Сдержавшие клятву. Истории о ташкентских врачах Часть 1. Окончание Tашкентцы История

Автор Татьяна Перцева.

 

И еще один врач из моего детства. Сама я его не знала. Но в нашем доме на него молились.

 

Когда мне было девять/всего!/ лет, заболела мама. Ей было сорок шесть. Конечно, правды мне не сказали, и официально маме должны были делать операцию по поводу желудочных полипов. Неофициально — сами понимаете.  Отец работал в Москве, от него все скрывали. Дома мы с сестрой. И вот назавтра назначена операция. А сегодня пришел рентгенолог, Борис Николаевич Калмыков, дело было в ТашМИ. Посмотрел еще раз маму, и сказал, что отменяет операцию. Что врачи ошиблись — это не опухоль, а опухолевидный гастрит. Представляете, ей должны были отрезать пол-желудка! А он говорит, что ничего такого нет!

 

Велел ей прийти через три месяца. Потом еще через три. А потом сказал: «вот видите, мы с вами были правы». И отпустил с миром, велев, правда, проверяться каждый год. Удивительно ли, что она считала его богом? После этого она благополучно прожила еще почти тридцать лет, оттянув на этот же срок операцию. Жаль только, что к старости она совершенно забыла совет Бориса Николаевича — проверяться каждый год, может, прожила бы еще…

Был у Бориса Николаевича любимый ученик, Владимир Чупров, однокурсник моей сестры. Работал он в шестнадцатой больнице на Домбрабаде, но съезжались к нему со всего города. Как и Борис Николаевич, рентгенологом он был удивительным!

 

И очень обидно, что всех, о которых я пишу, уже нет на свете. И что хорошие люди не живут вечно…

 

Вот и Шарофат Камаловны Ташходжаевой больше нет. Тоже ревматолог, но уже взрослый. И работала она в поликлинике на Лабзаке, что по маршруту десятого трамвая. Умница была. Очень скромный человек при всем при том, что врач прекрасный. Всю нашу семью лечила, и не только по своей части. Чуть что — сразу бежали к Шарофат Камаловне. Мы ее помним. Всегда вспоминаем с уважением и любовью. Сколько она возилась с бронхитами моего мужа и с моими болячками! Почему-то для каждого пациента она находила время. И я слышала о ней только хорошее. Не светило. Просто врач.

 

А Раиса Ходжаевна Коконбаева сделала очень неплохую для женщины и тех лет карьеру. Она была заведующей кардиологическим отделением шестнадцатой городской больницы на Домбрабаде, выстроенной на месте бывшей дачи генерала Петрова, большом сером шестиэтажном здании  с огромным садом, еще сохранившимся от прежних хозяев. После землетрясения я попала в больницу. Лето, окна открыты, с пятого этажа слышались перманентные вопли — там был роддом. Ночь-полночь, утро-день — вопли. После этого рожать точно не захочешь, от одного разыгравшегося воображения, жили, как в фильме ужасов Интересно, что Люда Стамбула рожала  на этом пятом этаже, и как женщина решительная, обеспамятев от боли, укусила врача, за что и получила оплеуху, так что долг платежом красен.

 

Забитые людьми палаты, каждая человек на восемь, но чистота и порядок, почти военный.  Нужно сказать, Раиса Ходжаевна подняла меня довольно быстро. Почему-то прониклась она ко мне симпатией, и мы часто разговаривали, не как врач с пациентом, а просто как старшая с младшей. И, удивительное дело, я многому у нее научилась. Простым житейским вещам. Очень умная женщина была. Властная. И врач хороший. Не знаю, жива ли…

 

В шестнадцатой же больнице работал мой  приятель Леня Туровский. Почему просто Леня? Потому что мы с ним жили на одной улице, вместе заканчивали музыкальную школу по классу скрипки. Хотя по возрасту он был младше меня года на два точно. И просидели много лет рядом в одном оркестре. Не знаю, получился бы из него скрипач, — из меня точно не вышел, — но врачом он был таким, что всего в двадцать шесть лет работал завотделением реаниматологии. Лихо как-то работал, с изрядной долей здорового цинизма. Сейчас он в Нью-Йорке. Уехали они всей семьей. Связь с ним потеряна… но я все равно помню.

 

На нашей улице, угол Финкельштейна-Малясова, на стороне фабрики «Уртак» жил профессор Александр Федорович Кайзер. Серый дом. Красивое высокое крыльцо. Огромный сад.

 

Выдающийся хирург. Именно, что блестящий. Во время войны был ведущим хирургом госпиталя/ бывший институт травматологии на Новой-Каблукова/. Ампутировал правую руку поэту Иосифу Уткину. Тот подарил ему книгу своих стихов с автографом, написанным левой рукой. Сделал бесчисленное количество операций. Спас множество больных и раненых. Поражений знал мало. Погибших по его вине — нет.

 

Я у него не лечилась. Просто, чтобы память сохранилась, в интернете до обидного мало информации о ташкентских врачах.

 

А Люда Стамбула свято помнит и почитает  онколога Леонида Олендера, работавшего в онкобольнице, находившейся рядом с первой городской. Он оперировал ее маму. Мама лежала в больнице с февраля по апрель, и не было дня, чтобы он не зашел, и не справился о ее самочувствии. Он можно сказать, ее вынянчил: благодаря прекрасной операции и грамотному лечению, мама Люды встала, и навсегда забыла о диагнозе….

 

Мой суровый муж с любовью вспоминает участкового невропатолога Маргариту Карповну Лейбзон. Удивительная была женщина. Высокая, полная, интересная блондинка. Когда муж в двадцать два года слег от непонятной болезни, и длилось это около года, на вызов невропатолога эта женщина соизволила заявить, что больной достаточно молод, чтобы встать и явиться на прием самолично. Но потом все же снизошла. Нет, диагноза она не поставила. Но прописанные ею порошки еще на много лет стали единственным, кое-как помогавшим лекарством. Спасибо ей, в те дремучие времена это стало для нас спасением.

 

И еще я хочу выразить свое восхищение Инне Львовне Лейбович, матери моего друга Марка. Она много лет работала терапевтом в Первой городской больнице. Ее знали все в округе, а узбеки называли «дохтур-апа», здоровались, приглашали в гости, приносили касы с пловом… Инна Львовна сейчас живет в Америке. Лет ей уже очень много, но она бодра, весела, живет полной жизнью, и, как я надеюсь, проживет еще очень долго..

