Сирийская Арабская Республика История

Прислал Фахим Ильясов.

Рассказ   Ефима  Соломоновича:
(Из  серии  »Ташкентские переводчики»).

Сирийская  Арабская  Республика.

В приморском городе Латтакия  омываемого   волнами  Средиземного  моря есть местечко под названием  Шатте – Аль Азрак.

В  этом портовом городе работали специалисты из разных  проектных  институтов Советского Союза.  Наши  специалисты проектировали  плотину  на реке Нахр Аль Кабир,  что протекала  рядом  с городом.   Работали  наши успешно, так как спроектировав первую  очередь строительства плотины,  сирийское правительство  подписало межправительственное  соглашение о проектировании второй  очереди строительства   плотины.  Кроме того  были подписаны контракты  по проектированию    освоения сельскохозяйственных земель.

Специалисты сменяя  друга  друга  работали  по этому  контракту уже   более
восьми  лет.   После проектирования началось строительство плотины,
строительство ирригационных  каналов, и т.д…. Работы было непочатый  край.
Специалисты приехавшие на работу в Латтакию  сразу  начинали  дружить с морем,
Средиземное  море оно особенное,  оно ласковое,  тёплое,  красивое,   источает
неповторимый морской аромат,    доносимый  ежевечерним  бризом в любую точку
города, где бы ты не находился,  я не  произношу слово запах, нет это аромат,
которым   никогда  невозможно   надышаться в полной мере так,   чтобы он тебе
надоел,   и наш народ прожив пару – тройку лет в Латтакии, по возвращении  в
Союз, прилагал все  усилия,  чтобы ещё раз, хотя бы на  один год  вернуться  в
Латтакию, чтобы  всласть вдыхать  и   вдыхать этот неповторимый  аромат —
бальзам Средиземного моря.   Некоторым  всё таки  удавалось вернуться в Латтакию,   о,
если бы кто видел эти счастливые  лица наших   соотечественников  вернувшихся,
как они говорили,  на Родину,   и никто не воспринимал их слова за шутку, так
как,  действительно,  только,  единицам удавалось возвращаться в эти райские
места.
Шатте Аль  Азрак находится на  маленьком полуострове,  с одной стороны
располагается   гостиница  »Меридиан», а за ним  коттеджи  зажиточных  арабов
из  стран  Персидского  Залива.
А с другой стороны   располагаются:
1.   Институт изучения Водных Проблем Жака Ив Кусто
2.  Жилой  комплекс  Шатте  Аль  Азрак, где проживала  часть советских
специалистов. А другая часть советских  специалистов  жила  в других частях
города.   Преимущество жителей Шатте  Аль Азрака состояло в том, что они жили
рядом с пляжом.  А  специалисты жившие  в коттеджах или городских квартирах
Латтакии приезжали на пляж на автобусе закреплённым за нашим  контрактом.
3.  Также, на этой стороне  полуострова  располагались  небольшие коттеджи,
которые сдавались в аренду   туристам, как местным, так и иностранным.

Институт   Жака Ив  Кусто  выделялся на фоне коттеджей своей современной
архитектурой,   он находился под охраной государства,  но что удивительно, за
те несколько лет что я прожил там,  ни  одного специалиста на территории
института  никогда не видел.   Институт Исследования водных Проблем   с одной стороны омывался водами  Средиземного моря, а со стороны
суши  к нему  вела  дорога,    однако забор  института  со стороны проезжей части,   длиной более ста метров   был  зарослями  эвкалиптов.  Мы с ребятами подплывали к
Институту  со стороны  моря,   подходили  к  воротам со стороны берега,  расспрашивали  охранников  об этом  институте,    но
охранники,   простые арабские мальчишки – солдаты и сами не знали,  по какой
причине  этот  Институт не  функционировал. Солдаты  — мальчишки  давали нам
свои автоматы, чтобы  мы могли сфотографироваться с автоматами в руках,  и
сами с нами фотографировались,  а так как  эти  самые солдаты – охранники жили в одной из квартир
нашего комплекса, то   наш народ по простоте своей душевной  начал их
подкармливать и   угощать выпивкой,   приучать к советским  фильмам
демонстрируемых во дворе нашего комплекса  под названием  Шатте  Аль  Азрак
(Лазурный берег), и солдаты через год начинали понимать  русскую  речь.
Пляжно – купальный  сезон у арабского   населения начинался   в первых числах
июня, когда температура воды уже достигала +30  градусов,  и закрывался в
конце  августа,  при температуре воды +32 градуса.
У нашего народа  купальный сезон,  практически,   никогда не закрывался ,

