Ташкент. Окончание Tашкентцы История Старые фото

Пишет Русина Бокова.
Воспоминания мамы, Русиновой Галины. Начало здесь.

Фотография мамы. Под новый год в Вене.

Постепенно родители начали поправляться и мне уже стало легче с работой, то есть я могла уже вновь трудиться в полную силу.
Чтобы поднять на ноги родителей я стала красть продукты на работе. Украду кусок замороженного мяса, спрячу его под спецовку на грудь и так иду, дрожа от холода и страха, что какой-нибудь постовой по дороге обыщет меня. Отсыплю грамм 20 сахарина и через знакомую, которая продавала этот сахарин тоже тайно, получу деньги. Куплю на них фрукты и заставляю родителей съесть принесённое, объясняя при этом, что меня угостили и я тоже ела.

Мне дома верили, так как у меня в тот период было много знакомых – известных в стране людей.
Дело в том, что в Ташкент эвакуировали многие учреждения, целые предприятия из европейской части страны. Ежедневно прибывали всё новые и новые люди: писатели, артисты, музыканты, инженеры и проч.. Москву, несмотря на всевозможные ограждения, тоже бомбили, сбрасывали с самолётов зажигательные снаряды.
Долгое время мои будущие друзья дежурили по ночам на крышах домов чтобы тушить» зажигалки “. Но потом пошла эвакуация из Москвы в Среднюю Азию, в основном в Ташкент.
В Ташкенте их размещали, уплотняя квартиры до предела. Более того. Артисты и прочие творческие лица, стремились давать концерты на пищевых предприятиях и вот
Хладокомбинат был излюбленным местом для их творческих вечеров. А многие совсем далёкие от искусства, но известные в стране люди сами искали знакомства с сотрудниками пищевых предприятий.
Уже в этот период на хладокомбинате побывали такие известные люди, как например Анна Ахматова, Борис Лавренёв, Иосиф Уткин и прочие лица. Шли они сначала к директору, а потом в лабораторию ко мне. Завязывалась дружба.
Я предлагала устроить в клубе чтение их произведений, небольшие концерты, рассказы о перенесённых трудностях и так далее. После работы все рабочие заполняли огромный клуб и были благодарны за доставленное удовольствие.
И вот однажды. Взглянув в окно из лаборатории, я увидела женщину и почему то сказала сотруднице, что у нас перебывали все, кроме сына лейтенанта Шмидта. И эта шутка оказалась почти былью. Вдруг открывается дверь и главный инженер заходит с той женщиной и. знакомя её со мной, говорит, что это дочь Отто Шмидта.
Для анализов я выписывала со склада чистый спирт. Мою заявку обычно визировал главный инженер комбината- молодой и весьма общительный человек. Поэтому и нередко забегал ко мне в лабораторию и обязательно приводил с собой какого-нибудь гостя.
В основном это были писатели, журналисты и др., также эвакуированные из Москвы. Народ был весёлый и интересный и любящий лакнуть спиртного. В благодарность за угощение почти все оставляли для меня экспромты, а то и просто оды!
Так, один из старейших сотрудников журнала “ Крокодил”, написав мне очередную оду, закончил её словами “ Глаза Галины кротки, мужчин пьянят без водки”!
Спирт уничтожался на глазах! И я придумала впредь на сосуде со спиртом делать наклейки: череп с костями чёрного цвета. Конечно, это отпугивало жаждущих полакомится. Тогда и стихи не получались. Но нередко появлялись и непьющие литераторы. Постоянными гостями были Борис Лавренёв, Иосиф Уткин и др..
Однажды Уткин — очень модный поэт, забежал ко мне попрощаться, ибо ехал на фронт. На память оставил при мне написанную оду. Время стёрло в памяти . однако, что то запомнилось:” Подари мне на прощание пару милых пустяков: нежный взгляд, дорожный чайник, томик ласковых стихов…»
Расстались мы весело, пожелав друг другу самое дорогое- жить! Но, спустя несколько месяцев он вернулся с фронта и пришёл ко мне без правой руки.