 

 

А это воспоминания, Элветы, в миру Лидии, фамилию она сообщить упорно отказывается:

«Татьяна! То, что Вы собираетесь сотворить, прекрасно и благородно! К сожалению, медицина оказалась вне моих детских интересов. Сутки скребла я по сусекам, не наскребла даже на колобок. Отправляю собранные крошки… Разрешаю сдуть эту пыль в мусорную корзину. Родильный дом — не помню. Знаю, что это тот самый роддом на Красной Площади, где, видимо, родились все жители Центра, а мы тогда жили в гостинице «Узбекистан» на ул. Дзержинского. Детская консультация находилась в начале Кирова. Довольно большой особняк, внутри весь белый-белый (всё, что можно, покрашено белой масляной краской). Первая врачебная фамилия – мой детский врач Календарёва. Она пользовала всех детей на Жуковской. Медицина тогда была боевая. Я бы даже сказала воинственная. Категорическое условие лечения — «разобщить и изолировать». А какое разобщение и изоляция в коммунальном дворе, на коммунальной балахоне? Мы щедро делились друг с другом свинками, корями, скарлатинами и …глистами. После очередной «отлёжки» делились опытом больничной жизни на Бешагаче, Тахтапуле или во «ВСЕМАШКЕ» /Больница им. Семашко/. . Календарёва практически ежедневно навещала наш двор. Кадр из недр памяти: сквозь балясины барьера балахоны, со второго этажа, вижу женщину, невысокую, одетую в черно-белое комбинированное платье. Волосы у неё тёмные, собраны в узел на затылке, на ногах туфли на солидном каблуке. Она  пытается пробраться к больному по булыжникам, которыми вымощен наш двор. Вообще-то, Календарёва — мягкий, интеллигентный человек, диагнозы ставила правильно. Но чуть –что, « разобщить и изолировать»! Надо сказать, тогда народ лечился по принципу «сам с усам». Например, при кори полагалось занавешивать окна коричневой тканью. Чтобы избавиться от глиста – солитера, детей сажали на горшок, наполненный тёплым молоком. Предполагалось, что глист поползёт пить молоко и навсегда оставит организм ребёнка. /Ага, такой он дурак, этот глист, держи карман шире!/ В приличной семье, где заболела свинкой маленькая девочка, её тотчас положили в кроватку к старшему брату. Таким образом поступали, чтобы выработать иммунитет у здорового ребёнка. В результате этой дикой процедуры мальчик остался карликом. Когда скарлатина настигла меня, папа никак не мог поверить очевидности. Он забаррикадировался на балахоне и ни за что не отдавал меня. Внизу, во дворе, стояла перевозка, коричневый автобус с «носиком». Самые ранние кареты скорой помощи, на моей памяти, были такими же. Поздно вечером он привёз домой известного всем ташкентцам детского доктора Кугеля. (Может быть Юрия Кугеля.) Увы! Календарёвский диагноз подтвердился. Татьяна, вы помните детали врачебного осмотра середины минувшего столетия? Коротенькую трубочку — стетоскоп / сначала деревянную, потом эбонитовую, реплика моя/ для выслушивания, постукивания по рёбрам, обследование горла и белков глаз, поиски сыпи? Современная, ушедшая далеко вперёд медицина изучает бумажки с результатами обследований, а глядит сквозь пациентов…/и это совершенно точно. Нынешние врачи смотрят исключительно сквозь меня, За редчайшим исключением. /Реплика моя/ Папа сдался и отвёз меня в детскую инфекционную больницу на… Бешагач… или на Тахтапуль ( Скорее, на Тахтапуль, инфекционная больница точно была там, примечание мое). Видимо, это та самая двухэтажная больница посреди парка, о которой писала Д. Рубина. Но в 1954 г. никаких детей- калек там ещё не было. На обоих этажах лежали скарлатинники. Внизу тяжёлые, наверху те, кто полегче. Поскольку тогдашние корь и скарлатина свирепствовали вовсю, нас каждый день осматривала целая куча врачей во главе с боссом. Наверное, преподаватель со студентами. В памяти они остались таким групповым портретом. Никаких персон. В остальное время мы бесились изо всех сил, донимали сестёр и говорили о запретном (про письки и попки). А ночью дружно плакали и звали мам. Ведь пациентам было лет по пять и меньше…Однако лечение проходило успешно, хотя и без постельного режима. А вот кормили там гораздо хуже, чем в детском саду. Вкус тех щей из кислейшей капусты ощущаю до сих пор. Кружки и тарелки были металлические. Горшки, кстати, тоже. Папа ко мне на свидание продирался через одичавший чёрный парк, я карабкалась на батарею, потом на окно… А мама лежала в больнице! Да, Татьяна! Осенью 1953 г. после малозаметной простуды, перенесённой на ногах, моя маменька, оптимистка и авантюристка, слегла на полгода. Правые рука и нога действовать перестали и начали «сохнуть». Папа подсуетился и пристроил супругу в так называемый Правительственный Стационар. Небольшое уютное заведение посреди фруктового сада (где-то по Луначарскому шоссе). Палаты, правда, общие, но медперсонал внимательный, и каждый божий день давали по большой плитке шоколада. Мне того самого »Гвардейского» хватило до самой скарлатины. Но вот беда! Стационар этот был, скорее, профилакторием. / именно так и было. Одно время там лежала моя мама, я приходила к ней, изумительный сад, уютные палаты, все пациенты в прекрасных халатах, вместе с ней лежал председатель колхоза «Полярная звезда», и мама с восхищением рассказывала, как он, побывав в Америке привез ВСЕМ женщинам колхоза какую-то мелочь, на большее не хватило денег, но привез же! Примечание мое./ Пока я лежала в инфекционке, маму перевезли в больницу Федоровича. Вот тут началось настоящее лечение. Татьяна! Мы с Интернетом очень мало знаем об этом враче. Дом его с табличкой на дверях стоял на углу Пушкинской и Ассакинской. Ташкентские дамы осуждали супругу доктора за дурной нрав, за то, что якобы она заставляла старика Федоровича мыть полы. (Татьяна, честно сообщаю вам бабьи сплетни той поры.) / ага, уж эти бабьи языки, страшнее пистолета!/ Скорее всего, он уже находился в отставке, когда мать заболела. Видимо, доктор являлся подлинно народным персонажем, если больницу упорно называли больницей Федоровича, а была она не его, а государственная, и имя доктора ей присвоили аж в 1996 г. До нынешних времён стоит на углу Жуковской и Карла Маркса. Сейчас её перестроили в духе Тадж-Махала. Но и в 50-е два её этажа выглядели внушительно. На втором этаже находились просторные палаты с высоченными потолками. Пациенты щеголяли в красивых тёплых халатах. Лежали ковровые дорожки. В боковом крыле находились разные электро-водо- магнитные чудеса. Туда направляли больных со всего города. Маменьку консультировал профессор Я. Я. Гордон, ещё одна городская легенда. И опять-таки в Интернете о нём два слова. Сеть у нас какая-то избирательная. / Просто о ташкентских врачах фиг чего в инете найдешь, и это ужасно/. На моём детском слуху осталось название «гормон Гордона» – лекарство, которым лечили маму./ Гордон лечил и маму моей подруги Лоры Осадчук, но, увы, оказался бессилен — слишком глубоко были поражены нервы/. Мама по гроб жизни своей спасительницей считала невропатолога Татьяну Всильевну Трапезникову (жену актёра А. М. Мальковского). Она возилась с мамой и воплощала в жизнь дерзкие задумки Гордона. В результате мама встала на ноги, на что уже никто не надеялся. Хотя, конечно, легкость походки к ней не вернулась. О доценте Трапезниковой совсем ничего нет в паутине. Надо сказать, в Ташкенте ещё сохранялась традиция приглашать на дом квалифицированных медиков на дом, частным образом. Так к маме приходила массажистка Донченко. Подтянутая старушка, «из бывших», при шляпке и при перчатках. Она пила чай, обсуждала городские происшествия за ближайшие 50 лет, потом приступала к массажу, приговаривая : «От периферии к центру, от периферии к центру…». Ёе занятие считалось незаконным. Приходила она «по секрету» в коммунальный двор, на общую балахону, в городе, где её все знали как массажистку Донченко. Была у неё и своя тайна. Никто не знал отчего когда-то покончила самоубийством её дочь. Скоро г-жа Донченко умерла. Следующим «подпольщиком» от медицины стал тёмнолицый кореец-иглоукалыватель. Очень модный и популярный человек, который переколол половину ТАШКЕНТА, но оставался нелегалом. Государство запрещало частную практику, а жители по привычке бежали к знакомым врачам. Когда в году 57-58- ом папа Лии К. отказался идти к заболевшей бабушке Тани Т., весь квартал был в шоке. Доктор К. отрезал: «Я не занимаюсь частной практикой!» На углу Самаркандской и Узбекистанской (где-то в той части) существовала хорошо оснащённая платная поликлиника в два этажа. Там можно было обратиться к крупным специалистам за небольшие деньги. Если речь шла о профзаболевании, то лечение оплачивал местком. В беседах взрослых звучала фамилия отоларинголога доцента Алёшина из УШНОГО отделения института неотложной помощи на Жуковской. Действительно классный врач. В 1965-м делал мне операцию. Крупным специалистом по полостным операциям считался хирург Постолов. Он оперировал Михаила Мансурова. В начале 60-х Михаил Филиппович сильно болел. Молва заключила: «Не жилец!». Но с помощью ташкентской медицины он поправился, всех своих соперников по сцене пережил. И даже удостоился самого высокого актёрского звания. Всё!!! Больше ничего не знаю!!! Всех благ!!!! Лидия».

