Дорога к дому. Иван Грушкин Tашкентцы История

7 января 1891 года в городе Пишпек (Бишкек), Семиреченской области, в семье Федора Ильича Грушкина, коллежского асессора служившего помощником начальника почтово – телеграфной конторы, родился сын, которому дали имя Иван. Родители его в середине 1870-х вместе с первой волной переселенцев из центральной России, отправились в Среднюю Азию обживать новые земли после их вхождения в состав Российской Империи. Большая семья, восемь детей, жили трудно, но родители из последних сил смогли дать всем образование.

Вскоре, семья переехала в город Верный, а затем переселились в Ташкент, где до начала Гражданской войны и проживал Иван Грушкин. В его большой семье, четверо из шести братьев Ивана получили военное образование, один погиб в Первую Мировую. Иван Грушкин, как и его братья, учился в Ташкентском кадетском корпусе, а затем в Тифлисском пехотно-юнкерском Михайловском училище, после чего вступил на военную службу. Служил в Туркестанском военном округе, воевал на фронтах Первой мировой войны и в Гражданскую войну на стороне Белого движения, к слову, один из братьев воевал на стороне Красной армии. В рядах армии, Иван дослужился до капитана, служил в особой офицерской охранной роте штаба главнокомандующего ВСЮР А.И. Деникина и капитаном Корниловского ударного полка.

По-видимому, верность присяге не позволила ему принять новую власть большевиков, да и возвращение домой в Ташкент поставило бы под удар оставшуюся там семью и близких. Отступая вместе с остатками Русской Армии под командованием генерала Врангеля, Иван эвакуировался через Крым в Турцию, где началась его жизнь в эмиграции в известном лагере Галлиполи с 1920 до конца 1921 год. Около 150 тысяч беженцев военных и гражданских вынуждены были бежать из России через Крым в Константинополь и разместиться во временных лагерях, один из которых носил название «Галлиполийский», а нахождение в нем было названо «Галлиполийским сидением». Следует отметить, что эвакуированная армия сохраняла боеспособность, имела небольшой военный флот и технику. Этот период был одним из самых тяжелых для находящихся там русских офицеров и гражданских. Не имея средств на существование, потеряв дом, семьи, родных и в тоже время под контролем и давлением английских и французских армий, они находились там, не представляя своего будущего.

Для того чтобы обеспечить свое существование, в мае 1921 года Иван Грушкин нанялся во Французский иностранный военный легион и участвовал в Рифской войне в Марокко до окончания военного контракта в конце 1921 года. В конце того же года из лагеря вместе с сослуживцами на пароходе он отправляется в Болгарию, где находился в составе Корниловского полка до 1927 года. В этот период ему, как и многим русским белоэмигрантам, приходилось жить на правах беженца и работать разнорабочим на строительстве дорог, в угольных шахтах.

В конце 1927 года, вместе с группой товарищей, Иван Грушкин отправился в г. Вильтц находящийся в герцогстве Люксембург. Кожевенный завод, расположенный в этом городе, расширял свое производство, и требовалась дешевая рабочая сила. Так до осени 1934 года он работал на заводе и жил в русской общине с друзьями и бывшими сослуживцами. Экономический кризис в середине 30-х в Европе сказался и в Люксембурге, сокращались производства и в первую очередь под сокращение попали русские эмигранты. Правительством была предложена небольшая денежная компенсация, а тем, кто собрался отправиться за лучшей жизнью, в одну из русских колоний в Парагвае, предложили рабочие инструменты, палатки и организовали пароход «Липари» из Гавра. Отъезд в Парагвай состоялся 14 сентября 1934 года, в составе группы русских эмигрантов вместе.

Журнал «Часовой» (№135-136 стр. 33) за 1934 год сообщает…

«В ПАРАГВАЙ! 14 сентября группа Корниловского военного училища и чинов РОВС в гор. Вильц отбыла через Париж в Парагвай. Люксембургское правительство пошло навстречу желанию группы, выдало им проездные деньги и вещи для устройства на новом месте вплоть до палаток и охотничьих ружей. Перед отъездом из Парижа, в Галлиполийской церкви был отслужен молебен. Командир Корниловского полка благословил начальника группы полк. Керманова иконой“.

Достаточно подробно описано путешествие этой группы, в составе которой он отравился, в книге М.Д. Каратеева «По следам конкистадоров».