после  принятия на грудь английской  водки «Борзой»,   виски  »Тичерс» и местной
финиковой араки,    наш народ  и 31 декабря купался при температуре воды плюс
15 градусов.  Ну а  Первого Января,  уже сам Бог велел открывать новый
купальный сезон,  тем более что,   выпивки -то было немерено.
Арабское население не понимало   морскую душу советского человека.   Их даже
невозможно было заставить смотреть на зимние  купания наших людей,  арабы
начинали сразу  мёрзнуть, им становилось  холодно, а температура воздуха в Латтакии
опускалась в декабре – январе   аж  до  +3  — +5 градусов.   Зато   наш народ
удивлялся больше всего тому,  что зимой   арабы,  на суку (базар),   а там
торговали в основном   крестьяне из  окрестных  деревушек,  укутавшись сверху
донизу в разные одеяния,  обвязав   голову  самым  толстым  платком
«арафаткой»,   тем не менее на ноги  надевали лёгкие резиновые тапочки, ну
некоторые хоть в носках были,    а некоторые, вообще,  также укутавшись во всё возможное
и невозможное,  надевали простые   »въетнамки»  на  голые  ноги.  Тут уже наши
специалисты корчились от холода увидев такое зрелище в первый раз, ну  а потом
привыкали  конечно. А зимой в  Латтакии   ветра  дули довольно таки
прохладные.

Офис советских  специалистов   находился в здании местного отделения
Министерства  Ирригации Сирийской  Арабской  Республики  на  улице  Джумхурия
(Республиканская или Республики,  кому как нравится).
Рабочий день был с 8.00  утра и до 14.00 .   Советское  руководство
контракта,    чтобы сделать реверанс в сторону сирийского     Министерства
Ирригации и Сельского Хозяйства,  а также   московского  руководства,
самостоятельно продлило рабочий день нашим специалистам до 15.00.    Но это
тайное  решение  подхалимов  не нашло должного понимания у Министра Ирригации
и Сельского  Хозяйства Сирии, и он  прямо заявил об этом, сказав, что рабочий день в Сирии для
государственных ИТР  длится  шесть часов в день, а в четверг пять часов,  и
поэтому трудовое законодательство никто не смеет нарушать,   ведь если
советские люди останутся поработать  на часик – другой,   то  в этом случае
и сирийские  инженеры должны  будут  оставаться,  и  тогда  у  Министерства
Ирригации ,  в том числе у самого Министра,  будут  серьёзные  проблемы  с
сирийскими  профсоюзами, а сирийские профсоюзы  хорошо  умеют  отстаивать интересы  сирийцев. Сирийский  профсоюз может оштрафовать советский  »Сельхозпромэкспорт»  (Подрядчик) на крупную
сумму,   Министр также добавил,  что   если  советские
спе-цы    действительно  хотят  поработать сверхурочно,  тогда  пусть  они
берут работу на дом,   но в офисе после  14.00 никого не должно быть.  Также при этом он
добавил, что  никакие  документы из офиса нельзя выносить.  Как тогда
перепугались  наши  партийные  бонзы,  они же  инициаторы  по организации
бесплатных  сверхурочных   работ,   как они  начали оправдываться перед
народом,  даже  небольшой сабантуй для народа  организовали,  чтобы  сгладить
свою вину  перед  нами.     Так что инициатива
наших  любителей  прогнуться перед   руководством  не прошла, и всё это
случилось  благодаря сирийскому  Министру  Ирригации и Сельского  Хозяйства.
Как говорят  арабы, – «Один день справедливого правления  султана,  лучше
семидесяти лет поклонения».    Министр  Ирригации и Сельского Хозяйства
Сирии, поступил  справедливо, тем  самым  преподав урок  справедливости нашим
чиновникам В середине восьмидесятых годов рабочая неделя  в  Сирии   состояла  из шести
рабочих дней,  а выходным днём  была  пятница, а сейчас в Сирии,  уже
пятидневка,  рабочий день увеличили на  один час,   зато стало два выходных,
это пятница и суббота.

