«Ташкент — моё детство, Ташкент — моя юность, Ташкент — моя молодость, Ташкент — вся моя жизнь» (продолжение) История Старые фото Ташкентцы

Инесса Башкирцева

Автобиографическая повесть, продолжение. Начало.

VIII. Моя взрослая жизнь.

«Все взрослые сначала были детьми»

А. де Сент-Экзюпери.

За эти годы прожила как бы вторую, совсем другую жизнь, приобрела совершенно иной жизненный опыт. Сфера обязанностей и возможностей радикально изменились и не могли не повлиять на мой образ жизни, на мироощущение и на характер.

Друзья детства и юности — «друзей моих прекрасные черты» — оказались в других городах и странах: в Москве, в Казани, в Германии, в Америке. «Словно птицы из гнезда разлетелись кто куда.»

Но у нас на всю жизнь остался восторг нашей молодости: «Человек в космосе!» Полёт Юрия Гагарина. Боже мой! Сколько мы обсуждали, думали, удивлялись. Наш герой! Первый в неведомой дали, и – один. Трижды герой! Говорили, что это – изобретатель этого аппарата, запускаемый в космос атомным взрывом. Вот придумали! Фантастика! Невообразимое чудо 20 века! Невероятная, правда. Для меня это было недосягаемое понятие. Это сделали особые люди, особые. И всё равно, хотя я мало что понимала, астрономия для меня — тёмный лес, но радовалась как в детстве и гордилась.

Пусть, такие как мы – мелкие сошки, по сравнению с великими учёными, конструкторами и космонавтами – всё равно, всё равно. Надо будет стараться, стараться и ещё раз постараться.

В этот весенний день – 12 апреля 1961 г. незнакомые люди на улице улыбались друг другу. И это тоже, лично мне в моей жизни, в дальнейшем вселяло и силы, и разум.

Моё везение !

Мне же посчастливилось оказаться в том времени и пространстве, когда и мои милые, талантливые ташкентские будущие знаменитости, сами того не зная, оказали на меня чудодейственное влияние. Я узнала, с кем мне посчастливилось встретиться по жизни, я благодарна судьбе, что имела счастье быть с ними близко, общаться с ними и подражать им в моём любимом Ташкенте, в котором прошла вся моя жизнь.

Мир моих надежд, моих побед и моё везение !

Сами они не смогут об этом узнать, жаль, конечно, потому что я ещё не скоро смогу свой рассказ напечатать. Должна бы успеть. Только надо дожить.

Когда пишешь, только правда получается интересной, слова сами подбираются и по истечении многих лет то, что было, случилось плохое или хорошее – выглядит совершенно по другому. И очень даже любо, любое событие из прожитого.

С таким же рвением я взялась за свою взрослую жизнь, и всё своими руками, всё своим умом. Всё сама, живя в теснейшем соседстве на этажах совершенно с другими людьми и совершенно в другой стране, хотя из неё никуда не уезжала до поры, до времени. Я всего добивалась не кулаками, а мозгами и собственным трудом и, как всегда, старалась успеть.

И снова, как в юности: бороться, искать, найти и не сдаваться.

Этот девиз – to strive, to search, to find and to yield – был вырезан на деревянном шесте, водружённом в январе 1913 г. на вершине Обсервер Хила (Антарктида) в память о Роберте Скотт (1868-1912 гг.), который через 33 дня после Роберта Амундсена достиг Южного полюса и погиб на обратном пути.

Снова мне быть смелой, честной и непременно вести правильную жизнь и преуспеть, и расцвести. «Чтобы чувствовать себя смелым, действуйте так, будто вы действительно смелы, напрягите для этой цели всю свою волю, и приступ страха сменится приливом мужества.»

Вот что значат книги, в которых я окунулась с самого детства и во взрослой жизни в водоворот жизни, не желая терять ни одного дня! По латинскому изречению – Nulla dies sine Linea– ни дня без строчки. Это был девиз Плиния старшего и Оноре Бальзака, и благодаря Юрию Олеши, мы знаем эту цитату по-русски.

Со школьной скамьи вбила себе в голову слова м.Горького: «Человек – это великолепно! Человек – это звучит гордо!» Согласитесь, это впечатляет. И действительно я была гордой и смелой. Никто мне не указ. Вы помните? Вы всё, конечно, помните. И, конечно, я наизусть помню моего самоотверженного героического Н.А. Островского: «Самое дорогое у человека- это жизнь, она даётся ему один раз, и прожить её надо так, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы.»

Сколько я себя помню, всегда читаю и пишу — наследство моей бабушки Онькай.

