Народное образование в южных областях Казахстана (вторая половина ХІХ — начало ХХ вв. ) Разное

Динашева Лазат Сарсенбековна, Юсуп Жахангир Хабиб

Царская колониальная администрация с занятием новых территорий на юге Казахстана столкнулась, что называется, лицом к лицу с небывало сложными вопросами во всех сферах социальной жизни местного населения и необходимостью решения множества дел по обустройству жителей русских поселений. Прежде всего, надо было создавать и налаживать работу учреждений здравоохранения, образования и культуры. Это важное социальное направление в деятельности колониальной военно-гражданской администрации началось сразу же со времени занятия в 1853 году Ак-Мечети (современного областного центра Кзыл-Ординской области), где был тогда организован военный лазарет, первый и единственный на всем юге Казахстана. Затем открывались школы светской направленности, давшие исключительно много для многотысячного безграмотного местного населения. Мы считаем, что роль и значение первых школ в деле просвещения, развития культуры и науки для края, бесспорно, велики. Эта тема требует внимательного и объективного изучения.

Ко времени второй половины ХК века на территории Туркестанского генерал-губернаторства и его Сыр-Дарьиской области сложилась довольно стройная, хотя и крайне своеобразная, система образования, созданная мусульманским духовенством. Возникновение сети мусульманских школ связано с проникновением и распространением одной из мировых религий — ислама на южные районы Казахстана. Процесс этот непосредственно связан с завоевание арабами Средней Азии, с которой южно-казахстанские территории вплоть до начало ХХ века были связаны в историко-культурном и политико-административном отношениях. Мусульманские школы в крае в целом копировали традиционную систему образования Ислама — мектебы и медресе. Первые относились к начальному уровню образования, в них познавали

грамоту на основе арабской графики и книжного чтения из святой для мусульман книги Корана. Основная цель медресе, дающих более высокое образование, определилась следующим образом: подготовит муэдзинов, имамов, хатыпов, муаллимов, мудрасив, казиев и муфтиев, которые были вполне знакомы как с требованием времени, так и с науками веры и жизни, чтобы иметь возможность указать пути к ним другим. Иными словами, медресе занимались подготовкой духовных наставников, настоятелей мечети, профессионально разбирающихся в законах шариата, нормах мусульманского права и священной книги Корана, а также преподавателей и учителей духовных школ ислама. Поэтому учебные программы медресе как более высокий, повышенный уровень по отношению к мектебам, предназначенные для обучения детей из среды народных масс, отличались сочетанием основ мусульманского богословия и арабского языка с общеобразовательными предметами, а также сведениями педагогических дисциплин, необходимых при работе с учащимся духовных школ.

В Сыр-Дарьинской области и Семиречье, по сравнению с другими областями Казахстана (в резерве территориально-административного деления колониального периода), было сосредоточено большое количество духовных учебных заведений. Так, только в Туркестанском уезде этой области в 70-х годах Х1Х века работали 2 медресе и 29 мектебов [8]. В указанных двух медресе (в городе Туркестане и в селе Карнак) обучался 91 учащийся (талиб). Всего в этом уезде духовным образованием было охвачено 618 человек.

Надо отметить, что количество мектебов и медресе в области получается значительным за счет мусульманских школ г. Ташкента и Ташкентского уезда, входивших в Сыр-Дарьинскую область. Здесь в начале 90-х года Х1Х века, а в многочисленных мектебах и медресе занимались 28868 учащихся [6, с. 127]. В Семиречье было 74 мектеба и медресе, в которых обучалось свыше 9000 учащихся [5, с. 62]. Эти цифры отражают период наивысшего распространения мусульманских школ на юге Казахстана. С конца Х1Х века — в начале ХХ в. начался новый период в жизни и деятельности этих учебных заведений, связанный с проведением в них отдельных реформ.

В первые годы утверждения в крае власти колониальной администрации в общем-то не было серьезного вмешательства в дела мусульманских школ со стороны царских чиновников, но не было и серьезной поддержки учреждениям ислама. Существо царской политики по отношению к мусульманскому духовенству можно охарактеризовать как недоброжелательное невмешательство. Царская администрация в Туркестане до начала 90-х годов Х1Х века не предпринимала серьезных шагов по изменению деятельности мусульманских учебных заведений в крае. Однако контроль за их состоянием и уровнем преподавания со стороны Инспекции народных училищ все-таки был установлен. Особенно по части соответствия преподавательских кадров медресе требованиям профессиональной подготовки, повышению религиозного сана среди мударрисов и муфтиев [11]. Реформы тюркско-мусульманских образовательных систем связаны с историческими процессами конца Х1Х века, когда в соответствии с требованиями развития общества возникли новые начинания в преобразовании в сфере просвещения и модернизации мусульманских школ. Эти идеи и начинания в последующем переросли в движение за всеобщий духовный подъем тюркских этносов России, получившее название джадидизма.