В Латтакии очень  много рыбных ресторанов,  и  в этих ресторанах выбор рыбы
очень  разнообразен,   вы сами выбираете  несколько разных   рыб плавающих  в
бассейне  ресторана,   при вас их  достанут   оттуда специальным сачком,   и
в течение получаса – часа  приготовят для вас  несколько  рыбных   блюд, а  до
этого вам   принесут  закуски, а их вам  принесут около десяти – двенадцати
видов, вам  также  принесут свежевыжатые  соки,  воду,  айран, и вы любуясь
лазурным  морем  с террасы ресторана незаметно просидите  за обедом в этом
ресторане  не менее  трёх – четырёх часов,  так как красота морского  пейзажа,
катера  курсирующие по лёгким  волнам ,  шлюпки с  рыбаками,
корабли  стоящие  на  рейде,    сам  морской  воздух   действующий на вас как
нектар,   и  вкусный  обед, да ещё долгое  чаепитие ( кофепитие)  с кальяном  из апельсинового табака,
подействуют на вас так  умиротворяюще,   что вы захотите  встать лагерем на этом  месте.   Да, вам хватит трёх – четырёх  часов для  вкусного   ланча и  послеобеденной  неги у моря,  это  если вы не  пьёте пиво, а если вы  любитель  пива,  то вам надо туда  приходить на  целый  день, там пиво такое  вкусное  говорят,  что
невозможно  оторваться от него.    В этих ресторанах  всегда  есть местное
свежее  пиво,   а есть и  немецкое,  есть «Гиннес»,  есть чешское,  есть
другие  сорта.
Народ, как  местный так и наш,   предпочитает  местное пиво.

После  праздников,   как наших  так и арабских,   некоторые  специалисты  не
дождавшись  конца рабочего  дня,   иногда  бегали в  соседний  ресторан, там
они выпивали кружку пива и спокойно дорабатывали оставшийся час – полтора  до
конца  рабочего дня. Но не все решались на такой поступок, так как  могли и
учуять,  и доложить кому  следует,   тогда начинались нудные и муторные
собрания, где  прорабатывали  провинившегося,  хотя многие из критиковавших
своего же  товарища на собрании,    вместе  с ним  же  после  этого
собрания, тут же шли пить пиво.

Дорога от  нашего   комплекса  »Шатте Аль  Азрак»  до офиса на Джумхурия
стрит  занимала  двадцать минут,   великолепная  асфальтовая  дорога
тянулась  вдоль моря  с  правой  стороны,   мимо нескольких  гостиниц и
пляжей,  а  с  левой  стороны были одноэтажные  домики, за которыми были видны
фруктовые  сады,   по бокам и по середине  этого  красивого  шоссе,   росли
тополя в огромном  количестве,  тополя  загораживали всё пространство ,   они
росли так высоко ввысь,  что не было видно неба,    и  у меня всегда было
ощущение, что я еду на  автобусе по  Луначарскому шоссе,   маршруту №1  Театр Навои  —  ТТЗ ,    и  что сейчас   кондуктор   или водитель  объявят  остановку «Агрошкола»  или  »Центр  Луначарского», и моё  сердце  всегда  наполнялось теплом при   въезде на этот  участок  дороги  длиной около трёх километров по
маршруту  Шатте Аль Азрак  — улица  Джумхурия.  Всё напоминало мне Ташкент на
этом участке дороги, и  небольшие повороты,   и  одноэтажные домики с правой
стороны дороги  располагались так, что я  представлял, будто бы я  еду  из
центра  Ташкента  в сторону   Тракторного  завода,  и  вот  — вот  сейчас
увижу бочку   с квасом,   летом  всегда  стоявшую  в центре Луначарского.
В Латтакии ,    у места очень похожего на  центр   Луначарского,  вместо
бочки с квасом,    стояла  тележка с разными товарами начиная от «Пепси
Колы»,  жевательных резинок,  мороженого и других разных товаров.   На этом
месте из служебного автобуса  выходила часть наших людей  живших  неподалеку
от этой  остановки,   и  на этом же   месте,  также была остановка городского
транспорта,    для нескольких  маршрутов  автобуса. И на этом же пятачке, наш
народ собирался вечерами,  после похода  по магазинам,     для возвращения  домой
на  прикреплённом автобусе. Хозяин тележки,  мужчина лет пятидесяти,   всегда  с улыбкой  приветствовал
нас,  народ  в ожидании автобуса   в жару ,   обязательно выпивал бутылочку
воды или пепси,  детям  покупали мороженое и сладости,  но иногда мне
казалось,  что хозяин тележки незаметно, но
очень  внимательно наблюдает  за нами. Но в следующую  секунду  он уже
улыбался и приветственно махал рукой или что нибудь говорил нам, а один раз у
меня было ощущение, что он начал понимать русскую речь, но не хочет этого
показывать.  Иногда вместо него торговала его дочь,  девушка с грустными
глазами.