“Крокодилисты» Долин и Пустынин предложили мне издавать ежемесячно журнал “ Крокодил на холодильнике”. Это по существу был не журнал, а огромное полотно типа настенного плаката. Решили сделать меня» главным редактором”, роль которого заключалась в подборе материала, а они уже обрабатывали полученную тему в хлёстких стихах с карикатурами.
Я частенько забегала в какой-нибудь из отделов, где работали в основном интеллигентные или важные персоны. И, как нарочно нарывалась или на нелицеприятные сцены, ссоры из-за пустяков или на кокетливых дам, гордящихся успехами у мужчин и прочие сцены, вроде бы ничего не значащие. Но я всё тайно брала на заметку и, пересказав о том или ином происшествии своим друзьям-крокодилистам, знакомила их с будущими « героями” журнала. А бедные “ герои”ничего не подозревая, с радостью во взоре благодарили меня за столь интересное знакомство Но! Представить невозможно, каков эффект был потом, когда журнал-плакат, сияя яркими карикатурами и острыми стихами, вывешивался на самом людном месте и когда сотрудники комбината бежали к этому свежевывешенному номеру со страхом и любопытством: ”Не я ли герой?”.
Но вскоре я решила прекратить выпускать этот журнал после довольно неприятного случая. Дело в том, что в одном из отделов работала бухгалтером весьма надменная особа высокого ранга, до войны она являлась классной пианисткой, чем постоянно гордилась. Звали её Надежда. Эта Надежда завела роман со своим начальником, который для удобства их взаимоотношений перевёл мужа её в Андижан. Пользуясь покровительством начальника, эта дама вела себя грубо с сослуживцами. И вот я, заглянув в их отдел, была потрясена скандалом, который Надежда устроила одному солидному сотруднику, и, придя в раж, бросила в него счёты. Этот эпизод я поведала крокодилисту, который поместил в нашем журнале язвительный фельетон в стихах, заканчивающихся строкой :” Как эта высокая пианистка могла упасть так низко!” А карикатурист постарался изобразить эту безобразную сцену. Особо выделив её высокий бюст.
Этот номер был выпущен к праздничному вечеру. Народу собралось, как всегда, много. Начальник нежно подвёл под руку Надежду ознакомится с очередным юмористическим праздничным журналом. И, о ужас, она, узнав себя, упала в обморок! Далее она уже не могла работать в этом коллективе и уехала к мужу в Андижан.
Родители мои поправились достаточно, чтобы чем либо заниматься. Отец устроился на работу обычным бухгалтером в одной из профсоюзных организаций. Мама тоже смогла кое что делать по дому. И вот я решила сделать маме праздник! Достала билеты на концерт Ленинградской консерватории, где впервые в тот вечер исполнялась шестая симфония Шостаковича. Дирижировал оркестром сам маэстро. Это было непередаваемое чудо.
Зал, затаив дыхание слушал симфонию, в которой узнавалась вся жизнь страны, все невзгоды и трудности народа и под конец зазвучали фанфары, символизируя приближающуюся победу Зал зачарованно молчал, поглощённый прекрасным произведением. И вдруг маленький мальчик подкрался к впереди нас сидящему мужчине и с силой шлёпнул его ладонью по блестевшей от освещённости зала лысине. Мужчина от испуга вскочил и разразился бранью. Мальчик быстро исчез, но с ним исчезло и глубокое очарование музыки. Концерт закончился, и мы со смешанным чувством отправились домой. В душе ещё звучала музыка, но шалость ребёнка вернула действительность.
В Ташкент часто приезжали на гастроли высокого класса пианисты, такие как Флиер, Гинзбург Оборин и др.. И я с мамой всегда посещала эти чудные концерты. Но в театры мама уже не ходила, ей было трудно долго находиться в напряжении. А я пересмотрела все спектакли Украинского драматического театра. Пьесы шли на украинском языке, и я быстро освоила этот язык. Навсегда осталась в памяти прекрасная актриса Ужвий.
Да разве теперь, спустя почти 60 лет, вспомнишь о том с чем и кем ты встречалась! Помню главное- Ташкент, гостеприимно встретил всех эвакуированных из России, Украины и других мест.
