Снимая кино… Искусство Ташкентцы

Лариса Самарцева

Посвящается 85-летию со дня рождения народного артиста Республики Узбекистан, режиссёра – оператора документального кино Даврона Салимова

Жил был человек. Красивый и талантливый. Снимал кино, документальное. Созданы им и художественные ленты. Но подлинным призванием было кино документальное, его он и снимал, пока билось сердце, сердце художника.

Идет время, меняется жизнь, уходят люди. Но музыка, живопись, книги, кино, созданные их трудом и талантом, остаются и, как яркие камешки, складываются в неповторимый мозаичный узор под названием «культура народа». В этой мозаике есть и место, заполненное талантом Даврона Салимова, кинооператора и режиссёра.

Лучшие его фильмы были наполнены поэзией, красотой, но это была красота правды. За бело-розовым морем цветущих садов, наполнявших его кадры, состязанием острословов, пёстрым калейдоскопом циркачей, канатоходцев, празднично одетых женщин, священнодействующих над бурлящим в котле сумаляке, всегда открывался «второй план» -жизнь людей, их судьбы.

Его кадры можно было отличить от множества других, настолько они были мастерски выверены по композиции, цвету, освещению, умению уловить неповторимое мгновение — будь — то улыбка ребёнка, взгляд старика или ускользающая красота первого луча солнца на узоре величественного минарета.

Даврон Салимов на съёмках документального фильма.

Столь же прекрасны его кадры бескрайней пустыни и натруженных рук хлопкороба, пропечённых знойным солнцем лиц освоителей Каршинской степи. Созданные им фильмы были удивительно тонкие, глубокие по содержанию, они рождали чувство сопереживания к их простым героям.

Даврон учился операторскому мастерству во ВГИКе у Бориса Волчека, классика мирового кинематографа, которого называли мастером “бриллиантового света”. Этот “бриллиантовый свет” можно увидеть во многих работах его ученика. Одна из них – “Круг”, дебют 25-летнего Даврона в художественном кинематографе.

Эта лента была снята братьями Салимовыми в 1966 году. Черно-белая плёнка до сих пор хранит блестящую операторскую работу Даврона. Горный ручей в утренней дымке, из которого черпают воду женщины, весенняя капель с искорками света, серебро талого снега, расцветающая от зимней спячки земля — всё сдержанно, строго в кадре, но сколько за этим красоты, вкуса, таланта.

Камера передаёт и удивительную красоту лошадей, бегущих по горным склонам. Даврон применял на съёмках различную оптику, придавая особое значение режиму, освещению, а его панорамы, снятые длиннофокусным объективом, поистине виртуозны.

Редко кому удаётся так снять лошадей, когда они в движении, в схватке, когда могучие животные предстают во всей первозданной красоте и грациозности. И при этом черно-белое изображение искрится, переливается и в этом волшебном “бриллиантовом свете” раскрывается замысел авторов фильма: лошади — это символ стремления человека к свободе…

А горечь несвободы и обречённости пронизывает кадры, мастерски снятые Давроном в жёсткой документальной стилистике: в тёмных, запертых вагонах с чуть пробивающимся лучиком света содрогаются могучие тела животных, через решётки конюшен смотрят их страдающие глаза.

Сквозь туман, снегопад, серость вырисовывается чёрный замкнутый круг, кажется, бесконечно вращается лошадь под жёсткими ударами нагайки. Операторское решение этих эпизодов потрясает открывающимся глубинным смыслом, а изображение складывается в единою картину ужаса грубого подчинения сильным слабого.

Мастерство молодого Даврона проявилось и в динамичной, полуимпровизационной и почти репортажной съёмке эпизода побега лошади. Мелькание городских улиц, калейдоскоп лиц, бег машин и обезумевшего животного в реальных условиях города. Всё движется, но нет хаоса в кадре, всё выверено и просчитано заранее, чтобы уже в монтаже создать эффект “глотка свободы”. Фильм “Круг” был на Международный кинофестиваль авторского кино в г. Бергамо /Италия/, где был отмечен премией ФИПРЕССИ за Высокий художественный уровень.

Так ярко вошёл в узбекский кинематограф Даврон Салимов. Его стали приглашать в качестве оператора — постановщика на съёмки художественных фильмов. И он снял ещё два – “Птицы наших надежд”, “Возвращение командира”. Но Даврону, человеку внутренне свободному и независимому, были тесны рамки условностей игрового кино, и он выбирает кинодокументалистику. Только в ней он мог реализовать свои замыслы и проекты, выразить свою бесконечную любовь к родине и восторг перед красотой молодости, мудростью старости, свою боль и сострадание к людям, обожжённых войной или бедой. Герои его фильмов зачастую не говорят, они молчаливы, но такая глубина чувств и переживании открывается художником в их лицах и глазах.