Зимой хозяин тележки переезжал в другое место,   ближе к нашему офису и уже
торговал   цитрусовыми,  зеленью и овощами,  чего -чего, а этого добра   на
средиземноморском   побережье всегда  было в изобилии.   Муфазал, один  из
переводчиков контракта,  из  махалли  »Камолон»,     очень  любил поговорить с
хозяином  тележки,  и  пока его жена ходила по магазинам,  то  Муфазал
предпочитал провести  это  время  на остановке, где на небольшом пятачке
собирались наши  специалисты  в ожидании  служебного  автобуса.
Служебный  автобус каждый вечер в  пять вечера привозил народ из   »Шатте  Аль
Азрака» в центр города,   для  шоппинга, а в восемь вечера  увозил обратно.
Те кто не успевал на автобус, то они потом брали такси и  ехали домой, но надо
было обязательно  предупредить кого -либо из  пассажиров, чтобы  автобус не
задерживался в  ожидании  опаздывающих.  Так вот наш  Муфазал  предпочитал
общество собирающееся на  пятачке у автобусной  остановки,  походу по
магазинам с женой.  Муфазал часто  разговаривал с владельцем  тележки,  тот
расспрашивал  его о жизни в Ташкенте,  о  семье, о детях, о том чем  он
занимается в Союзе, и т.д.  и  т.п….

Муфазал  уставший  от  хозяйственных  забот  в жилом   комплексе советских
специалистов, с  удовольствием   жаловался на  бюрократические  трудности в
получении очередного   комплекта постельного  белья и других принадлежностей
для  семей  вновь прибывших из  Москвы  хабиров (специалистов),  организации  мелкого  ремонта  сантехники в квартирах,  покраски и побелки,  и  ещё  миллион других бытовых  проблем.
Хозяин тележки  сочувственно кивал и вместе  с Муфазалом  ругал  бюрократизм
чиновников.

Для получения нескольких, например,    восьми новых комплектов  постельного
белья   (для семьи из четырёх  человек) в   комплексе   »Шатте Аль Азрак»,
надо  было   собрать двенадцать подписей,  на это уходило  от трёх и  до семи дней. То нет араба завхоза,  то
у арабки завскладом  свадьба у троюродной  сестры,  то всех вызвали на
совещание в Министерство,  и т.д.,  ну совсем  как у нас в Союзе.    Но для
получения стиранного  и глаженного  постельного  белья уходило всего десять минут,  поэтому  Муфазал
вновь  прибывшим   специалистам  предоставлял чистое,  стиранное  и
отглаженное постельное  белье и полотенца,   чему наши специалисты и их семьи, были  уже  несказанно  рады,   а   когда  через несколько дней  Муфазал  вручал им же,  но  уже  абсолютно    новые  комплекты постельного  белья  и новые  полотенца, то  для  нашего специалиста и его семьи,  очумевших  от переездов,  дороги,  незнакомого языка,  незнакомых денег,  незнания  обстановки и  других  событий,  этот
счастливый  момент   запечатлевался   в их мозгах  на всю оставшуюся  жизнь, а
наш переводчик   Муфазал  становился уже  самым  важным  другом
семьи на все два года срока  действия контракта нашего  инженера
(проектировщика,  гидрогеолога,  механика и т.д.).
90%  семей советских людей живших  в  середине  восьмидесятых годов в Шатте  Аль  Азрак,   считали , и до сих пор  считают  Муфазала своим  другом.
В отличие от  других  жилых комплексов  советских   специалистов как в Сирии,
так и в других  странах,   в  жилом  комплексе Шатте Аль  Азрак  города
Латтакии, наши  люди могли сдавать  бельё в стирку,  но многие  жёны
специалистов стирали сами,  благо в  квартирах стояли стиральные  машины.