Но не только люди искусства, а целые коллективы рабочих и служащих вместе с заводами и фабриками были перевезены в Ташкент по указанию Сталина. А когда закончилась война, Сталин оставил в Узбекистане большинство важнейших заводов.
Таким образом Узбекистан стал производить не только хлопок, но и самолёты и прочую индустриальную продукцию. Были оставлены фабрики и заводы, хорошие специалисты обучили тружеников Узбекистана. В общем республика обогатилась весьма.
В России вновь строились промышленные предприятия, вновь вкладывались колоссальные ресурсы, вновь , в поте лица, не считаясь со временем, всё создавали русские люди.
Вот почему нашему, уже вымирающему поколению, которым за 80 лет, обидно и горько, что Россия, как добрая мать, спасла и обогатила республики СССР, а они теперь разбежались, годясь самостоятельностью.
А молодое поколение в бывших республиках, а ныне государствах, даже понятия не имеет, кто и когда вывел эти « государства” на дорогу самостоятельной жизни. Теперь эти государства больше тянутся к капиталистическим странам, особенно к Америке и Англии, конечно, они богаты во всех отношениях, ибо они не теряли ничего, когда наша страна лоб в лоб воевала с Германией, их войска вступили лишь тогда, когда Советский Союз вошёл в Европу.
Да! Трудности, пережитые нашими людьми, едва ли могли подобное испытать жители благополучных стран. Видимо у нашего народа из рода в род передавалось умение  переносить все невзгоды и тяжести. Вся история свидетельствует о том, что Российское государство изпокон веков должно было отстаивать свою независимость, а, следовательно, вести войны, переносить все тяжести дабы остаться свободными. Наша страна северная, а люди Севера умеют бороться с трудностями Веками вырабатывалось умение выживать в любых условиях, а, следовательно побеждать.
Не залезая вглубь веков, о чём написано немало о мужественном народе, я хочу привести пример, как выжившие люди после тяжелейшей блокады Ленинграда и прибывшие в Ташкент, включились в работу на производствах.
Один мой знакомый ленинградец, сразу же приступил к налаживанию вывезенного оборудования и через полгода его производство уже заработало в полную мощь. И он мне поведал об одном случае, когда в период блокады он шёл по улице Ленинграда и кто то слегка его ударил в спину чем то скользнувшим вниз. Оказывается голодный и бессильный человек, увидев крупную фигуру впереди идущего, решил зарезать его и потом человечьим мясом накормить семью, умирающую от голода. Но зарезать не смог, не хватило сил. Несчастный разрыдался от неудачного покушения, а мой знакомый привёл его к себе и отдал все имеющиеся продукты в рюкзаке.
На хладокомбинат в Ташкент прибыла семья из Ленинграда. Одна из членов семьи ранее работала в Ленинградском хладокомбинате инженером. Так вот, у неё и её сестры были вздувшиеся животы и отёчные лица. А их маленькая дочка, увидев в поезде при подъезде к Ташкенту очистки от дыни, попросила бабушку сварить из дынных корок суп.
Однажды, купаясь на озере, я познакомилась с молодым мужчиной, и он поведал мне о всех трудностях, но главная трудность переносить голод. “ Вторично я бы не смог голодать”- сказал он.
Много ленинградцев умерло в блокаду, но выжившие и затем эвакуированные, быстро восстановив силы, приступали к самой трудной работе. “Всё для фронта, всё для победы!”. Это не лозунг, это было действие советского народа. Люди трудились дружно, без обид или каких либо трений.