Вот старик в ленте “Бобо” печально обходит воинские могилы. Натруженной, в глубоких морщинах рукой тихо перебирает увядшие листья на плите. Горят зажжённые им свечи. Старик не плачет, плачет зритель, настолько горек его взгляд, устремлённый то ли в прошлое, то ли не возвратную даль…

…Лепят женщины лепёшки, старушка с добрым лицом хлопочет у тандыра. Даврон снял эти кадры настолько поэтично, возвышенно, так мастерски вырисовал светом портрет бувиджон, что он становится всеобъемлющим национальном образом Матери. И каждый смотрящий этот кадр вспоминает своё детство, запах свежего хлеба и лицо своей матери.

Трогательны кадры стариков, играющих в шахматы. Два старика и два характера, которые оператор сумел ухватить за несколько минут. С мягким юмором автор наблюдает за задремавшим игроком. Сколько нежности рождает в сердце этот образ тихого и, кажется, добрейшего старичка.

Десятиминутный фильм “Бобо”, ставший гимном возрасту осени, был высоко оценён на МКФ в Кракове, где автору был присуждён Главный приз “Серебряный дракон”.

Герои фильмов Даврона спасали больных, сражались на войне и горячих точках, строили города, осваивали пустыню. Они были интересны ему своими судьбами, своим миром. Теперь это уже история, написанная художником просто и правдиво.

Правда жила и в его непростых картинах “Мужчины”, “Красный барабанщик”. Эта правда была жесткой, даже жестокой, но за ней чувствовалось сострадающее сердце автора. В фильме “Красный барабанщик” за двадцать минут экранного времени рассказывается о рухнувшей жизни и судьбе когда-то прошедшего по Красной площади парадным маршем суворовца. Зритель испытывает всю гамму чувств — от насмешки и неприязни до потрясения от открывшейся бездны трагедии человека, сломленного, униженного, но ещё хранящего капельку надежды.

Потрясает своей простотой и в то же время многоплановостью фильм “Боль” с его обнажённым нервом повествования. Достоинства этой ленты были отмечены жюри ВКФ в Таллине, премией имени Романа Кармена за лучший кинорепортаж.

И все же Даврон был больше поэтом. Его лучшие работы объединяет созданная им на экране атмосфера лиризма, тонких чувств и настроений, философского взгляда и размышления. Даже, казалось бы, далёкая от всякой лирики тема освоения пустыни в полнометражном фильме “И пришла вода”, воплощается у Мастера в грандиозное полотно не только по масштабу съёмок и охвату событий, но и по неповторимому поэтическому звучанию.

оящую симфонию света, огня, ритма, звука превращается эпизод строительства гигантского водохранилища. А тема воды, как бесценного дара природы и источника жизни, приобретает в картине поистине эпический размах.

…Капля воды с тающего ледника с искрами от солнечных бликов, белое безмолвие горных вершин, водопады, устремлённые в чёрную бездну и горная речка с кристально прозрачной водой и переливами камушек, водная мощь выброса плотины, снято так, что кажется она сойдёт с экрана и раздавит всё живое. Вода, бегущая по руслу канала и догоняющая мальчишек на велосипедах и брызжущая тысячью огней из-под колёс. И спокойная гладь рукотворной артерии, расходящаяся на арыки и арычки. Во весь экран горят в вечернем свете эти арычки на хлопковом поле, где далеко на горизонте идёт человек с кетменём.

Утюжат песок мощные машины, громады песка поднимаются и засыпают гусеницы, марево 50-градусной жары и коричневая пыль. Застелающая и технику, и людей. Но нет в этих кадрах пафоса, все скорее просто и реалистично. Но какой эмоциональный накал, какая энергия скрыта за этой простотой.

Чем удерживает эта земля человека, родившегося здесь и того, кто приехал сюда из более благодатных краёв с ласковой к человеку природой? Разве не любовь к родине, размышляет художник, к земле движет этими людьми — поливальщиком на хлопковом поле, стариком, что в пустыне прорыл канал, помня, что две вещи дороги в мире — вода и доброе дело, водителем автобуса, неизменно останавливающегося на пустынной дороге полить деревце, прожженными солнцем бульдозеристами, хлопкоробами, живущими от весны до весны на своих полях…

И об этой любви с большой нежностью снимал своё кино Даврон Салимов. Время его героев прошло, ушла целая эпоха, но люди, судьба, события, о которых он искренне и честно рассказывал, будут жить на плёнке, его лучшие фильмы не устареют, ведь они снимались трепетным сердцем большого художника.

Биографическая справка:

ДАВРОН САЛИМОВ (1941-2009 гг.)

Родился 17 марта в Ташкенте
Режиссёр-оператор
Народный артист Республики Узбекистан.
Снял более ста фильмов.