 

Еще одно примечание: среди наших дедушек и бабушек, пап и мам очень немногие не лежали в больнице Федоровича. Я помню, как пришла к отцу, заболевшему, — о, ужас, -гипертонией, и сразу попавшему в больницу. Теперь болей гипертонией сколько хочешь, есть деньги — выписывают нормальное лекарство, нет — пользуйся российскими, два часа на пару — не берет…. Мы с мамой пошли его навестить, и зашли в столовую — было время ужина. А мне тоже котлету с макаронами дали. Нормальная была котлета, из мяса. Я это к тому, что если кто хочет заработать дистрофию, добро пожаловать в наши больницы. Поразительно, как можно испортить простую кашу! Про остальное я уже молчу, господи, нельзя же так оголтело воровать! Хоть бы немного поделились с больными, что ли…

 

Я очень смутно помню палаты, но обстановка точно была необычная. Бывала я там, когда приходила и к маме. На лечение никто не жаловался, это точно. Может, кто-то знает о Федоровиче больше? Очень жаль, что сведений о нем почти нет.

 

 

А это мне написала Ирина Богдановская:

 «Первый врач, о котором у меня сохранились воспоминания — доктор Юровский. Именно так, я никогда не знала его имени-отчества, мама всегда трепетно говорила о нем Доктор (явственно слышалась заглавная буква) Юровский. Говорила, что он спас меня, когда в возрасте одного месяца я умирала от дизентерии, и меня уже совсем залечили разные другие врачи. Потом мама привела меня к нему в возрасте лет девяти, я так думаю, во всяком случае при знакомстве он строго осведомился:»Пионерка?», и я гордо ответила «Да». Я тогда очередной раз умирала, на этот раз от легких — одежка, сама помнишь, была какая, я перекаталась на коньках, схватила двустороннюю пневмонию, и кашель был жуткий. Он поставил меня перед собой, и как-то весь превратился в ухо, и ухом этим, без всякого стетоскопа, слушал мои легкие долго-долго. А потом уверенно продиктовал маме, что надо взять и как сварить и настоять, и как меня этим поить. Были там и жир, и алоэ, и какао, и еще много всего… мама сунулась было с деньгами — он принимал дома, были тогда такие домашние кабинеты, на Гоголя, помню, дом его поразил меня, мы жили все впятером в одной комнате, а тут! дворец, так мне тогда показалось…- он денег не взял, сказал:

— Вам сейчас надо все это купить, это недешево. Поправитесь — приходите.

Потом я повидала много врачей, в большинстве случаев плохих, но их имен не запоминала, зато всегда помнила Доктора Юровского. Интересно, кто-нибудь еще запомнил его, как я?

 

Чуть постарше я была, когда мама моя начала болеть сердцем. Были у нее приступы, она синела, не могла дышать. Я привычно неслась на угол к телефону вызывать «Скорую». Приезжали равнодушные, усталые люди, делали укол, уезжали.. От всего этого веяло такой безнадегой… Но один раз приехала тоже усталая, но совсем другая женщина. Звали ее Надежда Васильевна Петрова (Насчет Васильевна не уверена). И она стала маминой богиней и подлинной надеждой на долгие годы. Она начала маму лечить по всем правилам. Оказалась она доцентом ТашМИ, кардиологом, КМН. Фронтовичка, конечно. Она была некрасивая, совсем простое русское лицо, но была в ней такая светлая сила, что казалось, умереть невозможно, когда она рядом. Мама пережила ее, как-то пришла на прием, а ее нет.. Рак.

 Я не пишу про «светил». Не везло мне на них. Тот доктор, что чуть было не уморил меня в младенчестве, был светило педиатрии. Бог ему судья, он сам сына потерял от ошибки такого же светила. На Боткинском кладбище его могила прямо напротив маминой…

Была в Ташкенте такая гинеколог Панна Дмитриевна Безрукова. Тоже фронтовичка. Она рассказывала, как во время Корейской войны (кто ее помнит сейчас?) / я помню, середина пятидесятых, подлые американские империалисты напали на бедную Корею, в результате чего произошло разделение страны, в половине победили империалисты, в половине — коммунисты, что из этого вышло —  все мы знаем/. Но она была вынуждена делать трепанации черепа прямо в полевых условиях, говорила, мужчину-хирурга убило, больше некому было.. Муж ее был Герой Советского Союза, дали ему Звезду за форсирование Днепра, боевой был мужик, пил только сильно.

 

Панну Дмитриевну боготворили все женщины, она делала такие операции, за которые никто больше не брался. И удачно, везучая была. И очень добрая. Она принимала моего сына, никому другому я бы и не доверила. Муж мой жил с ней в одном дворе на Малогоспитальной, она его обожала. Но ей самой в жизни выпала страшная  беда. У нее был сын Алик, красивый добрый мальчик, избалованный, конечно. В ту пору в Ташкенте было всего два живых Героя, ты ж понимаешь. Она в нем души не чаяла. Алик поступил в Транспортный институт, и в 20 лет во время летней практики на железной дороге он погиб. Не то убили и под поезд положили, не то сам по пьянке попал, получка у него была первая в этот день, ну и обмывали конечно. Полголовы снесло… Панна сама его обмыла, зашила, одела… Ужасно вспоминать даже сейчас. Муж ее после этого запил вчерную и скоро умер, а Панна не сломалась. Она заказала известному скульптору Рябичеву памятник в полный рост, каждый день до самой своей смерти ездила к нему на кладбище. На его Волге, которую купила ему перед самой гибелью. Научилась водить, босиком водила, чтобы ни от кого не зависеть. А умерла она по злой иронии судьбы от рака матки. Классный гинеколог, все она про себя понимала, спокойно говорила — вот скоро Алика увижу. На ее похоронах рыдали наверное сотни спасенных ею женщин. А памятник Алику муж племянницы, которую она приютила, выучила, замуж отдала, продал на цветной металл..»