Туркестан в целом, включая южные районы Казахстана, не остался в стороне от реформационных процессов в мусульманском образовании. Одним из авторов религиозного реформаторства в системе духовных школ, превращенного затем в полноценное общественное движение своего времени, был И. Гаспринский, вышедший из среды крымских татар. Он использовал плоды европейского Просвещения для осмысления и решения своих национальных и конфессиональных задач, был инициатором внедрения новых методов и изменения отчасти и содержания обучения духовных учебных заведениях. Гаспринский начал издавать на двух языках — татарском и русском — газету «Терджиман» («Переводчик»), под заголовком которой в качестве девиза стоял знаменитый, обращенный к тюркскому миру лознуг: «Единство в словах, мыслях и делах» («Единство в языке, вере, работе»).

В Туркестанском крае, в составе трех коренных областей — Сыр-Дарьинской, Семиреченской и Ферганской — с населением свыше 2 млн человек, имелось в 1906 году 285 медресе и 5572 мектабов. По мнению известных деятелей в сфере образования и культуры тогдашнего Туркестана, роль религии и духовенства в жизни населения была достаточно прочна, поддерживалась извне со стороны соседних исламских государств [4]. Идеи и практические дела И. Гаспринского по реформе религиозных школ нашли отклик у части работников сферы мусульманского образования. Реформаторская программа Гаспринского стала известна не только администрации Туркестана, но и научно-педагогической общественности края. Кроме всего прочего, генерал-губернатор края получил от Гаспринского письмо — предложение о реализации новых начинаний в мусульманских школах. По поручению Н. Розенбаха, тогдашнего начальника края, Н. Остроумов и В. Наливкин, изучив письмо Гаспринского, подготовили справку-доклад для губернатора. Суть их доклада была отрицательной. Н. Остроумов, действительно заслуживший уважение туркестанцев за свой многолетний подвижнический труд на ниве просвещения, на этот раз отверг новаторские предложения И. Гаспринского: «В деле образования инородцев в России нам нужны указания русского члена Министерства народного просвещения, а не инородца-татарина, с горячностью отстаивающего неприкосновенность инородческого быта со всеми его особенностями» [1, с. 254].

Не добившись понимания и поддержки официальных лиц Туркестана, Гаспринский приехал в 1893 году в край. Посетил Самарканд и Бухару, удостоился приема у эмира, обещавшего не препятствовать открытию новометодных школ на территории Бухарского ханства. Местная интеллигенция и некоторые богатые жители из числа либеральных деятелей отнеслись к предложениям Гаспринского позитивно, обещали помочь организационно и материально делу внедрения новой системы обучения в местных школах. Вслед за Ташкентом и Самаркандом новометодные школы открылись в городах Верном (Алматы), Чимкенте и Пишпеке (Бишкек). Всего их стало около 30. В Киргизии, в г. Пржевальск (ныне город Караколь) на берегу озера Иссык-Куль работала школа имени Исмаила Гаспринского. Возникший в 70-х годах Х1Х века в Казалинске татарский мектеб в 1903 году преобразован в Новометодный. С 1905 года такая же школа начала работать в городе Перовске [8, с. 16].

Известный специалист по истории мусульманства и арабской литературы академик А.Е. Крымский, скончавшийся в 1942 году в казахском городе Костанае, опубликовал в краевой газете (в двух номерах) обстоятельную статью [2], положительно оценивавшую деятельность и идеи Гаспринского. Эта статья называется «Школа, образованности и литература у российских мусульман (культурно-этнографический очерк)». В ней А.Е. Крымский писал: «Внесенные Гаспринским новые дидактические способы и новый метод обучения чтению прославлялись до такой степени, что в Бахчисарай начали ездить татары и другие тюрки из-за пределов Крыма: теперь можно насчитать больше 500 новометодных мектебов в различных областях Российской Империи. И даже в Кульдже, под самым Китаем» [3]. Да, действительно это так. По данным К.Е. Бендрикова, в 1909 году в Сыр-Дарьинской области имелось 40 новометодных школ, в Семиреченской — 18 школ, работавших по методу Гаспринского. Всего в Туркестанском генерал-губернаторстве было 92 новометодных школы [1, с. 261].

В соответствии с требованиями нового метода в мектебах и медресе изменилась вся организация учебного процесса, вводились новые учебные дисциплины: родной и русский языки, история, математика (арифметика), другие светские предметы. Был осуществлен переход к классно-урочной системе, введено расписание занятий, проводились переходные и выпускные экзамены. Учебные классы стали пополняться классной доской и картами, были образованы химические и физические кабинеты, уголки живой природы.