Но мне пришлось столкнуться с совершенной иной картиной жизни эвакуированных несчастных людей, которых направляли в отдалённые глубинки Узбекистана. По направлению Центрального комитета партии Узбекистана, с целью выяснения как проходит уборка хлопчатника в разных колхозах в Ферганской долине, я вначале прибыла в Коканд, где и определились колхозы, которые я должна была посетить. Погода, как и всегда в этот период года, была нежаркой, приятной. На мне было красивое платье, да и сама была ещё молодая. Продуктов со мной не было, а я захотела есть. Зашла в единственный приличный ресторан, заказала обед. Мне быстро подали полный комплект обеда, что я и съела с удовольствием. Подозвав официантку, я решила быстренько рассчитаться и уезжать в районный центр к секретарю партийной организации района. Но оказалось , что за обед я должна предъявить не деньги, а прикрепительный талон. Которого, естественно, у меня не было.
Официантка пришла в замешательство, сказав, что она приняла меня за артистку какого то выездного театра, который по распоряжению руководителя, заранее перечислил в ресторан деньги на определённое количество лиц. Обе мы были в смущении, не зная, что делать. Я съела чужой обед и кто то останется голодный.
Это была первая неудача, дальше было хуже. Прибыв к секретарю райкома кокандского района и предъявив своё командировочное удостоверение на обследование колхозов данного района, была им устроена на период выполнения предписанного задания проживать в одном из кабинетов райкома, ибо ряд колхозов он хотел посетить вместе со мной.
Он был армянин, но прекрасно владел узбекским языком. После обеда, во время которого его русская супруга недоброжелательно смотрела на меня, я вышла к базарчику купить свежий инжир. Старик узбек стал выкладывать в сумку наиболее плохие плоды , и, когда я попросила его заменить хоть часть на хорошие, с силой ударил меня по лицу, назвав «жидовской мордой».
Закрывши на замок свою дверь, я наплакалась вдоволь, умылась и уж, приведя себя в порядок, впустила в комнату секретаря райкома. Ему уже доложила русская сотрудница о случившимся. Как рассказала своему начальнику эта женщина, на базаре дежурил милиционер-узбек. Он быстро удалил хулигана, чтобы тот не пострадал за русскую. Но спустя месяц я узнала от секретаря райкома, что он посадил под арест самого милиционера.
Посетив три колхоза, где всё было хорошо поставлено, хлопок собирался тогда ещё вручную, но уже было собрано более половины урожая. Узнав от меня, что я хорошо умею ездить верхом на лошади (с детства ездила, когда в Акмолинске у нас была своя лошадь), секретарь дал указание председателю колхоза, чтобы меня снабжали лошадьми следующие по цепочке председатели колхозов.
Таким образом я проехала многие колхозы, некоторых из них оставалась ночевать, везде относились ко мне с уважением, вкусно кормили и удивлялись, что я отказываюсь от спиртного, а, следовательно, и хозяева не должны были пить.
Наконец, я таким образом обследовала хозяйства, а под конец отправилась в самый отдалённый колхоз, который меня заранее просили не посещать, ибо это далеко от центра района. Там не так благополучно и я поехала именно туда.
Моё подозрение подтвердилось сразу же по приезде в этот колхоз – на полях работали только европейцы и ни одного колхозника. А эти европейцы были беженцами из Одессы, которая была ещё оккупирована немцами.
Прежде всего я заинтересовалась в каких условиях живут эти несчастные люди. Это были евреи, ни одного русского. Их кнутом сгоняли на поле, но собирать хлопок не давали возможности, забивали камнями. Бесчинствовали в общем, издевались как могли.
Люди со страха быть избитыми, бежали в свои жалкие убежища, а за то, что они не собрали заданного количества урожая, не давали пищи. Когда я посетила их жилища, то один старик- еврей плача рассказал, что только ему колхоз даёт одну лепёшку ( так выпекается хлеб в Узбекистане) в день за старость, а дочери не даёт. Так отец кормит этой лепёшкой свою дочь, которая мучается на полях, а сам уже опух от голода и не может передвигаться, ноги отёкшие, как брёвна.