Сколько интересных рассказов и сказок прочитала из наших детских хрестоматий… В моём детстве такого изобилия книг, как сейчас, не было. У нас был урок чистописания, и я научилась красиво писать. Мы изучали произведения великих русских писателей и поэтов. Не вникая в точный смысл прочитанного, мы описывали образы главных героев своими словами. Сколько сочинений я написала и списала ?! С детства люблю книги, зачитывалась про Гулю Королёву, в книге «Четвёртая высота», прочла почти все повести и рассказы Аркадия Гайдара. Но самая моя любимая книга, в детстве, была: «Педагогическая поэма» — Антона Макаренко, я её читала и по ночам с фонариком под одеялом, чтобы мама не видела. Это была большая книга мягкого переплёта, как толстые журналы, напечатанные на газетной бумаге. Мне очень нравилось, как беспризорники – хулиганы и воры, постепенно становились хорошими, как, преодолевая неимоверные трудности и бедность, колония начинала жить лучше, с каким огромным трудом это удавалось начальнику А.Макаренко – замечательному советскому педагогу. Какое тяжёлое было время! Был всё тот же голод, как и после войны, когда я всегда хотела кушать. И как сытно стало теперь, и наше детство – самое счастливое. Я радовалась, перечитывая свою любимую книгу, и мне очень хотелось быть послушной и хорошо учиться.

«О золотые времена!
Где взор смелее и сердце чище,
О золотые имена:
Гек Фин, Том Сойер, Принц и Нищий!»

М. Цветаева.

В детстве даже воздух был особенным, и конфеты были слаще, и пирожные были по больше, и во всём лежала печать покоя. «Детство наше золотое, всё прекрасней с каждым днём, под счастливою звездою мы живём в краю родном», — пели мы такую песьню на объединённом школьном хоре в средней школе № 68 города Ташкента, находящейся на улице 8 марта, Ленинского района (маршрут 5-го трамвая, не доезжая остановки «Узбум»).

Прошло десять лет. Школьные годы тянулись долго, особенно последний десятый класс, а студенческие годы пролетели, я даже не заметила, но было очень чудесно и не забываемо. Спасибо моей мамочке! Теперь я пишу сочинения для шефини: аннотации, графики, таблицы, выводы. Голова моя работает, это заметили. Сколько белоснежной бумаги я исписала ?! Сейчас бумагу стали экономить : дают толстую, шероховатую, машинка не пробивает или дают тонкую, прозрачную, машинка рвёт её. Я научилась записывать научно, вышла в печать статья и моя. Моя одна, одна фамилия! Здорово! В отдельной книге «Производственное выращивание одноклеточных водорослей» издательства института растений Академии Наук УзССР, 1965 г., г.Ташкент, есть и моя отдельная статья: «Выращивание хлореллы в сточных водах с целью их очистки», И.Кабирова. Салют Инесса!

По годам поздно я вышла замуж, через год у нас доченька родилась. «Куколка!» — сказал муж, увидев её на руках у акушерки. Пока её не исполнился годик, я сидела с ней сама. На самом деле я не сидела, а бегала. БПК истрепал наше хлопчатобумажное бельё, которое вернули пелёнками к стати. Это нетто БПК, о котором я писала в научной статье, это – не биологическое потребление кислорода в водоёме, а банно-прачечный комбинат в микрорайоне. Соседка Нина Стрижёва – очень красивая и умная русская женщина, поздравила нас с первенцем: «Коробочка открылась, теперь посыпятся!…» Много не посыпалось, сын родился! Сын – всегда первенец!

«Счастливейшая из всех ныне живущих на земле, это – я!»

Моя семья: я, сыночек, доченька и мама.