 

«Когда я принесла своего сына из роддома, у меня не было вообще никакого понятия, что с ним делать. На маму тоже большой надежды не было, нас всех вырастила покойная бабушка, вот та все умела, а мама, бедная, все металась, деньги зарабатывала, а незадолго до того у нее был вообще сердечный приступ. Роды были трудные, у сына были все пяточки исколоты, его там лечили. И он орал все время, а я его даже на руки боялась взять, я до тех пор ни одного ребенка в руках не держала, так получилось. Ужас был кромешный. И тут в дверь позвонили, и на пороге появилась добрая фея — наша участковая детская врачиха Марья Семеновна Коган. С собой она привела патронажную сестру, тоже хорошую бабу, и та в момент научила нас пеленать, поить водичкой и укладывать на бочок. Но главное, Марья Семеновна принесла с собой такой покой и уверенность в том, что все будет хорошо, что я разулыбалась и поверила, что
справлюсь. Сын рос сложно, болел всем, чем только можно, а кое-чем и по два раза, и всегда она безошибочно ставила диагноз, и он ее единственную не боялся, когда надо было делать уколы, и никогда она не болела сама, и в отпуск не уходила, она была всегда рядом, всегда уверенная, спокойная, элегантная. Ее любимая поговорка была:»Учиться
надо у больших врачей, а лечиться у маленьких». Себя она считала маленьким врачом, и изо дня в день спокойно делала свое дело. Никогда с детьми не сюсюкала, никаких сластей и игрушек, как другие врачи, не совала, а дети ее обожали. Мой сын, который вообще врачей не жаловал, который главному  педиатру УзССР доктору Шварцу ляпнул: «Врач-вредитель», а другого врача Додика Шенкера, удалявшего ему гланды, укусил за палец, Марью Семеновну встречал, как родную, свекровь даже ревновала.

 

Куда бы я ни пошла в Ц-5, где мы тогда жили, я всегда встречала ее, она бежала по вызовам. Вот так как-то перебегала дорогу, попала под машину, ей отрезало обе ноги. После этого она по вызовам уже, конечно, не ходила, но детей лечить не перестала, принимала дома, сидя в инвалидном красле. Сын мой к тому времени уже вырос из педиатрического возраста, а сестра с племянником ходила к ней, говорила, только ей доверяет.
Она работала в Ц-5, в детской поликлинике, потом, кажется, поликлиника переехала к кинотеатру «Казахстан».

 

Вот такие врачи были. Они, конечно, и сейчас есть, правда в гораздо меньшем количестве. Я знаю такую. Правда, она не в Ташкенте живет, а в Москве. Наталья Васильевна Бучинчик. Зав. отделением Третьей городской. Когда я пришла к ней после операции и протянула конверт, она так меня отчитала, что до сих пор стыдно. «Берет» только моими книгами. Ничем больше. Мало того, когда прихожу к ней на ежегодный осмотр, в благодарность за книги еще норовит сунуть коробку конфет…  хотите верьте, хотите нет, а бывают и в наше время…

 

Очень хочется верить, что останутся и в будущем.

82 комментария

  • Yultash:

    "Доктор Юровский. Интересно, кто-нибудь еще запомнил его?…"
    Да, конечно! Он лечил меня в детстве. Приходил к нам домой. Помню деревянную трубку ("стетоскоп"?), с помощью которой он меня прослушивал, а также "рыбий жир", который он прописывал.

      [Цитировать]

  • Ефим Соломонович:

    Добрые слова про ташкентских врачей сказанные в очерках Татьяны Перцевой со вставками Элветы, это лишь малая толика описаний их врачебных качеств,
    в их нелегкой и ежедневной работе по лечению населения нашего города, ведь количество хороших и человечных( в обращении с пациентами) врачей в нашем городе было немало. Любой участковый врач находил добрые слова больным поднимая их настроение. Даже стоматологи умели снять зубную боль одним своим выражением, типа, — "Ну это совсем не больно", после чего уже ничего не болело и садиться в кресло совсем не хотелось, в первую очередь, конечно, от страха, а во вторую, от успокаивающих слов доктора. Спасибо Татьяне Перцевой за добрые воспоминания о рядовых ташкентских врачах.

      [Цитировать]

  • Владимир:

    Cпасибо, Татьяна. Действительно, надо ЧТОБЫ ПОМНИЛИ. У меня в детстве участковым врачом была Бродская, имени к сожалению не помню. Очень статная, красивая женщина. И фамилия Календарёва, мне смутно знакома, я жил между Жуковской и Гоголя, на небольшой улице Топографической, возможно и ко мне приходила эта женщина-доктор, поскольку в детстве я тоже переболел всеми детскими болезнями. А Эммануила Шварца я знал лично, он вылечил моего маленького сына в семидесятые годы. Друзья, к которым относился и мой отец, называли его Эмма. Он был большим поклонником поэзии и у него была шикарная библиотека, с автографами поэтов с которыми он был знаком,-Евтушенко, Симонов, Окуджава. Он много рассказывал о них.
    Ещё раз спасибо.

      [Цитировать]

  • Русина:

    Танечка!
    Ну и память у вас!!!
    Петрову Надежду Семеновну(не Васильевну) я знала очень хорошо. Она была нашей соседкой и маминой подругой. Но я не знала, что она умерла от рака.
    Спасибо. Прочитала взахлёб

      [Цитировать]

  • Igor Ynusov:

    Bilo ochen mnogo vrachey Mihail borisovich Frank osnovatel sportivnoy medezini Tashkenta, vrach Borzenko avtor knigi "Ring za koluchey provolkoy ", Kochergina Nadejda Zaharovna vrach terapevt vseh buharskih evreev, hiryrg Hiya Ynusov i mnogo drugih

      [Цитировать]

    • Timur:

      Скажите, а почему у бухарских евреев был свой терапевт? Они болели какими-то особыми болезнями? Их организм отличался от организма других людей?

        [Цитировать]

      • tanita:

        Тимур, честно говоря, — не знаю. Но бухарские евреи были очень закрытой общиной, не допускали в свой круг чужаков, и вполне возможно, что у них был и свой врач. Хотя одного врача на всех бухарских евреев, думаю, маловато было1

          [Цитировать]

        • Igor Ynusov:

          pravilno tanechka , pravda est pravda za baranov ychilis y baranov lechilis , obijatsya ne nado , sami sozdali atmosfery ne terpimosti k ruskoyazichniomy naseleniy vot i lechites y nazionalnih kadrov Mustakilik tabiblar

            [Цитировать]

      • Igor Ynusov:

        Y Buharskih bili dengi i mozgov hvatalo hodit k gramotnim diagnostikam a ne k pervim popavshimsya mysnikam

          [Цитировать]

  • Константин ташкентский:

    Очень хотел ничего сюда не писать, но не получилось промолчать.
    В советские времена было несколько добропорядочных врачей, но в целом, наша, как бы бесплатная, медицина была отвратительной. Лечащие врачи передавали патологоанатомам записки с диагнозом, от которых они лечили умерших больных. Сам одну такую передал, с диагнозом отца. Районную стоматологическую поликлинику, в шутку называли районное отделение гестапо и все нормальные организации старались открыть свои стоматологические кабинеты. Организации, жившие лучше, чем нормально старались открыть свои медсанчасти. Совсем уже серьезные организации открывали собственные медицинские центры. И все эти кабинеты, медсанчасти и центры были вынужденной альтернативой, нашей замечательной медицине.
    Ну, а мелкие детали, связанные с лечением в стационарах, не хочу перечислять и портить настроение.