Я пробыла там два дня. За это время над ними не издевались, ибо кем-то из соседних колхозов поступило предупреждение о цели моего ревизионного визита.
Возвратясь в районный центр, я с глубоким возмущением рассказала секретарю райкома и твёрдо пообещала изложить всё в своём заключительном рапорте в ЦК Узбекистана. Он умолял меня не делать этого, но я была непреклонна.
На следующий год ЦК вновь вызвал меня для вручения повторной командировки, но я категорически отказалась. На этом эпопея командировок прекратилась, чему я была рада.
Не все эвакуированные во время войны жили в Узбекистане хорошо. В этом я убедилась на практике.
Я вновь приступила к прежней работе на хладокомбинате. Дни шли за днями, повторяя пройденное.
И вот, спустя полгода, а может немного больше, появляется мой муж: форма военная, но с погон сняты все знаки отличия. Над ним должен состояться суд в том трибунале, где он работал.
Как оказалось, находясь за рубежом, т.есть в Иране, он вёл довольно весёлую жизнь, часто посещал рестораны, кутил вместе с американскими и английскими военными и однажды между ним и новыми друзьями – иностранцами завязался скандал. Поводом послужили грубые, критические высказывания англичан в адрес Сталина. Мой муж вспылил, резко поднялся и ударил в грудь англичанина так, что тот пролетел через стол. Поднялась стрельба, были разбиты зеркала и окна. Американец сумел выхватить пистолет из рук мужа и сдал оружие в Советский трибунал. В результате муж был арестован и отправлен в Ташкент, где его Ташкентский трибунал осудил, сняв с него все выслуженные знаки, т. есть разжаловали полностью и отправил в Андижан, где он пробыл 10 месяцев, работая по линии трибунала.
За это время он вновь получил какие то знаки отличия на погонах, а затем его из Андижана отправили на фронт рядовым офицером.
С ташкентского вокзала он позвонил домой, но разговаривал только с моей мамой, так как я в эти, уже вечерние часы училась в Университете полит. просвещения. Таким образом, наше свидание не состоялось и лишь из письма его узнала, что он прибывает где то в России, где формируется часть для отправки на фронт.
Воевал он храбро, получил награды- орден Красной Звезды и ещё ( уже не помню) какой то орден, а медалей было 5, звание капитана.
С фронта он писал письма, но шли они долго — война! С Центральной группой войск он дошёл до Вены. Когда война закончилась, военных начали демобилизовывать и при рассмотрении их личных дел, оставляли продолжать военную службу только по специальности. Так при рассмотрении его документальных данных он, как бывший военный юрист, был оставлен в Центральной группе войск. Его определили в трибунал тех частей армии, которые были дислоцированы в Санкт-Пельтене, при этом дали краткосрочный отпуск для поездки в Ташкент за женой.
В первых числах мая 1946 года он появился дома. Мама позвонила мне на работу, сообщив о его приезде. Я мигом помчалась домой и мы встретились на полпути.
Он сильный, здоровый, схватил меня на руки и так нёс до дома. Радость встречи затмила все былые огорчения. Мне показалось, что жизнь его хорошо воспитала и он будет ценить то, что мог лишиться, ибо, как он убедился сам, поклонников у меня было много.
Кстати, весть о его прибытии быстро распространилась и уже к вечеру все мои друзья собрались у нас познакомиться с прибывшим мужем. Как то позже он признался, что такой “ ансамбль” мужчин разного возраста и скопление у ворот различных экипажей — от машин до верховых лошадей — смутил его, но быстро, по мужски сообразил, что эти люди-верные друзья, приехавшие порадоваться за уважаемую приятельницу. “ Значит она была верна мне” – так расценил мой супруг и он не ошибся.
Быстро пролетел 10-дневный отпуск, и мы покинули Ташкент. У меня было двойное чувство – радость увидеть свет, радость иметь свою семью и горе расставания с родителями, особенно с мамой, которую я безумно любила.