На очередном научном совете решался мой вопрос, что делать с моей темой, такой перспективной, да ещё госбюджетная, а не хозрасчётная. Я, как ответственный исполнитель всех устраивала: провела полупроизводственные исследования на сточных водах Ташкентской шелкомотальной фабрике (не фабрика, а парилка). Результаты были положительные: на второй день гнилостный запах воды полностью исчезал, по многим физико-химическим показателям вода очищалась. Наша лаборатория была хорошо оснащена – филиал Московского ВНИИ ВодГЕО: химическая термостойкая и мерная стеклянная посуда, химические реактивы, термостаты, электро-колориметр , электрические лабораторные весы в стеклянном шкафчике, точные до четвёртого знака для получения молярных растворов, вытяжные шкафы с мощными электроплитками, муфельная печь, а так же специальная хим. посуда с притёртыми пробками и с притёртыми колпачками для определения БПК-5 и БПК-20, чтобы за эти 5 и 20 суток О2 не мог попасть из вне, и этот кислород не испарился изнутри сосуда для более точного анализа пробы. Имелись заводские делительные воронки для определения ядовитых фенолов грунтовых вод Алмалыкского медно-свинцового металлургического комбината и стационарный микроскоп МБИ-Б с фотоаппаратом, очень удобный, со столиком и боковыми шкафчиками для фотографирования микроскопического планктона в исследованиях воды, визуальное увеличение 17,5 – 2375х. Условия для научной работы были шикарные, и я очень старалась. Моими результатами заинтересовались в Институте Академии Наук, куда я ездила в Академгородок ( ул. Луночарское шоссе) к кандидату биологических наук Е.Милоградовой для консультаций. И моей темой стал руководить академик А.М.Музофаров. У нас было два академика-биолога: биохимик Т.А.Туракулов – всем на удивление безукоризненно помнящий громадные биохимические формулы в сложнейших биохимических реакциях и по низшим растениям академик А.М.Музафаров, наизусть знающий двойные латинские названия не только низших, но и высших растений. Вот что значит – академики! Это была идиллия для младшего научного сотрудника6 и тема готова, и руководитель академик. Все в один голос говорили, что это – стопроцентная защита диссертации. Оставалось только провести аналогичные эксперименты на сточных водах Джуто-кенафных заводов в селе Солдатское, в Ташкентской области, с директорами которых была договорённость, и они соглашались на наши условия работы. Но я теперь беременна вторым ребёнком. Я не знала, что мне делать. Я прятала живот под белым лабораторным халатом, так это было не вовремя. Когда главный технолог спросила , что будем делать с моей темой, директор со злостью сказал: «Рожать будем. Вот что делать будем!» и распустил совет, оставив вопрос открытым. А наукой я занималась самозабвенно, досконально узнавала всё, что касалось моей темы. Мои сотрудники не дадут соврать, что когда я ставила опыты, то и по выходным дням приезжала в лабораторию и проверяла свои установки: аэрировала жидкость или пропускала СО-2, ставила БПК-5 – это основной анализ воды в водоёмах. Меня хвалили и даже восхищались в нашем отделе, и это льстило моему самолюбию. Наш отдел ВодГЕО открылся в Ташкенте новый – филиал Московского ВНИИ ВодГЕО – Всесоюзный научно-исследовательский институт водоснабжения, канализации и инженерной гидрологии. Это по глобальной экологической программе – Защита природа и окружающей среды. Поэтому мы все очень старались во главе с нашим директором Каримовым Хафиз Каримовичем, он талантливый организатор и руководитель, учёный с научной степенью, уверенный, тактичный, никогда голос не повысит на подчинённого. Лично меня очень ценил и поддерживал мои исследования. А по институту говорили, что в отделе у Каримова работает умная и симпатичная девица, гордая и идейная, без пяти минут кандидат наук. Гордая, это по тому мои мужчины, в которых я влюблялась, отходили подальше из-за их не серьёзного отношения. От слёз я быстро переключалась в любимую атмосферу знаний: много читала, много узнавала, надолго заходя в фундаментальную библиотеку университета на ул.Куйбышева и в РНТБ-Республиканская научно-техническая библиотека, на углу улиц Ленина и Сталина в центре города. И, конечно, всё записывала, изливала свои чувства на бумаге.

Прославилась старой девой (!) и карьеристкой (!) Инесса-баронесса! Конечно, до замужества я была многообещающим сотрудником. Меня не хотели отпускать. А теперь мне надо было детей воспитывать, а одновременно хорошо делать два таких важных дела я не смогла. Путёвку в ясли могут дать только через год, очередь большая. Маме 54, ей надо до пенсии доработать, у другой мамы та же самая история. Няни в то время – бабушки 76-летние, за малые деньги соглашались посидеть с ребёнком, где у них находились уже двое таких малюток. Было понятно, что долго так продолжаться не может; профессионально можно заниматься чем-то одним: или карьера, или дети. Решайся Инесса! Перебрав эти варианты, я решила, что дети – это лучшее, что может быть, и что для женщины главное предназначение это – рожать и воспитывать детей. Я видела их как бы в перспективе, и это было очень интересно. И я не доверяла своих детей ни бабушкам, ни няням, ни продлёнке. Помню, мама говорила: «Инночка родила на старости лет и готова детей на голову посадить!» Это про моих, сына и дочь, которых я очень баловала, ещё как баловала и любила, и люблю. Я их никому не доверяла, никому. Сама нянчила, сама кормила, сама воспитывала и сама учила. Спасибо маме за финансовую помощь уже взрослой дочери. И я всем тем, чем сама была лишена в детстве, сполна одарила своих милых сына и дочь. Ведь я – смелая, сильная, много знаю и умею. Недаром девять лет наукой занималась, значит во многих отношениях являюсь развитой личностью и смогу всё в жизни семейной. Жаль только, что жизнь оказалась не такой научной, как мне представлялось, не тот уровень. Моя вольная, казацкая жизнь закончилась. Вот смотрите и судите сами. Теперь я зависима от жизни: я ращу, воспитываю ЧЕЛОВЕКА, даже два ЧЕЛОВЕКА. И от меня зависит и их счастье, и их человеческое достоинство – какими людьми они вырастут: добрыми, трудолюбивыми и с почтением к людям или ленивыми и жадными эгоистами, не приведи Господь!