      [Цитировать]

    • Русина:

      А как сейчас в Узбекистане дела обстоят с медициной? Платная ли она?Сразу оговорюсь-не желаю сделать таким вопросом неприятное жителям Узбекистана. Интересна объективная оценка. К примеру…в Москве с медициной отвратительно. Причём, с платной ещё хуже, чем с бесплатной. Именно это обстоятельство и заставляет меня заниматься моржеванием, фитнесом и танцами, т е зарабатывать себе только здоровье, ибо лечить некому

        [Цитировать]

      • leonid_tursunov:

        вспоминается как, два года назад, мою жену в Самарканде, после кесарева сечения, ТРОЕ!! совершенно разных довольно маститых самаркандских хирурга убеждали сделать операцию, т.к. якобы УЗИ повазало присутствие "инородного тела" в брюшной полости.. и сразу цены называли за это удовольствие.. А в Ташкенте, ничего не нашли, просто прописали таблетки от инфекции.. вот и релиз о состоянии сегодняшенй медицины.. слава Богу, что до операции не дошло..

          [Цитировать]

        • АГ:

          В Самарканде моему родственнику блестяще оперировали злокачественную опухоль. В Ташкенте врачи лишь убедились в этом. Юноша сегодня в добром здравии. Вот Вам еще один релиз о состоянии сегодняшней медицины.

            [Цитировать]

          • leonid_tursunov:

            АГ, моей жену тоже бы "блестяще прооперировали".. , только вот все "светила медицины" сразу же шли в отказ, как только узнавали, что это дело на контроле в прокуратуре.. и саму операцию будут фиксировать на видео.. а в Институте геникологии, сделав то же УЗИ ничего и не нашли..
            вопрос: а был ли реальный повод для операции? (и у вашего родственика тоже)..

              [Цитировать]

      • Бусурманин казахский:

        В Астане медицина никакущая. Врачам лишь бы бабосов сорвать с людей.

          [Цитировать]

        • leonid_tursunov:

          Да и Узб. так же.. все жить хотят хорошо.. у меня соседка 300 тыс сумов получает (сто долл), врач высшей категории.. куда это годится? и на субботники каждую неделю гоняют, прямо в белых халатах.. Дурь!!
          а в Чимкенте лучшие платные врачи- выходцы из Ташкента, к ним очередь на неделю вперед.. и плучают на порядок больше..

            [Цитировать]

        • leonid_tursunov:

          да и в Ташкетне тоже без денег, не очень то полечишься.. все хотят жить хорошо..

            [Цитировать]

      • артур:

        Здравствуйте Русина… впринципе неплохо но ничего не поменяломь… грамотных врачей почти неосталось. Кац Паина Сиднеевна ну и ещё пяток

          [Цитировать]

    • Урикзор:

      Все это абсолютная правда. Особенно про стоматологию. Сам попал из Чиланзарской стоматологической поликлиники в неотложку с фактически неизлечимым диагнозом — подвисочная флегмона. Нарвался на врача-садистку Хрустову, которая до этого отсидела в тюрьме. Выжил только благодаря усилиям врачей КБСМП. Все это происходило из-за корпоративной солидарности. Врача никто и никогда ни под каким предлогом не мог уволить и не мог наказать за врачебную ошибку. Ни горздрав, ни минздрав. Я что-то не припомню прецедентов. Вот и результат. В итоге вся система коррумпировалась и дисквалифицировалась.

        [Цитировать]

    • lvt:

      Константин, то о чём Вы пишите, абсолютно очевидный факт. Вечная память Вашему батюшке. Наверное, каждый из нас может написать книгу "ужасов" про тогда, про сейчас, да и про разные точки Евразии. Но сейчас РАДУНИЦА-праздник радости за тех, кто по своим делам достоин Царствия Небесного. Вполне логично и вовремя вспомнить о хороших людях. А про плохое и ужасное мне, честно говоря, вспоминать не хочется. Пусть оно и подохнет в прошлом, чего его в будущее тащить… Да и время сейчас повсеместно не самое лёгкое. Ещё не хватало позавчерашним гадам дарить посмертную память!

        [Цитировать]

    • АГ:

      Советские врачи убили моего отца, а с меня к 25-ти годам собрали с десяток зубов. И только в постсоветское время я смогла обрести нормальную человеческую улыбку. Но не зря есть понятие "человеческий фактор". Именно он чаще всего влияет на нашу жизнь. Увы… Кому-то везет, кому-то нет. Так было и при советах, так происходит и сегодня.

        [Цитировать]

    • tanita:

      Константин, не знаю, чем заслужила вашу нелюбовь, но дело не в этом. Видите ли, если покопаться, в любой профессии есть плохие и хорошие специалисьты, И то, что постепенно состояние нашей медицины все ухудшается, причем независимо от страны, здесь не лучше, ни для кого не секрет. Но я стараюсь писать о людях, заслуживших добрую память. И очень многиетак и вспоминают их добром, Я писала пишу и буду писать о ХОРОШИХ людях. Честных. Прекрасных специалистах А плохие… о них и вспоминать не стоит. Стоматологи тоже были разные. Та, о которой я пишу, не была садисткой. Просто с теми инструментами и без обезболивающего без боли не обойтись. Я помню стоматолога, которая пломбировала мне зубЮ дыра в котором была под десной. Пломбировала на живую. У меня слезы текли вперемешку с кровью, а она объясняла, что обезболивающего нельзя. потому что иначе можно не пройти канал… Еще два стоматолога-протезиста делали мне зубы Один при советской власти, двадцать лет протез стоял. Второй сделал зубы — полетело все, через два месяца.Третий — сделал, живу, радуюсь… все по-разному. НО повторяю, я писала о людях достойных и заслуживавших всяческого уважения. Акулина, вщятки при поступлении брали гомерические, и опять, не Буссель же с Гершеновичем их брали!

        [Цитировать]

  • Русина:

    Прекрасных врачей раньше в Ташкенте было немало, правда, о районных я ничего не знаю, а вот ташкентская медицинская профессура была выше всяких похвал. И бескорыстная. Это-правда.Стоматология в ТАШМИ была на высоком уровне. К примеру проф. Бусыгин Алексей Терентьевич, его супруга Маргарита Валериановна. Его ученики, работавшие в ТАШМИ

      [Цитировать]

  • Guzal_I:

    В старой

      [Цитировать]

  • Guzal_I:

    В старой записной книжке до сих пор есть телефон Олендера. На слуху фамилии Стадников, Чурсина (ГлавТашкентСтрой), Мельник (детский врач). Спасибо ИМ большое!!!!

      [Цитировать]

    • Guzal_I:

      И еще многим многим, тем кто работал раньше и работает сейчас, спасал и спасает!!!

        [Цитировать]

    • leonid_tursunov:

      Чурсина маму мою оперировала в 1976 г. не знаю что было, но помню как все дома нервничали.. обошлось.. маме уже 80.. У нас была соседка- врач, тетя Наима, муж ее был министром связи при Рашидове, если к ней обращались за помошью, в любое время дня или ночи, она всегда готова была помочь всем чем могла..лекарствами, перевязкой.. всем.. И сам министр был очень добрый и простой человек..