32 комментария

  • Ефим Соломонович:

    Русине:

    Очень хорошие воспоминания, понравилось всё, от фотографии вашей матери, распития спирта заезжими знаменитостями, и
    вашего примирения с мужем.
    Спасибо. Ждём продолжения.

      [Цитировать]

  • Yultash:

    Уважаемая Русина, похоже что не только один Соломонович не понял, что это воспоминания — записки Вашей матери. Именно результатом примирения и является яркая Русина!

      [Цитировать]

  • J Silver:

    Лично меня интересуют подлинные воспоминания, а не переданные через поколение, как в старой игре в глухой телефон — уж извините…

      [Цитировать]

    • Yultash:

      Ещё раз, если «благородному металлу» не удалось понять — это подлинные воспоминания написанные лично автором — мамой Русины. Русина передала их для публикации у ЕС. У неё на сайте они давно были представлены.

        [Цитировать]

      • J Silver:

        Видите ли, я понял, что это такое, но… Лично я предполагаю, что это все-таки написано именно Русиной ПО РАССКАЗАМ ее матери — поверьте, что я всяких историй наслушался и, как мне кажется, могу отличить, когда написано непосредственным очевидцем, а когда по рассказам очевидцев…

          [Цитировать]

    • Русина:

      Так получилось, что после своего80-летия моя мама стала замечать утрату интереса ко многому, её это забеспокоило и она, посоветовавшись со мной, решила написать воспоминания. Я им не придавала значения. Разбирая её бумаги после смерти на след.день я наткнулась на папку с текстами, написанными её рукой. Мне было очень тяжело читать, потом время принеслоиные заботы и, лишь через рять лет после её смерти я принялась за чтение. Это было для меня невероятно тяжело, ноя всё мужественно(слово в слово) перенесла на компьютер. Так что-это абсолютный подлинник-для меня это было принципиально.Я тоже пишу, но не о том, чего не видела сама.И стиль у меня иной написания. ТАШКЕНТ-лишь малая часть её воспоминаний

        [Цитировать]

      • J Silver:

        Не сочтите за издевку, но раньше ей надо было это делать…

          [Цитировать]

        • Русина:

          J Silver
          Она это сделала именно в нужное время, она не расчитывала на чьё то снисхождение, увеличение пенсии, какие то блага и прочее. Она писала, потому что писала.Потому что её мозг, слабеющий уже к тому времени от старости ,жаждал творить.А разного рода поощрений, впрочем, как и обид, она за свою жизнь имела предостаточно. Но какое же малое значение придавала и тем и другим

            [Цитировать]

  • ЕС:

    Коллеги, это я виноват, в сопроводительном письме было написано, что это воспоминания мамы Русины, я упустил, виноват, сейчас укажу.

      [Цитировать]

  • leonid:

    Спасибо Вам, Русина, много того что ВЫ написали я слышал раньше, наверное это было везде в те времена. мама рассказывала, что ее дед, бывший офицер царской армии- военный врач умер во время войны в Ташкенте от голода,(по-моему тоже у него была подагра). и про баланду из свеклы тоже рассказывала.. рассказывала так же, что одна из моих бабушек, завуч в одной из ташкентских школ, ходила ночью на вокзал разгружать из варонов раненых солдат, а дома у нас, на Коммунистической улице, на «подселении» жили две еврейских семьи из Одессы. Спасибо Вам за этот рассказ..

      [Цитировать]

  • ОлегНик:

    М-да… и это всё на полном серьёзе! Мопассан отдыхает, Бальзак переписывает свою комедию… Просто излагаю суть сочинения в 12 строчках:…помог… устроил перевод…расцветал расширяя промышленность и сельское хозяйство…процветающей…счастливый период…тесное общение обогащало…полемизируя мысленно с преподавателем…устраиваться на работу куда то…быть действительным членом коммунистической партии СССР…ЦК партии Узбекистана…активный партийный работник…следить…бдительным и верно служащим…мне давали и я радовалась…трибунал…перестала быть его супругой…стала красть продукты…дрожа от страха…народ веселый и любящий лакнуть…благодарность за угощение…обычным бухгалтером…прочую индустриальную продукцию…всё создавали русские…умение выживать…командировочное удостоверение на обследование…вкусно кормили…с глубоким возмущением…рапорт ЦК…сняв с него все выслуженные знаки…дали краткосрочный отпуск для поездки в Ташкент за женой…жизнь его хорошо воспитала…поклонников у меня было много…она была верна мне…радость увидеть свет… ХВАТИТ?