Дети – лучшее что может быть.

После моего ухода из Отдела ( я выше писала, что меня не отпускали, я дважды увольнялась), начальство пыталось как-то мою тему поддержать, но кто согласиться работать с командировками, да ещё в полевых условиях, чтобы кому-то делать кандидатскую.

Мама меня сосватала, и я, наконец, вышла замуж. Замужество было для меня заказано. Я его боялась, боялась опозориться на всю нашу татарскую родню, если жених мой сообщит после первой брачной ночи, что я – нечестная девушка. В мусульманских семьях это до сих пор значится. Поэтому стараются пораньше выдать дочек замуж: «… ждать, пока кто-то снимет с неё трусики, пусть лучше это сделает её муж». Доля родителей выдать замуж дочь и женить сына. О свадьбе, об этом самом счастливом дне для молодоженов мне оставалось только мечтать. Поэтому я отказывалась знакомиться, и мама вынуждена была сама меня сосватать, и повела меня в семью моего будущего мужа, знакомиться. Да. Но я заранее защитила себя от неминуемого разоблачения: оставшись наедине с женихом, и до свадьбы переспала с ним, извините за такое не скромное признание и позорное поведение. А что делать ?! Я подумала, если он будет что-то говорить, я сразу откажусь, выходить замуж, как в азербайджанском анекдоте: «…, а мне её глаза не понравились », и всё будет «шито-крыто». Но, слава Богу, всё обошлось. Мне 29 лет, ему 30 лет, какой девственник, какая девственница?! «… ты привлекателен, я чертовски хороша !» Он только сказал: «Если бы с тобой встретились раньше, ты бы на меня и не посмотрела». И был бы прав. Я на него посмотрела только потому, что он не унизил меня как женщину и никогда, даже, когда мы поругались, он ни слова не говорил. Снова мне повезло, и я влюбилась.

Мне невозможно удержаться, чтобы не сказать, какие особенные у меня дети. Сейчас, вообще, новое поколение родившихся детей очень развитое и сообразительное. В народе о них говорят: «атомные дети». Смышленые уже с пелёнок, с двух месяцев уже узнают голос матери. Моя шестимесячная доченька показывала, как деревья качаются, в годик знала, где работает бабуля, и отвечала: «Апека» — аптека, и ещё много удивительного. Я носилась со своими детьми как курица с яйцом, но они выросли самостоятельными и трудолюбивыми. Они мне очень помогали, когда подросли, в этой нелёгкой рутинной домашней работе.

Дети – счастье!

Мой сын больше всех из нас мыл посуду, сам, никто его не заставлял. Мама удивлялась, что мальчик моет посуду. В наших семьях домашние обязанности более строже разделены. «Хотынша», — говорила мама, то есть женственный. У моего сыночка очень красивые длинные пальчики, часто собранные в кисте рук, всегда готовые к любой работе: рисовать, писать, клеить, резать, делать поделки, забивать гвоздики – ручки такие умелые, такие милые, мастеровитые. Он очень рано стал умелым. Ещё совсем маленьким он часто меня просил: «Мам, мне нечего делать. Что же мне делать с этим нечегоделанием?» То есть он всегда любил что-нибудь делать. «Нечего делать !» Сокрушался он, пока я не придумаю ему какую-нибудь поделку из картона. Постарше он уже сам радостный начинает строить машинки из металлического конструктора, используя батарейки и моторчики – любимые его покупки. Одно только что упрямый, и если уж что заладит, никак не отстанет, пока своего не добьётся, пока не закончит начатое дело. Очень ответственный мальчик. Когда мой маленький сын впервые пошёл в сад-ясли, ему было два годика, я его спрашиваю: «Тёмочка! Что вы делали в садике?» — «Тямтамали.» — Танцевали. Дети – счастье!

Большое спасибо, моей маме, за огромную помощь. Моя мама самая лучшая, а я дочь — не из лучших. Я свой великий грех моей взрослой жизни никогда не забуду. Поздно опомнилась. Можно сколько угодно стараться – всё равно даже самый яркий, казалось бы шедевр в своём словесном волшебном проявлении будет недосказанным для родной мамы –для моей мамы Марьям. Мы вместе с мамой растили, воспитывали наших милых подряд родившихся дочь и сына: кормили, одевали, лечили, гуляли, качали, готовили – сами недоедали и не высыпались. Мои милые дети с малых очень развитых своих лет захватили меня целиком. Сколько песен им было мною спето!

Младший засыпал сразу, а дочь долго не могла заснуть, пока всё не пропоёшь:

«Детский садик, что пчелиный рой, 
Дети бегают гурьбой.
И играют, и поют, 
И к порядку приучают тут.»