        [Цитировать]

      • tanita:

        Леня, так я ведь не зря назвала очекрк "Сдержавшие клятву". Кто сейчас ее держит? Да и тогда всякое и многое бывало. Я о порядочных люях. Они все равно были и есть

          [Цитировать]

        • leonid_tursunov:

          Да, Танита, они есть и будут.. У меня дочь второй год работает фельдшером на скорой помощи в Ташкенте, надеюсь, что она будет честным медиком…

            [Цитировать]

  • акулина:

    Уж извините дуру глупую! Только многие годы не могу забыть и, наверное, не забуду никогда свою попытку поступления в ТашМИ. Те из моих знакомых, которые не поступили, устроили свою жизнь, пройдя через моральные тернии, как правило, в других профессиях. А вот те, кто поступил, стали "врачами". Правда из 5 одноклассников, поступавших со мной, поступил 1, но зато "самый умный". Поэтому и хапуги, и садисты, и просто бездари встречались и встречаются. Но в статье речь идет о тех, кто не предал клятвы Гиппократа. И таких было достаточно много. Вспоминаю и нашего участкового педиатра времен моего детства Екатерину Степановну Диакос, которая зимой и летом в любую погоду ходила к нам, ребятишкам, причем, в серьезных случаях ее не надо было и вызывать, вела больного до полного выздоровления . А участок у нее был ой-ей-ей какой. И позже, когда уже в 79-м меня на обыкновенной скорой привезли в 6-й роддом (я очень просила меня туда не везти — в 64-м там чуть не угробили мою маму), при всей сложности моего состояния обошлись без кесарева сечения и выхаживали пока не выздоровела. За просто так!
    В 71-м после недельного лечения у окулиста в поликлинике отлежала полтора месяца в госпитале и если бы не хватило ума туда обратиться, осталась бы без глаза. Так, что врачи, как и люди бывают разные. Как тогда, так и теперь. Но врач — профкессия, результаты которой не забываются никогда и благодарность передается из поколения в поколение. А о плохом стоит ли вспоминать?

      [Цитировать]

  • Арина:

    Недаром говорится:"Везде ищите прежде всего ЧЕЛОВЕКА"

      [Цитировать]

  • Лиза:

    Я бы сказала ПРОФЕССИОНАЛА!!!

      [Цитировать]

  • Русина:

    акулина
    Кэти Диакос была не только врачом вашего детства, но и моего сына. Я его трёхнедельного привезла в Ташкент в конце мая, в самую жару. Причём, молоко грудное тут же и кончилось. Она моментально организовала донорское. Спасибо ей большое.

      [Цитировать]

    • акулина:

      Она как-то организовывала передачу остатков лекарств (с ними тогда туго было)тем, кому они были нужны, а на нужный момент не было, советовала какие-то нетрадиционнае смеси. А самое главное, душевность и огромная порядочность этого Человека

        [Цитировать]

  • Людмила:

    Мне тоже знакома фамилия Стадникова. а маму оперировал Л.Олендер. В 66г диагноз рак груди звучал как смертный приговор. что. впрочем. и сейчас не лучше. После операции он меня успокаивал. т.к. я была перед декретом и от волнения не соображала ничего. Тогда не было химиотерапии. а было лучевое облучение и перед каждым из них он рекомендовал мне как и чем лучше маму подкормить. Она потом много лет не могла на дух переносить творог и печенку. Прожила после операции 27 лет и иногда ходила на проверки. Но были конечно и другие. Моя годовалая дочь заболела дизентерией.а врач. уже довольно пожилая женщина. давала мне направление в больницу с ангиной.объясняя. что не может написать другой диагноз. Жаль. что в профессии. более всего необходимой людям. попадаются и такие "светила". Поэтому мы и благодарны истинным ВРАЧАМ.

      [Цитировать]

  • Арина:

    Прекрасно помню Владимира Ивановича Чупрова!Обаятельнейшего ДОКТОРА!Моя близкая подруга была его ученицей.Галина Васильена Чумакова-детский врач 1-ой детской поликлиники.Врач от Бога, лечила всю нашу семью.Бескорыстно, по своему призванию. Сейчас она на пенсии, живёт в Ташкенте.Говорят,если после разговора с врачом вам не стало легче, значит вы разговаривали не с врачом.Я всегда, когда мне плохо,звоню моей Галине Васильевне.И мне становится легче….

      [Цитировать]

  • Арина:

    И ещё мне хочется написать вот о чём.Моя дочь училась в ТашМИ.Поступила в 1997 году.В 2000году пришлось переводиться в Российский медицинский.Перевод был сложным, сдавала экзамены.После чего завкафедрой стоматологии сказал ей такие слова:-Бывал в Ташкенте,знаю многих ваших преподавателей. Вы можете гордиться своим институтом!
    Вы только представьте,какие чувства испытала моя дочь!Она и сейчас считает ТашМИ лучшим институтом.

      [Цитировать]

  • tanita:

    Арина, все зависит от того, с кем столкнешься, и чего ждешь. Я сталкивалась со многими врачами в Ташкенте, были и не очень. Но не было ни садистов, ни хамов. Это точно. Были неудачные диагнозы, были удачные. вот вы сейчас написали про свою подругу если не против, я про нее тоже упомяную. ЧТОБЫ ПОМНИЛИ, я совершенно одержима этим девизом. В ТашМИ действительно были прекрасные преподаватели и врачи.

      [Цитировать]

  • Арина:

    tanita, я буду очень признательна Вам за это!Этот Доктор стоит того,ЧТОБЫ ПОМНИЛИ.Спасибо Вам за эту одержимость!

      [Цитировать]

  • tanita:

    Арина — уже, Обычно я пишу очерк, а когда выкладываю, все воспоминаиня-комменты заношу в него, так что очерк разбухает до невозможности. Но я начала писать вторую часть. А воспомнинания о Галине Васильевне я поместила там, где пишу о Чупрове.

      [Цитировать]

    • чупрова наталия:

      спасибо огромное, блогодоря вам я многое узнала о своем дедушке он у меня был врач, Чупров Владимир…. Я бы хотела бы больше о нем узнать. Меня еще не было в помине когда его не стало, но очень приятно знать что его еще помнят….. Спасибо что не забываете таких людей.:-)

        [Цитировать]

      • tanita:

        Наталия, Ваш дедушка, Володя Чупров, простите, для меня он Володя, такие у нас были отношения, был большим другом моей сестры Елены, они учились вместе. Потом он стал и моим другом. Удивительный был врач-рентгенолог, редкий умница, потрясающий диагност, я его буду помнить, сколько живу.

          [Цитировать]

  • Арина:

    С удовольствием буду ждать!Я всегда с удовольствием читаю-перечитываю Ваши очерки.Они помогают мне увидеть другой Ташкент, узнать о многих замечательных людях этого города. Спасибо,милая tanita!

      [Цитировать]

  • tanita:

    Очень рада знакомству, если есть еще какие-то воспоминания, все вставлю!

      [Цитировать]

  • Владимир:

    Cтадников- это легендарная личность, прототип одного из героев "Ракового корпуса" Солженицына. Раковый корпус-это онкологическое отделение ТашМИ. А сколько ещё лет прожил сам Содженицын, после операции в Ташкенте.

      [Цитировать]

  • ВТА:

    Прочитала комментарии под очерком Перцевой и пришла к выводу, что врачей "сдержавших клятву" достаточно много было и есть. Ведь написано далеко не обо всех настоящих, аудитория сайта не так уж велика и не все высказываются. Конечно, много и равнодушных, и безграмотных, и даже преступных. Но разве только в медицине? И еще: от имени ташкентских медиков спасибо всем нашим пациентам за добрую память, за благодарные сердца.

