышке. но помчалась домой и увидела бабушку. стоящую на пороге дома с моей дочерью на руках и не имеющей сил спуститься с порога. Бабулю почти сразу увезла скорая из за сердечного приступа. 10-го мая спали в палатке и было ощущение плаванья в лодке. так покачивало. Мне вообще везло в плане землетрясений. У меня трое детей и каждый раз во время их нахождения во мне нас трясло. Это чтобы ребятня сильной была и не страшилась толчков от всяких там трясений. Что интересно. по приезде в Израиль. мы и здесь поколыхались. но это было страшней. так как при полнейшей тишине нас качало. Надеюсь. что нашему Ташкенту и его жителям больше не придется пережить 66-й год. Всем удачи и здоровья.

      [Цитировать]

  • Aida:

    Однажды оказалась во время толчка на улице — землетрясение 78-го(?) года — под «Зиту и Гиту».
    Видела как обычная чиланзарская пятиэтажка (1966 года строительства) пошла волной, как меха на гармони. С верхнего этажа с балкона на улицу выпрыгнула кошка

      [Цитировать]

  • VTA VTA:

    А нас опять тряхнуло! Не сильно, но по-родному, снизу, и мне показалось, что звук тоже был, а может и совпало с другим звуком. Эпицентр в 20 км от Ташкента, а где именно?

      [Цитировать]

  • Галина:

    Вот тут http://www.anons.uz/article/other/8640/ написано про толчок. По карте непонятно, где именно эпицентр.

      [Цитировать]

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.