«У фонтана, где растёт каштан,
Черноглазый мальчуган
Перед Олечкой стоит,
Шевеля губами говорит:

Оля, Оля! Вырасту большой,
Я возьму тебя с собой,
Будем, будем, будем вместе жить, 
Будем, будем весело дружить.

Много лет с тех пор прошло,
Мальчуган уже майор,
А дивчине восемнадцать лет,
Расцвела как розовый букет.

Тускло, тускло огоньки горят,
Старички о прошлом говорят:
«Оля, Оля! Помнишь наш каштан, 
Помнишь девичий твой стан?

Пролетели быстро все года,
Я был твой тебе всегда.
Куда делась русая коса?
Поседели наши волоса»…

Однажды на мой день рождения мы с мамой захотели вечером поскорее уложить детей и приготовиться к приёму гостей: квартиру убрать, испечь, сварить, как говорится, лицом в грязь не ударить. Мы всегда в такие дни очень суетимся, торопимся и злимся. Эти наши ежегодные приёмы гостей, при нашей колоссальной занятости, были нам так трудоёмки, что со временем от этого были неприятные ассоциации: не хотелось ни гостей, ни радостей от них, ни дни рождения отмечать. И каждый раз из-за этого мы с мамой ссорились.

И вот мы: я качаю Жанну, мама качает Тимура, а они, как назло не засыпают, хотя все песни спеты, а у них сон ни в одном глазу. А Жанна, вообще, встала на кроватку и говорит: «А завтра к вам на день рождения никто не придёт». Как сказала, так и случилось — в 7 часов утра позвонила Альфия-опай и сказала: «бабушка Онькай умерла». Это было 16 мая 1971 г. После этого я долгие годы не отмечала свой день рождения. Онькай как-бы сделала мне облегчение. Но я навсегда запомнила, что когда мне исполнилось 35 лет, на мой день рождения умерла моя бабушка Онькай, а моя шестилетняя дочь предсказала это. Не знаю, как и почему это получилось, но так выходит. Может, бабушка такой смысл передала, что очень обижена на свою строптивую внучку? Да, она могла быть обижена, я её самою давно уже не поздравляла с днём рождения 2 февраля 1887 г. Когда я уже выросла, выучилась и стала жить своей семьей, я её не почитала, не считалась с ней, а за последние годы совсем забыла, а ведь знала, что ей в семье этой нелегко живётся… Как-то я всех их не привечала, а только мама старалась их приглашать. А когда мама уехала в Казань, со мной оставалась Онькай, а мои дети оба заболели ветрянкой, им мне было не до неё, и Онькай и у нас пришлось самой и чай заваривать, и самой собирать к столу, а она меня очень просила. Да, моя бедная Онькай, моя бабушка, с которой я всё детство провела, точно на меня могла быть обижена. Нет, чтобы…, ну не знаю, как я могла бы с двумя маленькими детьми поехать на Куйлюк? Господи! Как я виновата! Как же мне было теперь жаль Онкай! Можно было такси взять и съездить, наконец, проведать – халь белеб киляр иденг Онькайнэн – узнала бы, как её здоровье. И как это теперь поздно! У кэнеч булды! В этот день 16 мая 1971 г. мы взяли всё печёное и другие припасы и все вместе поехали на Куйлюк. Видите? Смогла же с двумя маленькими детьми поехать к Онькаю умершей ? Ведь также могла поехать навестить свою бабулю, когда она ещё живая была. Вот кто я после этого?! … Плачу, слёзы раскаяния, неимоверная жалость к бабушке–калеке, упадническое настроение, снова забросила свои записи. Наша маленькая Онькай вот так укоряла меня: ей было плохо, а мне было не до неё, и она мне сказала это, умерев в мой день рождения. Царствия ей небесное! – Урня Жаннатга Булсэн! Я всегда любившая себя, любившая похвалиться, оказалась неблагодарной эгоисткой и недальновидной особой, и поэтому осталась без своих самых близких, любящих меня родных: без бабушки, потом и без мамы, а потом и без брата. И у меня всю мою взрослую жизнь угрызение совести: в голову лезут отрывки общения с милой мамой и бедной Онькай, что в своё время не думала о них, не сообразила поступить поласковее, ссорилась и ревновала. И как я противна себе, что была гадкой и наглой!

«Человека, который не заглядывает далеко, непременно ждут близкие беды» — Конфуций. А пока я целиком занята только своими детьми. Только.

Детсад 291, 1973г., г. Ташкент.