      [Цитировать]

  • Марина:

    Я знакома с врачем-гематологом Ириной Броисовной Калмыковой, которая очень многим помогла и помогает. Кроме того, безграмотных много и не только в медицине, но ошибки врачей стоят человеку здоровья, а иногда и жизни. Спасибо за такую искреннюю статью, потому что Врачей (с большой буквы) мы будем всегда помнить и будем благодарны за их профессионализм и доброту.

      [Цитировать]

  • Марина:

    А еще врач Паина Сиднеевна Кац, которая в свое время вытащила мою бабушку из отека легких.Благодарность и низкий поклон.

      [Цитировать]

    • Урикзор:

      Полина Сиднеевна Джаксон. Дочь тренера по боксу Сиднея Джаксона. Похоронена на Коммунистическом кладбище.

        [Цитировать]

  • Светлана:

    А кто -нибудь помнит врача хирурга Сорокина Виктора Михайловича? Он многих спас своим профессиональными знаниями и руками! Это впач от Бога! Был такой талантливый и интеллигентный врач…

      [Цитировать]

    • Дарья:

      Светлана! А Вы хорошо знали Сорокина Виктора Михайловича?

        [Цитировать]

      • Светлана:

        Виктор Михайлович был нашим соседом(он меня учил петь песню,которую он сам сочинил «На лужайке, на проталинке.»:-). Правда, я была маленькой.Но его мама Клавдия Прокофьевна была нам как бабушка.Она мне шила сарафанчики.Это была добрая и интеллигентнейшая женщина!!! Кстати, у Виктора Михайловича были две дочери-Клавдия, которую мы нянчили и Дарья;-)…

          [Цитировать]

        • Дарья:

          Светлана, дорогая, вот моя почта: violista@yandex.ru
          Прошу Вас, пришлите, если у Вас остались, какие-нибудь фотографии, документы… Расскажите, что помните, пожалуйста!

            [Цитировать]

        • tanita:

          А «На лужайке» пела прекрасная певица Назира Ахмедова, которая так рано умерла…

            [Цитировать]

          • Светлана:

            Думаю, что это не та песня, которую пела Назира Ахмедова))) Ту,что сочинил В.М.Сорокин была незатейливой простой детской песенкой.

              [Цитировать]

          • Светлана:

            А вот в инете нашла слова))Значит, моя детская фантазия сочла,что он сам написал)))
            «На лужайке» Муз.Мицюшевич, сл. Козлова
            Слова:
            На лужайке, на проталинке
            Промочили зайки валенки.
            Ёж им пробовал внушить:
            «Надо валенки сушить».
            Но ежа подняли на смех:
            «Ха-ха-ха-ха, Хи-хи-хи-хи.»
            И поймали страшный насморк:
            «А-а-а-а-а-а-а-а—а-пчхи.»

            Наши зайки загрустили,
            Грипп жестокий подхватили,
            Грипп жестокий подхватили:
            «А-а-а-а-а-а-а-а—а-пчхи».

            Вот теперь на каждой кочке:
            «Ой-ой-ой-ой, ой-ой-ой-ой»,
            То и знай стирай платочки:
            «А-а-а-а-а-а-а-а—а-пчхи».

            И стирают, и стирают:
            «Ха-ха-ха-ха. Хи-хи-хи-хи».
            И чихают, и чихают:
            «А-а-а-а-а-а-а-а—а-пчхи.»

              [Цитировать]

            • tanita:

              Светлана, как автор статьи, уверяю вас, это та самая песенка, которую пела Назира Ахмедова. Я очень удивилась, когда вы написали, что ее сочинил В. М. Сорокин, но промолчала, вам просто показалось, в детстве мы не интересуемся, кто написал ту или иную песню.

                [Цитировать]

  • Cемен:

    Несмотря ни на что(она знает о чем я говорю), огромное спасибо Татьяне за этот очерк. Проработав в Ташкенте 30 лет в медицине, могу сказать, что медицина была ЗАМЕЧАТЕЛЬНОЙ, учитывая и отвратительную оснащенность и ограниченность мировой научной информации, и отсутствие хороших современных препаратов, доступных уже к тому времени медицине западной, тем не менее врачи , фельдшера , медсестры были ЧЕСТНЫМИ и Бескорыстными, а врачебные ошибки(именно ошибки , а не преступления, которыми грешит вся ПОСТСОВЕТСКАЯ медицина почти на всей территории СНГ, когда без денег лечиться негде и не у кого, когда больных оперируют без показаний , а зачастую, наоборот, затягивают лечение, пока не получат мзду) — от них, практически не застрахован ни один врач в мире, потому что организм человеческий -это не машина,и если больные умирают, то на то есть причины и чаще всего не по вине врачей — бессмертных, Константин , не бывает !!!.Теперь о другом- хочу напомнить, что когда в 1920 г по инициативе Ленина в СаГУ был организован медфакультет, в Ташкент приехали прекрасные специалисты, одно перечисление имен которых говорит о многом — проф. Терехов Г.Н.(патологоанатом),проф. хирург П.Ф.Боровский, который за открытие и описание кожного лейшманиоза внесен в десятку крупнейших паразитологов мира,проф.-священик, хирург В.Ф. Войно-Ясенецкий , человек-легенда,чья монография Очерки гнойной хирургии и по сегодняшний день является фундаментальным и почти единственным трудом
    на эту тему. А среди сотен врачей того времени , о которых пишет Татьяна как не вспомнить Марию Яцентьевну Завадскую. подвижника, блестящего хирурга первой хирургической клиники ТашМИ, воспитавшую академика Васида Вахидовича Вахидова,в последующем организатора и руководителя Института хирургии, хирургов Льва Израилевича и Льва Хачиева, блестящего молодого хирурга Васю Девятова , да разве перечислишь всех-чернил не хватит !!А медицина нынешняя, не приобретя еще диагностических и материальных возможностей зарубежной медицины,утратила принципы гуманности и бескорыстия, характерные для нищей советской медицины. Вот так !

      [Цитировать]

    • Урикзор:

      Боровский приехал в Ташкент, когда Ленин едва экстерном юрфак закончил. И про Лейшмана Боровский не слышал, потому что он открыл болезнь Боровского.

        [Цитировать]

    • ВТА:

      Помним, конечно же, помним всех, перечисленных Вами. Мария Яцентьевна Завадская преподавала нам в 1960-х. Мы всей группой восхищались ею, таких даже в те времена можно было встретить не часто. Поддерживаю Вас полностью. Все познается в сравнении. И медицина, и образование часто вызывало у нас неудовольствие, но мы не знали, что будет дальше. Хотя, вот написала и тут же вспомнила недавнюю студентку ТашМи, которая рыдала по телефону, рассказывая, что умирает ее пациент и никто не в силах его спасти. Значит не все очерствели в рыночных условиях, да и зарплата, надо признать, в нынешних бюджетных мед.учреждениях просто издевательская и снабжение тоже нищенское.

        [Цитировать]

  • Мадьяров:

    Большое спасибо за добрые слова в адрес Врачей, автор.

    Спешу сообщить, что бабушка моя, Рахима Ходжаевна жива здорова, чего и всем добрым людям желаю.

      [Цитировать]

    • tanita:

      Спасибо большое, мне в личку пришло подробное письмо от Саиды Сюняевой, невестки Раисы Ходжаевны. А ее настоящее имя "Рахима"? Не знала. Мы знали ее, как раису, так что извиниет.