Муфазалу,   вежливому и очень сердечному  парню было  нелегко с капризной
женой,  но он не показывал виду,  что его супруга  имеет  непростой  характер.
Умный и  проницательный  хозяин  тележки сразу   понял о непростых  отношениях
Муфазала  с  женой.   Он часто приводил  слова  Пророка  Мухаммеда  о том,
что  надо  усмирять свой гнев,  и что все те слова несправедливо  сказанные о
ком либо, наоборот,
запишутся на того ,  кто это сказал,  также хозяин  тележки  повторил  цитаты
из последней  проповеди  Пророка  Мухаммеда о том,  что большинство
обитателей ада будут составлять  женщины,    так как они хоть раз, но
выражали  своё
недовольство  мужем.

Муфазал  согласно  кивал головой,  соглашался, но в присутствии жены,  он  всё
равно держался как – то  напряженно.
Муфазал  периодически  отправлял свою  жену и двоих  детей в Ташкент ,
после  отъезда  жены и детей,  чтобы Муфазал не  скучал  один,
народ начинал наперебой  приглашать его в гости по вечерам.  Но тем не менее
он  скучал  без женской ласки,   о том чтобы завести на стороне  роман,  об
этом и речи не могло быть,  не тот характер был у Муфазала, да и  полученное
строгое  воспитание не позволяло даже  думать об  этом.  Месяца  через
три   возвращалась супруга  Муфазала,  он  как мог старался  и распинался
перед  ней.
При  появлении  его жены народ старался  шутить с ней,  искрить юмором, чтобы
поднять ей  настроение,  мне кажется что у жены Муфазала были проблемы в
семье,  связанные то ли с  её  братом, то ли с мужем  сестры,   и поэтому она
вынуждена была часто ездить в Ташкент.   По прошествии    трёх – четырёх
месяцев,  Муфазал
опять начинал  напрягаться, так как его жена начинала готовиться к  отъезду.
Один раз он пришёл ко мне  на ночь,  его трясло, он повторял только три  слова
по  узбекски,    булди, кетаман, ски…
Я его успокоил как мог,  он переночевал у меня,   прошло несколько  недель,
Муфазал с женой вечером поехали в центр  Латтакии на  шопинг,  а к восьми
вечера, на пятачок  к автобусу его  жена пришла
одна,  Муфазала не было, жена его сказала, что он остался у друзей,  ну
автобус и уехал без Муфазала.
В этот  летний  день опоздавших на автобус было несколько человек.   Они
стояли на пятачке, курили и не собирались никуда уезжать,   просто шёл какой
-то интересный разговор, и в этот момент к нам  подошёл хозяин тележки и
сказал, что  Муфазал  был очень расстроен, даже толком и не поговорил с ним,
не взял такси,   и  полчаса тому назад    пошёл пешком  по   автодороге
домой,  и  хозяин  тележки,  сам тоже  расстроенный добавил,  что  видел в