Спасибо моей мамочке за всё! Спасибо ей и замою взрослую жизнь: это благодаря её заботе о нашей учёбе, чтобы мы с Аликом учились в нормальной школе, мама была вынуждена жить по частным квартирам в г.Ташкенте целых 15 лет ! Поэтому, когда я поступила на работу в лабораторию НИИ по Строительству и Архитектуре, в составе которого тогда был отдел ВодГЕО, нас специалистов сразу поставили в очередь для получения государственных квартир, в том числе и тех, которые живут на частных квартирах. В строительных организациях квартиры давали всегда. Это так здорово иметь собственную квартиру!

Трёхкомнатная секция со всеми удобствами в кирпичном, четырёхэтажном доме рядом с большим парком и озером. Наш микрорайон весь утопает в зелени. Высочайшие кроны чинар, стройные многочисленные дубы и тополя опоясывают и защищают нас от долгой летней жары. Когда приезжаешь с работы из центра города под палящим солнцем домой на Чиланзар, здесь температура воздуха на 2 – 3 градуса по Цельсию ниже – это такое облегчение! Слава зелёным насаждениям! На нашем квартале Чиланзара была большая водокачка на правом берегу речки Бурджар, и целая сеть арыков и каналов по всему микрорайону, и везде журчат арыки полные воды. Из арыков вёдрами поливали около домов с весны по осень и особенно в летнюю жару. Весь в зелени юго-западный район столицы – Чиланзар – наши Черёмушки – целый сад высаженных рядками дубов, чинар, тополей и других лиственных деревьев привлекали новосёлов на эту окраину города, на эту новостройку. Вдоль каждого палисадника посажены живая изгородь – зелёные кустарники. Посажены фруктовые деревья – яблони, вишни. Очень красиво они цветут по весне, ещё листья не появились, а деревья все в цвету. Знаменитая японская сакура! Ещё в палисадниках обязательно цветы: душистая сирень, вьюнки, красивые розы-атиргуль – кто что любит, кто любит землю и любит потрудиться на свежем воздухе – наши новые жильцы, милые соседи.

С годами мы часто вспоминали, как мы по-соседски только что познакомились и сразу подружились, и по субботам почти все выходили на хашар – субботник: капали, сажали цветы, поливали, убирали двор. Мы хорошо жили, общались семьями, заходили, друг к другу в гости, попить чаю с вареньем, а так же похвастаться, кто, сколько банок консервов закатали на зиму. Некоторые хозяйки – по 50-60 банок закрывали! Мы радовались что подружились и стали как родные: Людмила Котляр, Лариса Миличенкова, Света Мошканцева, Клара Славинская, Лариса Останкова и другие. А Элла Мирходжаева и Валя Алиманова в один день родили своих сыновей – Алишера и Диму – лучшие друзья детства моих детей. Все наши семьи живут одинаково: всё в дом, а не из дома, всё для детей, а не для собственного удовольствия. Но у каждой семьи свои возможности, свои семейные традиции. У нас, например, много родственников, хороших знакомых, и мы со всеми дружили, и у нас была хорошая взаимопомощь и очень тёплые родственные и соседские отношения. Мы ведь как жили? На одну зарплату, денег не хватало всегда, и непонятно, как сводили концы с концами, если бы не взаимовыручка и доброта. Благодаря этим простым человеческим отношениям наша дружба длится почти полвека. Друг другу передавали и детскую одежду, которая стала мала и детские коляски и велосипеды и даже дорогую чешскуюмебель6 деревянная светло-коричневая красивая кроватка с матрасом и стол-стульчик складной, скольким нашим детям это пригодилось?! Разве можно всё это купить на одну зарплату? И друг у друга занимали деньги в долг, пользовались кассой взаимопомощи на работах. Годы были послевоенные и не лёгкие, страна восстанавливалась. Было мало хорошей одежды, хорошей обуви, с продовольствием то же были трудности. Жизненные невзгоды, физическую усталость и переутомление наши мужчины утоляли выпивкой. А чем ещё? Напивались после получки, бывало, зарплату пропивали и в семьях случались скандалы и драки. Питие на Руси никогда не считалось грехом. Пьяного жалели, сердобольно говорили – болен. Очень не приглядная картина проявлялась многие годы и в наши дни. Чего греха таить – пьянство у нас ничем не исправить: ни штрафами, ни наказаниями. Рядом с хорошими соседями жили и пьющие, и все вместе страдали. Часто выпивали и дрались соседи сверху. Нещадно друг друга били, но Зина никогда в синяках не ходила. Один раз она довольная рассказала: «Я достала его и своей пятернёй так смазала его по лицу, карябая ногтями так, что у него кровь пошла как из барана…» Они сами устраивали эти ужасы, сами вызывали милицию и сами же об этом сожалели. Говорили: «Милиция – это дохлый номер, а точнее – милиция – это последнее место, где можно найти справедливость». Как-то летом поздно вечером Дуся била Адика, громко приговаривая: «Это тебе за меня! За мою жизнь! За мою кровь!» Всё повторяла, и всё громче слышались хлопки. На 9 мая с квартиры напротив Николай Семёнович – ветеран войны, так угостился на работе, что, не дойдя до квартиры, его гвоздика и его фотопортрет (на работе подарили) отлетели под лестницу, а сам он упал и лежит поперёк лестницы на ступеньках в первый этаж. Таких соседей на весь дом были единицы, но были, я запомнила всё наглядно и всех навсегда. И, слава Богу, что у нас до убийств не доходило, и то-хлеб, как говорится, то – есть жизнь. Несмотря на то, что говорят, будто пьяниц ничто не берёт, что они живучи, это – неправда. Эти наши соседи и Гена, и Адик рано угробили свои жизни. Они как-то незаметно умерли, не дожив до пенсии. «Крест судьбы каждому изготовлен ещё до рождения». А трезвыми и Адик, и Гена были хорошими, приветливыми соседями, детолюбивые и работящие люди. «Я зарплату не пропиваю», — любили объяснять они.