      [Цитировать]

  • Русина:

    J Silver
    Мама была издателем, членом союза журналистов СССР-для неё писать было, что дышать. Она была очень творческим человеком. То, что она мне рассказывала я слушала в пол уха. Как и рассказы моего деда, где захоронено золото Колчака. Дед заведовал финансами в армии Колчака, мама в своих воспоминаниях умалчивает об этом(видно из страха постоянно живого в людях того поколения).

      [Цитировать]

  • Русина:

    ОлегНик
    Не забывайте- она мертва. А о покойниках либо хорошо, либо…

      [Цитировать]

    • Владимир:

      Полностью эта фраза звучит так: о покойниках либо хорошо, либо ничего, либо правду.

        [Цитировать]

      • Русина:

        Владимир
        Я знаю лишь в варианте…либо хорошо, либо ничего…но ваши познания, начиная от арбатских трамваях-бистро до поговорок глубже. Но, даже если и принять за истину ваш вариант- что вы знаете о моей матери то, чего не знаю я?
        Иначе-к чему ваша цитата?

          [Цитировать]

        • Владимир:

          Русине почему-то кажется, что все пытаются её обидеть или унизить. Это напоминает одно психическое заболевание.
          По теме: ничего личного, просто полностью процитировал данную поговорку.

            [Цитировать]

          • Русина:

            Владимир

            Плохо быть желчным человеком, плохо в первую очередь для себя. Будьте добрее и жить сможете веселей, Да и для здоровья хорошо.

              [Цитировать]

  • ОлегНик:

    Индульгенции отменены… если либо, то не надо об этом вещать. А хорошо об амебах, умевших приспособиться к любому режиму, это уже пожалуй слишком…

      [Цитировать]

    • Yultash:

      Я помню предупреждение ЕС о том, что нельзя трогать комметаторов, особенно Олли … Но, судя по флагу, он приспособился к режиму, а ведь вроде и не амёба?! И потом, что «вещать», а что и нет определяет, как я понимаю, хозяин сайта? Желаю здоровья и скорейшего полного выздоровления ОлегНику. Не скрою, жду его публикаций!

        [Цитировать]

      • ОлегНик:

        Не трогать…? Вот чего не боюсь…а насчет флага — это Вы зря! Ваш флаг, да и страна Германия мне хорошо известна. Был трижды и встречался со своими близкими друзьями, как немцами, так и уехавшими по еврейской линии. Не раз был в Израиле также у очень близких мне людей…это наш мир, в котором мы сформировались, как личности — ВСЕ ОНИ ОСТАЮТСЯ ДЛЯ МЕНЯ САМЫМИ БЛИЗКИМИ. Мы понимали и понимаем друг друга. В тоже время масса достойнейших людей осталась в Ташкенте и как и я уезжать не собираются. Принцип — хорошо там, где нас нет еще не отменен. Спасибо за пожелания здоровья — а как я этого хочу! А публикации будут…

          [Цитировать]

  • Русина:

    ОлегНик
    У вас были какие либо личные претензии к маме?Простите, я не знаю ваш возраст. Или ко мне?Но, человек, вступивший в ряды в КПСС, в тот год, когда многие сжигали свои партбилеты, т.к. боялись(или ожидали) вхождения в СССР гитлеровской Германии амёбой никак не мог быть. К какому режиму она приспособилась тогда-тащить на груди мёрзлые куски мяса для умирающих родителей со страхом быть посаженной в тюрьму?
    Нет, ваши аргументы не вразумительны и ОЧЕНЬ пристрастны

      [Цитировать]

  • ОлегНик:

    Жизнь сложная штука… Иногда надо побыть на краю, чтобы судить других. Многие не могли иэменить ситуации, но обвинить их что это они писали доносы, работали в карательных структурах, ломали людям пальцы и самих людей, никто не сможет. Они оставались людьми… читайте Солженицына…его же не прогнули.
    И разговор не о претензиях родителям — разговор о человеческой позиции…

      [Цитировать]

  • Русина:

    ОлегНик
    Меня даже заинтересовало всё это…Но кого прогнули из моих родителей?Они учились в советское время, папа работал кором в Правде Востока и учился на юр.факе, стал военным юристом. Работал в военном трибунале, не расстреливал, не прогибался и не писал доносы. С начала войны воевал, брал Берлин, Варшаву, Прагу, Будапешт, Вену. Даже ездил в 70-хгодах в Венгрию к своим военным венгерским друзьям. Мама работала на хладокомбинате, прибегала только чтобы накормить родителей и убраться в доме и так всю войну. К слову. из-за размолвки с мужем она не получала за него сертификат на продовольствие-он так и пропал. Фактически голодала. Тоже не доносила, работала, отгружала продукты на фронт. Не все же прошли через ГУЛАГ. Они оба принципиально любили Сталина и НИКОГДА не высказывались плохо о нём, даже тогда, когда Сталина многие пинали.

      [Цитировать]

  • Татьяна:

    Простите, как-то странно… вот был у нас Советский Союз. Подавляющее большинство вв нем жило и как-то приспосабливалось. развалилась страна. Нужнь как-то выживать. Присмособились. это не значит, что большинство лизоблюдствуют, подхалимствуют и пресмыкаются перед новой властью. просто приспосабливаются к нынешней жизни,
    И еще одно: я очень много читала воспоминаний о тех годах И поняла: нельзя осуждать тех, кто под пытками оговаривал своих товарищей. Не знаю, кто из моих знакомыхъ выдержит, если ему не будут сутками давать спать или зажмут пальцы между лверью и косяком. А ведь зажимали не только пальцы…извините…

      [Цитировать]

  • Русина:

    Мандельштам не смог выдержать пыток, но он гениален. Выдерживает пытки лишь тот, кто теряет от шока болевые ощущения. Инстинкт жить, знаете ли…А выдерживать неудобства из-за какой то политики или из-за идеи…вот это не для меня. Мне Господб дал жизнь и слово с меня не брал, что я буду чтить свою Родину, обожать очередного политического лидера и т.д.
    Но в то время люди были воспитаны иначе

      [Цитировать]

  • Георгий:

    Русина! Прочитал воспоминания и на фото Ваша мама как родная сестра ,похожа на мою.Она передаёт Вам привет и очень сожалее, что обстоятельства и расстояния разлучили её с Галиной.Она и её старший брат Шведукс Владимир Федорович обладая прекрасной памятью,вспоминают много интересного из того что сами видели и испытали,всё таки не много осталось людей их возраста,обладающих прекрасной памятью и имеющих за плечами много ценной информации о старом Ташкенте.

      [Цитировать]

  • Русина:

    Георгий

    Спасибо Вам огромное!
    Передайте также мой сердечный привет Вашей маме и её брату.

      [Цитировать]

    • Георгий:

      Русина ! К стати о мамином брате,в ПИСЬМАХ есть копия журнальной статьи под названием » Удар по времени». Статью сканировал ЕС и предложил читателям.Когда сидишь за столом с мамой и её братом,то после ляганчика плова начинается:-а ты помнишь… ,а ты не забыл. Тут пора включать диктофон,а то всё не запомнишь.Я напишу Вам на личку,и с удовольствием продолжу нашу переписку

        [Цитировать]

  • Русина:

    Георгий
    конечно, пишите-буду очень ража. А вот есть ли в ПИСЬМАХ личка- я не знаю и пока не пользовалась, подскажите плиз…
    пишите непременно, я ведь так тоскую по мамке, а здесь представится возможность вспоминать то, что с ней связано

      [Цитировать]

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.