сумке (пакете)   Муфазала  верёвку.
Мы сразу взяли такси и поехали догонять Муфазала.  Хозяин
тележки  внёс панику в наши души,  мы начали думать о самом  нехорошем,  через
минут десять мы нагнали Муфазала, он  медленно  брёл  по автодороге и  был
очень  печален,   мы посадили его в
машину,  по дороге  расспрашивая его,  зачем он пошёл пешком,    Муфазал
ответил,  что он специально это сделал,  для того чтобы  успокоиться,   так
как его жена снова хочет уехать в Ташкент, и он даже  бельевые  верёвки купил,
чтобы обматывать её коробки с грузом.
У нас отлегло  от сердца. Вот так он мучился все три года работы в Латтакии.
Во второй половине  восьмидесятых  годов,   мы все разъехались из Латтакии,
вместо  нас  приехали другие ребята,  из других  городов   Советского Союза,
Муфазала в Ташкенте я видел редко,  он то ссорился со своей женой и жил у
матери, то мирился.   Через два года я снова уехал работать в Сирию,  но уже в
другой город, но мне повезло меня направили в командировку  на три месяца из
Дамаска в Латтакию.  Правда я уже не жил в Шатте Аль Азрак, а жил возле
Университета,  в квартале под названием   »Тарик  Аш  Шам», то есть дорога на
Дамаск.
Для выяснения каких – то вопросов я пришёл в местный полицейский  участок,  и
боже,  я увидел солдата, охранявшего  Институт  по изучению Водных  Проблем
Жака Ив  Кусто,  он из армии   перевёлся на работу в  полицию,   я стал с ним
шутить, мол надо было   тебе  идти в  дорожную полицию,  ты  каждый день
приносил бы
бакшиш домой,   мы посмеялись,  и  он стал сразу  приглашать к себе домой,  я
согласился, и на второй день мы с ним встретились  у нашего пятачка.  В этот
день, я пришёл пораньше на пятачок, так как  хотел   поздороваться  с хозяином
тележки, увы там никого не было, другая тележка, с другим  хозяином  стояла
немного  поодаль,  я  спросил  нового  продавца о  предыдущем  хозяине
тележки,   всегда стоявшей  на этом
месте у остановки,  но тот  на меня как-то  странно посмотрел  и сказал ,  что
он ничего не знает.  В это время подошёл Хуссейн,  он же  мальчишка – солдат,
он же полицейский,  и  я спросил у Хуссейна,  где мол,  сейчас хозяин тележки
которая  стояла  вот здесь, и показал ему то место.  Вдруг Хуссейн начал
прижимать свой палец к губе, всё баста,  никаких  вопросов.
Я не стал ни о чём больше спрашивать его,  мы взяли такси,  приехали к нему
домой, а жил он за городом, недалеко от деревушки  Крдаха,   деревушки  где
родился  покойный  президент   Сирии  Хафез   Асад, посидели у
него  дома,   сидели мы в  садике    между  апельсиновыми деревьями и  яблонями,
а на склоне росли оливковые  деревья,  за ними виднелись холмики
апельсиновых и мандариновых  рощ,   КРАСОТИЩА!!!    Хуссейн  познакомил меня
со своими замечательными  родителями,  простыми феллахами,  всю  жизнь  трудившихся в поле,  но давшие  образование  двум сыновьям.   Мы послушали
пение  маленьких  племянниц – проказниц  Хуссейна, они своими играми практически не
давали нам поговорить,  им всё было интересно, а особенно   на русского
человека посмотреть,
они так смешно спрашивали у меня, – Ами антум  Русси?  Антум мин Русси?( Дядя,

а  ты  действительно русский,  и из России)?    Провожая меня,  Хуссейн рассказал мне
о том,   что
хозяин  тележки,  он же полковник  израильской  разведки  арестован.
У меня подкосились  ноги от неожиданного  известия.  Но больше он мне ничего
не сказал,  потому  что сам ничего  не знал, я спросил у  Хуссйна о дочери
хозяина
тележки, он ответил что она никакая не дочь ему,  а помощница,    но  ей удалось  сбежать
через Ливию,     за три месяца  пребывания в Латтакии  мне, толком,  ничего не
удалось узнать о хозяине  тележки,   никто ничего не знал,  одни говорили, что
поймали  какого —
то шпиона генерала,   другие  говорили  что  шпиона  полковника, третьи
говорили что его уже убили.
После  возвращения в Дамаск меня снова направили в командировку,  на  этот раз
в город Алеппо,  сирийский  Нью Йорк, как его называли.
И только через  месяцев шесть я встретил в Дамаске знакомого инженера сирийца  Абу  Фаделя,
из нашего  бывшего  офиса в  Латтакии ,   работавшего уже в   Министерстве  Ирригации  в  Дамаске,   и
спросил   у него  про
хозяина  тележки,   он  подтвердил информацию о том, что сирийский
Мухабарат,  то есть  местное КГБ,   разоблачил   какого – то шпиона, но тоже
не добавил
ничего нового.   Видать не подошло ещё время.
Вернувшись в начале  девяностых в Ташкент, я  видел несколько раз Муфазала, он
одно  время работал в МИДе РУ,  затем в конце девяностых я увидел его
торгующим на  базаре Беш – Агач,  а вот  после этого, я уже не встречался с
ним.  Надеюсь что у него всё хорошо, также  как  у «дочери»  хозяина тележки,
а ведь мы даже имени  хозяина  тележки  не знали, все его называли  Яа Муалим, или  Абу
Али,   или просто  Хаджи, а  этими  именами  арабы часто обращаются  обращаются к незнакомому  человеку.

Комментариев пока нет, вы можете стать первым комментатором.

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.