В первом и во втором подъезде жили наши милые иностранцы из Греции: общительная и весёлая Навсика с мужем и тремя спокойными сыновьями – Такис, Янис и Георгис. Красивая и работящая В.Проку с хорошо воспитанными сыновьями – Алекс и Тонас. Пасхалис с женой Ниной Васильевной, их сын Василий (это любимое мужское имя моей доброй сестры Нели) и их красивая дочь Марина, модно одевающаяся девушка. В 18 квартире жили тоже очень хорошие, добрые соседи наши друзья – Ли Володя с женой Леной и внучкой Анечкой – очень симпатичная высокая девочка-школьница. Они потом уехали в Москву, и Аня работала моделью у самого знаменитого модельера Вячеслава Зайцева. Володя Ли очень деятельный и очень умный человек, работал в сельхозобъединении «Узбекберляшу». Они возделывали новый сорт неприхотливого растения для климата Средней Азии. Растение это жаростойкое, быстро растущее и содержащее много белков и углеводов, и других полезных веществ, является полноценным кормом для скотоводства, чем сено – сухая трава. Назвали это растение – Аморант. Но безвременная, скоропостижная смерть Володи приостановили это исследование. В четвёртом подъезде жила хорошая, общительная семья физкультурников, фамилию их я не вспомнила. Их папа был знаменитый тренер по теннису на стадионе «Пахтакор», секция «Юниоткор», а их замечательные и талантливые дети, Лена и Костик – друзья детства моих детей. У них в семье была бабушка, работящая, как и наша бабуля Марьям, что бы порадовать внуков подарками и гостинцами. Это наши любимые советские бабушки, а не привычные домашние старушки с клубком ниток в руках, а работницы, получающие и зарплату, и пенсию, и всё в семью. Хвала им и вечная память ! На первом этаже жила гостеприимная узбекская семья: Таня с мужем и тремя детьми: сын Шухрат, дочь Лола с сыном Фарход и дочерью Камола, старшая дочь с семьёй жила в Маргелане. Однажды по какой-то надобности я постучалась к ним в квартиру, у них дома были одни дети: послышался весёлый детский шум и топот подбежавших к двери детей и радостный возглас Камолки: «Анна шу яхши!» — (вот она хорошая!). Я это часто вспоминаю, как маленькая девочка похвалила меня своим двоюродным сестрам, приехавшим в гости. Из многих соседей нашего дома она меня заметила, мне в двойне приятно, потому что это говорит ребёнок.

Всё это – новосёлы нашего дома. Заселение дома началось под Новый Год 1961г., ключи уже давали. О некоторых хороших соседях я упоминала выше. Светлая память тем моим соседям, кого уже нет с нами, Царствия им небесного и вечный покой.

Дай Бог, всем тем моим соседям, которые с нами, им всем и их детям, внукам и правнукам – доброго здоровья и долгих лет жизни!

И моя семья с мамой, с Аликом и с Рустамом – сын Амина-опая из Джусалы – очень тихая маленькая пожилая татарочка, родственница Шарип-абы. Рустам часто приезжал в Ташкент сдавать экзамены, он учился заочно. Амина-опай всегда передавала нам мешочек риса.