        [Цитировать]

  • tanita:

    Спасибо большое, мне в личку пришло подробное письмо от Саиды Сюняевой, невестки Раисы Ходжаевны. А ее настоящее имя "Рахима"? Не знала, мы знали ее как Раису. Так что извините.

      [Цитировать]

  • Мадьяров:

    В те времена Рахимы были Раечками, Хадичи — Катеньками, а Айсулу — Сонечками. Интернационал. Спасибо Вам огромное. Если через СТОЛЬКО лет человека вспоминают в подробностях по его добрым деяниям, то это говорит о многом.

      [Цитировать]

    • tanita:

      Еще раз спасибо, я исправлю. Я сама не люблю, когда имя человека переиначивают на русский лад. А ваша бабушка действительнол была человеком незаурядным. Не только я ее помню, но и мой муж. она очень много сделала для моего свекра, вытаскивала из безнадежной ситуациию Несколько раз вытащила, в последний не смогла. И все равноЮ, прекрасный она человек, дай бог ей еще столько же прожить!

        [Цитировать]

  • Мадьяров:

    :) Большое спасибо. Но Вы, сделайте милость, не переделывайте ничего пожалуйста. Как еть — так есть. Я ведь не сказал, что мне не по нраву то, что было. :))) Верно? Что было — то было. Тогда было тогда. Многие люди знали мою Бабушку как Раису Ходжаевну. Так что ничего страшного в том нет, что Вы написали как было. Это же как фотографический снимок — не отнять, ни прибавить. А полезешь в фотошоп и начнутся комментарии "специалистов". :)

      [Цитировать]

  • Cемен:

    Сартовская язва, называется КОЖНЫМ ЛЕЙШМАНИОЗОМ, А затем стала как синомимом называться болезнью Боровского(для уточнения авторства). Петр Фокич Боровский действительно приехал в Ташкент в 1892 году (прошу прощения за неточность дат), но то, что он являлся одним из ОСНОВАТЕЛЕЙ МЕДИЦИНСКОГО ФАКУЛЬТЕТА ТашГУ, бесспорно.

      [Цитировать]

    • Урикзор:

      Честнее, честнее надо быть, Семен. Речь идет не о синонимии, а о приоритете. Болезнью Боровского это называется, а Лейшман в пролете.

        [Цитировать]

  • Cемен:

    Господин Константин ташкентский! Хотелось бы в нескольких словах прояснить для Вас отношения между лечащими врачами и патологоанатомами. Патологоанатом- это последняя инстанция, это врач ВЫСОКОЙ КАТЕГОРИИ во всех областях медицины. В свое время сдача с первого раза экзамена по патологической анатомии считалась огромной удачей. Так вот, никакие ЗАПИСКИ с указанием диагноза, от которого врач лечит больного, патологоанатому практически не нужны, так как вместе с трупом к нему поступает ИСТОРИЯ БОЛЕЗНИ, в которой указаны все диагнозы, и которую патологоанатом внимательно изучает прежде, чем приступить к ВСКРЫТИЮ. На патологоанатомические конференции, где разбирались случаи расхождений диагнозов, и на которых выявлялись ошибки лечащих врачей( врачи не боги, от ошибок никто на застрахован), врачи шли как на эшафот, поверьте, для многих это было пострашнее судебных разбирательств с точки зрения позора перед коллегами. А патологоанатомы никогда не шли на компромиссы.

      [Цитировать]

    • Константин ташкентский:

      Уважаемый, Семен!
      За год до смерти папы умерла моя мама из-за врачебной ошибки. Поэтому в случае с папой я довел дело лечащего врачи до конечного результата, несмотря на очень сильное корпоративное противодействие.

        [Цитировать]

  • Лилия:

    А почему никто не вспомнит о Ефиме Владимировиче Пашковском, выдающемся педиатре?
    Это же был гениальный детский доктор, который спас очень много детских жизней.
    Был главным педиатром Минздрава, заведующим кафедрой госпитальной педиатрии СамПИ. Прекрасный клиницист, он был еще и хорошим организатором здравоохранения, палаты интенсивной терапии, детские отделения реанимации — это же его детища. Работал на износ, ездил по республике, летал по санавиации. Никому не отказывал в осмотрах, консультациях, присутствовать на его лекциях и разборах больных з это дорогого стоило!
    Умер он очень рано, в 50 лет, и это про него можно сказать: " Светя другим — сгораю сам". Светлая ему память!

      [Цитировать]

  • Лидия:

    «Александр Федорович Кайзер» — его фамилия Кейзер

      [Цитировать]

  • Inm:

    Добавлю своего отца: Мирзабаева Марата Ехангировича, детский инфекционист.
    и друга: Сергей Владимирович Ивлиев, детский торакальный хирург. Вечная им память.

      [Цитировать]

  • Регина:

    Лилия здравствуйте, спасибо большое что вспомнили Ефим Вламировича Пашковского. Это мой дедушка. Благодарю Вас, за замечательные слова про моего дедушку! Я помню, как даже к нам домой приходили к нему на консультации. Он абажал детей и низкий поклон всем кто до сих пор приносит цветы на его могилу. С уважением, Регина

      [Цитировать]

  • Котов:

    А я вырос в потомственной медицинской семье и помню ташкентских врачей из 30-х-40-х-50-х годов. 60-е и 70-е, конечно же. В 80-е уехал. Кому-нибудь что-нибудь говорят имена Арама Хачиева, доктора Исаханова, Любови Васильевны Фролагиной, хирурга Холодцова, Исаака Савельевича Бененсона, Александра Юдиса?
    Эммануила Яковлевича Шварца, о котором здесь говорили, знал хорошо… Бывал у него дома частенько в 1-м Свободном тупике :). Хорошие затеяли воспоминания, почему прервались? Стоит продолжать!

      [Цитировать]

  • Русина Бокова:

    Чуть постарше я была, когда мама моя начала болеть сердцем. Были у нее приступы, она синела, не могла дышать. Я привычно неслась на угол к телефону вызывать «Скорую». Приезжали равнодушные, усталые люди, делали укол, уезжали.. От всего этого веяло такой безнадегой… Но один раз приехала тоже усталая, но совсем другая женщина. Звали ее Надежда Васильевна Петрова (Насчет Васильевна не уверена). И она стала маминой богиней и подлинной надеждой на долгие годы. Она начала маму лечить по всем правилам. Оказалась она доцентом ТашМИ, кардиологом, КМН. Фронтовичка, конечно. Она была некрасивая, совсем простое русское лицо, но была в ней такая светлая сила, что казалось, умереть невозможно, когда она рядом. Мама пережила ее, как-то пришла на прием, а ее нет.. Рак.

    Эту женщину-врача звали Надежда Семёновна Петрова. Она была нашей соседкой и подругой моей мамы. Очень весёлый и остроумный человек. Я любила её очень. Увы, конец её жизни был более чем печален. Рак-это не всё ужасное, что с ней было…

      [Цитировать]

  • а Надежда Семёновна играла на рояле? по-моему,я её знала..ещё хочу вспомнить педиатра Каменецкую из детской поликлиники на Сапёрной..красивая и внимательная..сначала лечила меня,а потом моего маленького сына..ещё была чудесная Вера Мазина из детской больницы на Кирова,за универмагом..ухаживала за мной,как за дочкой..ещё удивительный терапевт Сара Ирьевна..из поликлиники на Железняка..если они живы,пусть будут здоровы и счастливы..а память о них жива..вот такие были обыкновенные ташкентские врачи..

      [Цитировать]

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.