Группа русских из 32 мужчин (среди которых был Иван Грушкин), 8 женщин и 4 детей отправилась из порта Гавр на пароходе «Липари» в далекий Парагвай. На пути следования, пароход сделал остановку и загрузился углем в порту Лиссабона и уже через 15 дней достиг берегов Южной Америки. Первым, их встретил бразильский порт Пернамбуко, откуда, после небольшой остановки они отправились в Рио-де-Жанейро. По прибытию старший группы, сумев договориться (за небольшое вознаграждение) с местной пограничной службой, получил разрешение, и вся группа смогла сойти на берег и посетить город. Как раз в то время в Рио проходила международная выставка, а город был празднично украшен. Через сутки вся группа вернулась на пароход и продолжила свой путь в Буэнос-Айрес с остановками в портах Сантуса и Монтевидео. По прибытию в Буэнос-Айрес им предстояло сменить пароход и уже по реке Парна отправиться в Асунсион и Концепсион, где должна была начаться новая жизнь в одной из близлежащих колоний.

Для Ивана Грушкина, путь в Южную Америку оказался последним. Тяжелые условия жизни и работы, последних 15 лет нахождения в эмиграции, подорвали его здоровье. Долгий и непростой путь к новой колонии под названием «Эсперанса» («Надежда»), тропический жаркий климат Парагвая, спровоцировали скоротечную форму чахотки, в результате чего он скончался 3 февраля 1935 года, три месяца спустя после прибытия, на 45 году жизни, не оставив после себя ни семьи ни детей. Похоронен Иван Грушкин на русском кладбище Асунсьона.

В газете «Вестник общества Галлиполийцев» (№22, стр.11) от 15.04.1935г. сделана следующая заметка про Ивана Федоровича Грушкина, скончавшегося в Парагвае:

«3 февраля группу постигла тяжелая утрата, которой впрочем, можно было ожидать: умер Корниловского ударного полка капитан И.Ф. Грушкин. Как известно, он приехал в Парагвай с туберкулезом легких. В результате недостаточного бережного отношения к своему здоровью, он простудился, туберкулез принял скоротечную форму и в две недели свел больного в могилу. Когда ему стало плохо, — он был отправлен в Концепсионский госпиталь, откуда его через неделю в безнадежном состоянии перевезли в Асунсьон. Через сутки капитана Грушкина не стало. На его погребении присутствовали генералы Беляев и Эрн, многие представители русской эмиграции в Асунсьоне, а также два члена нашей колонии, случайно находившихся в столице. Ввиду отсутствия русского священника, заупокойные молитвы были прочитаны генералом Эрн, после чего католический прелат благословил могилу.

С глубокой скорбью о печальном событии узнали у нас в колонии. В лице покойного мы потеряли верного друга, боевого товарища и добросовестного работника. Родина же лишилась преданного своего сына, честного, скромного и доблестного офицера. Вечная ему память».

Так закончился непростой путь капитана Ивана Грушкина, одного из многих тысяч, чья жизнь была разделена войной и эмиграцией, потерявшего, но не забывшего свой дом.

Хочу выразить слова благодарности за неоценимую помощь в поисках информации и сохранении памяти о совершенно незнакомом им человеке:
Ульяне Романенко — Парагвай, г. Асунсьон
Люсии Джовани Граматчикова — Парагвай, г. Асунсьон
Игорю Анатольевичу Флэйшеру – почетный консул РФ в Парагвае (последний из группы и один из четырех детей, приплывших на пароходе Липари из Люксембурга)
Инне Гэншоу – журналист, научный сотрудник Университета истории Люксембурга

Прислал Юрий.

Like
Like Love Haha Wow Sad Angry
3

4 комментария

  • Пьер Ханбекян:

    Вопрос к Юрию: Михаил Федорович Грушкин, энергетик, наверное, брат Ивана Федоровича? Я продолжительное время работал в Минэнерго УзССР с ним и его дочерью Любой. Кем Вы приходитесь Ивану Федоровичу?

      [Цитировать]

    • Здравствуйте.
      Все верно, Михаил брат Ивана.
      Мой прадед Георгий Федорович Грушкин их брат (тоже инженер-энергетик, о нем тут тоже есть статья).
      Я был пару недель назад в Ташкенте, навещал Любовь Михайловну.

        [Цитировать]

      • Усман:

        Интересно, что прадед писал в многочисленных анкетах того времени? Там была графа: «имеете ли родственников заграницей?» Можно было пострадать. Эти анкеты были до 1991 г.

          [Цитировать]

        • В этих анкетах еще были пункты: «состояли вы или ваши родственники в войсках или учреждениях белых правительств»;
          А в анкетах образца 1923 года спрашивают «находились ли в стане Деникина, Колчака, Юденича, Врангеля.»

            [Цитировать]

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.