Туркестанские новометодные духовные учебные заведения установили деловые контакты с крупными медресе в начале ХХ века: «Расулия» (открыто в городе Троицке в 1884 году), «Усмания» (открыто в Уфе в 1888 году), «Хусаиния» (в г. Оренбурге), известным центром мусульманского образования и культуры в России медресе «Галия» (открыто в городе Уфе 1906 году). Новометодные школы, несомненно, заметно повлияли на развитие образования, духовности и культуры в крае, способствовали росту сознательности и активности в общественной жизни многих своих выпускников. Из этой среды вышло немало видных работников, заинтересованных в возрождении национальной культуры, обеспечении социальной защиты своего народа наравне с другими народами Российской империи. Создание политических партий и общественных объединений, мусульманской фракции в Государственной Думе из 35 человек имело большое прогрессивное значение. Кстати сказать, в парламентах цивилизованной Европы (Англии, Голландии, Франции), владеющей колониями, в которых проживало многомиллионное мусульманское население, не было ни одного представителя из колониальной мусульманской среды.

При всех недостатках школьного дела в дореволюционном Казахстане не следует отрицать немалые успехи в просвещении коренного населения, усилия многих представителей русской интеллигенции (С.К. Граменицкого, Н. Бобровникова, Н.С. Лыкошина, В.Н. Наливкина и другие). На первом съезде учителей и учительниц Сыр-Дарьинской области (1910) директор народных училищ С.Г. Граменицкий абсолютно верно говорил: «Сколько нужно было положить труда, энергии, самоотверженности, а также служебного такта и педагогической опытности для того, чтобы пробить брешь в этой крепкой стене мусульманской изолированности и застоя и завоевать то доверие к русско-инородческой школе, какое наблюдается уже в настоящее время» [7, с. 5]. Тот же Граменицкий, имевший служебный чин действительного статского советника, с 1894 по 1918 гг. возглавлял школьное дело в Сыр-Дарьинской области, преподавал математику, автор учебников и методических пособий, лично участвовал в работе Верненской мужской гимназии, постоянно преподавал в Ташкентской мужской гимназии и Ташкентском реальном училище. В январе 1909 г. был удостоен ордена Святого Владимира 3-степени [10]. Также много сделал для становления народного образования в Чимкентском уезде в бытности его начальником Нила Сергеевича Лыкошина. В дальнейшем он был губернатором Самаркандской области. Он вместе с Н. Остроумовым, инспектором Аулие-Атинских народных училищ Сайфи, по указанию начальника края А. Самсонова, в 1909 г. провели основательную работу «в целях желательной коренной реорганизации самого типа и программы соответственно этнографических групп населения» в школьном образовании. Так отмечено в докладе С. Граменицкого. В. Наливкин в сфере туркестанского народного образования с 1885 года возглавил Главную инспекцию училищ края. Непрерывно преподавал в русско-туземных школах Сыр-Дарьинской области.

Список литературы:
1. Бендриков К.Е. Очерки по истории народного образования в Туркестане (1865—1924). — М. : Изд. АПН РСФСР, 1960. — 265 с.
2. Крымский А.Е. Школа, образованности и литература у Российских мусульман (культурно-этнографический очерк) // Туркестан. — 1916. — № 81. — 21 ноября.
3. Крымский А.Е. Школа, образованности и литература у российских мусульман (культурно-этнографический очерк) // Туркестан. — 1916. — № 82. — 28 ноября.
4. Наливкин В. Роль религии и духовности // Туркестан. — 1906. — 30 сентябрь.
5. Обзор Семиреченской области за 1897 г.: Приложение к всеподданнейшему отчету. — Верный, 1898. — 88 с.
6. Обзор Сыр-Дарьинской области за 1893 год.: Приложение к всеподданнейшему отчёту Военного губернатора. — Ташкент, 1897. — 145 с.
7. Отчет о заседаниях первого съезда учителей и учительниц Сыр-Дарьинской области. — Ташкент, 1911.
8. Сабитов Н. Мектебы и медресе у казахов. — Алма-Ата: Изд-во АН. Каз. ССР, 1950. — 342 с.
9. ЦГА РУз., ф.и.-1, оп.1, д.539, л.л. 16—17 (отчет на 1877 г.).
10. ЦГА РУз., ф.и.-48, оп.1, дело 383, (послужное дело С. Граменицкого) л.л. 4-154.
11. ЦГА РУз., ф.и.-48, оп.1, дело 10, л.л. 2—3.

Источник.

8 комментариев

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.