Мы обосновались наконец в своей квартире. Мы с Аликом очень радовались новой и собственной уже квартире. Съездили с ним в центр города на автобусе в радиомагазин и купили по тем временам самый дорогой радиоприёмник с проигрывателем «Эстония-3». Алик как вырос, стал очень деликатным молодым человеком, всегда подавал руку при выходе, пропускал меня вперёд. Очень симпатичный, он больше на маму похож, чем я. Ещё на радостях купили мебель – румынский полированный сервант, тёмно коричневого цвета, как наш чешский полированный коричневый шифоньер. Жаль, что Алик долго не пожил с нами и жаль, что я только о себе думала, точнее, только восхищалась своими удачами и успехами, вот и квартиру получила я, а не мама и т.д. «От радости в зобу дыханье спёрло». А надо было Алика спасать, он ведь того стоил: такой симпатичный, такой развитый, у него такая речь правильная. Почему-то Алик стал работать на заводе, он не стал больше поступать в институт после первого провала. Конечно, он мужчина самолюбивый, плюнул на высшее образование, а мама очень-очень хотела, чтобы он поступил в институт. Алик всё смеялся над мамой, обещал. Мы с мамой ругали его, заставляли учиться. Его девушка… «Ах! Эта девушка! Разбила сердце мне»… Они с мамой переехали из Кызыл-Орды в Казань, переписывались. Потом Алик собрался и уехал в Казань. В Казань, так в Казань – столица, всеми нами татарами любимый город. Казань, конечно, не Москва, но это – культура, по сравнению со Средней Азией. Наверное, Алик правильно сделал. Что его здесь держало: завод с этими пьющими работягами, вечная жизнь с ругающей «мямеш»? И жаль, что в Казани его личная жизнь не удалась. Алик женился на подруге своей любимой девушки, потому что мать его девушки не разрешила им встречаться, из-за его увлечения выпивкой. Алик тогда сильно переживал, перестал нам звонить, не приходил на переговоры, мама с ума сходила. Заставила меня поехать в Казань искать Алика. Там в Казани я очень плакала, пока его нашла. Это длинная история, как-нибудь расскажу, напишу потом. Я думала, что Алик потерялся навсегда. Короче, мы с мамой одни в квартире остались, ругались. Две одинокие, безмужние женщины. Не зря ведь мама настояла на моём замужестве и даже сама пошла, меня сватать, и мы с ней вместе пошли знакомиться в семью моего будущего жениха на ул.Самарканд-дарвоза, дом 34. Оказалось, что это почти через два дома вниз по улице, дом 28,где моя мама работала заведующей в аптеке. Завязался общий не принуждённый разговор, будто мы и в самом деле знакомые, и может даже и встречались раньше. Вот так судьба решила всё. Радостный нас провожал жених и пригласил меня на свидание. Остальное вы всё знаете.

Теперь, став матерью двоих детей, мама очень этому удивлялась: «Никогда не думала, что ты будешь второго рожать». Я всецело занялась своей семьёй, целиком занята, только своими детьми. Только их воспитанием.

4 комментария

  • AK:

    Как здорово о Чиланзаре — у нас все было так же! (хотя и не в 1961, а в 1969-70-х на новом Чиланзаре)
    Так точно передать атмосферу, детали, рассказать о всем честно, без самообмана или «толерантного» украшательства!

    Ташкент — это то место где выживают талантливые люди.. благодаря, вроде бы мелочам, но эти мелочи спасают, дают возможность проявить себя в будущем, спасать других, помогать, быть полезным обществу..

    В нынешнем времени глобальной «заботы о человеке» Инесса Башкирцева возвращает нас в мир нормальных честных людей, умеющих думать честно, говорить, писать.. А это самое трудное! «..и себя обмануть будет легче всего..»

      [Цитировать]

  • Гасси:

    Почему-то местами читать противно.. кому интересные ваши «трусики», первоначально снятые не мужем? Или вот эта фраза: «Что его здесь держало: завод с этими пьющими работягами» — Вы, простите, княжна, или чего пуще, королевской крови? Ужасное, просто отвратительное самолюбование, тщеславие и презрение к окружающим… «Казань, конечно, не Москва, но это – культура, по сравнению со Средней Азией» — да не эта ли Средняя Азия выкормила, вырастила и вывела Вас в люди? (даже не хочется «Вас» писать с большой буквы, ибо недостойны вы этого)… И никакие, типа, добрые воспоминания о чиланзарских соседях, как тут выше написали в комменте: «Инесса Башкирцева возвращает нас в мир нормальных честных людей, умеющих думать честно, говорить, писать..» не перекроют вашу гниль в душе, Инесса. Да не умеете вы писать..корявый, дешевый язык..

      [Цитировать]

    • Лилия:

      Добросовестно прочла сей опус и полностью согласна с вами. Если автор хочет очень уж писать, то только в свою семейную хронику… Нам все это знать не обязательно.

        [Цитировать]

      • Гасси:

        Вы первую часть читали? там такая же мерзопакость…Зачем это тут публикуют? Раньше это называлось «бумагомарательство», про интернет- страничку такое не скажешь , наверное, но очень применимо в данном случае.

          [Цитировать]

Важно

Не отправляйте один и тот же комментарий более одного раза, даже если вы его не видите на сайте сразу после отправки. Комментарии автоматически (не в ручном режиме!) проверяются на антиспам. Множественные одинаковые комментарии могут быть приняты за спам-атаку, что сильно затрудняет модерацию.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.