О роли города Ташкента в попытках возрождения шелкового пути в конце ХIX – начале ХХ века История

Ташкент – как центр Туркестанского края сыграл важную роль в попытках колониальной администрации возродить прежнее значение Шелкового пути. Фонды Центрального Государственного Архива Республики Узбекистан содержат документы, свидетельствующие о том, что уже вскоре после завоевания царская администрация стала пытаться перевести кустарное производство шелка в промышленное, превратить Туркестанский край в источник производства шелка, монополизировать производство и торговлю шелком в руках русских купцов.

Было определено, что торговля Туркестана состоит из: 1) внутренней торговли в пределах местного потребления; 2) транзитного движения товаров из России в Персию, Афганистан, Бухару, Хиву, Китай и обратно; 3) ввозной и вывозной торговли с Россией, портового грузового движения по Каспийскому бассейну. Использование рынков Средней Азии для русской торговли находилось под пристальным и неослабным наблюдением влиятельного «Общества для содействия русской промышленности и торговли». Члены общества, среди которых находились лица, связанные с политикой Царизма в Туркестане и со среднеазиатской торговлей (Н.П.Игнатьев, Ю.А. Гагемейстер и др.) много времени и энергии уделяли изучению торговых путей в Среднюю Азию и среднеазиатской торговли.

Еще 23 августа 1869 года в Ташкенте было издано распоряжение генерал-губернатора о взимании довольно высокой пошлины (2 руб.) с фунта шелковичных семян, вывозимых из Туркестана[1], а затем было запрещено вывозить грену за пределы Бухарского эмирата (1870)[2] и Туркестанского края (1871). Такие меры были вызваны небывалым наплывом иностранцев-скупщиков туркестанской грены. В 70-е гг. ХIХ в. во Франции и Италии (основные производители шелка) наблюдалась массовая заболеваемость шелкопряда, поэтому среднеазиатские коконы пользовались большим спросом на рынках Европы. В Туркестанском крае за деятельностью скупщиков грены был установлен негласный надзор и в архивных документах содержатся списки лиц – итальянцев, немцев, занимавшихся скупкой и вывозом грены[3].

Вывозя грену из Туркестана иностранные купцы и промышленники ввозили сюда готовые шелковые изделия. Так, согласно «Ежегоднику Министерства финансов», только в 1869 г. было ввезено шелковых изделий на 52957201 руб.[4]

Естественно, что такое положение вещей не устраивало ни колониальную администрацию, ни русских купцов, добивавшихся от правительства проведения протекционистской политики. 5 февраля 1870 г. директор Азиатского Департамента в письме к генерал-губернатору Туркестанского края подчеркнул: «Правительство желает, чтобы торговля шелком сосредоточилась в руках русских купцов»[5].

В 1870 г. в Ташкенте была создана комиссия по рассмотрению вопросов шелководства в составе А.П. Федченко, И.А. Первушина, М.А. Хлудова и других известных промышленников, и купцов. В том же году в Москве было учреждено товарищество для содействия русской шелковой промышленности. Его учредителями стали Т.С.Морозов, А.И. Хлудов, А.А. Морозов, И.А. Первушин, И.И. Первушин[6]. Задачами товарищества и комиссии было создание условий для того, чтобы шелковые изделия «в Азиатских владениях удовлетворяли как качеством, так и количеством»[7]. Для этого предполагалось устранить причины, мешающие этому и принять ряд поощрительных мер. Решено было ввезти в Туркестанский край шелкомотальные машины, перейти на новые, более прогрессивные способы шелкомотания, выборки, сортировки, ухода за греной, ограничить монопольный вывоз грены и ввести налог 20 руб. с каждого вывозимого фунта. Запретить ввозить в край европейские изделия из шелка[8].

В народных училищах были введены занятия по шелководству; в Самарканде, Коканде были созданы контрольные для грены станции, а в Ташкенте организована Школа Шелководства[9].

Изучался также опыт в производстве шелка таких стран, как Венгрия, Италия, Турция, Китай. Так, 12 апреля 1885 г. от имени Его Императорского Высочества Великого князя Николая Константиновича, организовавшего в Ташкенте шелкомотальную фабрику и посадившего большую тутовую плантацию, было послано письмо русскому консулу в Кашгаре Н.Ф. Петровскому, в котором была изложена просьба узнать как можно больше о способах производства шелка в Китае, о покупке хотанской грены и семян тутовника, о выписке в Ташкент из Кашгара или Хотана хорошего мастеракитайца, умеющего выделывать шелковые ткани[10].

В архивных документах сохранился и ответ Н.Ф. Петровского. В нем разъяснялось среди прочего, что приобретение грены не составляет особого труда, так как в Хотане имеются русский торговый старшина и русские подданные торговцы, занимающиеся почти исключительно торговлей шелком[11]. Также консул подыскал для работы на ташкентской фабрике трех китайцев.

Производители шелковых изделий из Туркестанского края участвовали в 1875 году в Международном конгрессе по вопросам шелководства в Милане[12], а в 1900 г. в I кавказском съезде шелководов и шелкопромышленников[13] и сами устраивали выставку шелководства в Самарканде[14].

Наряду с этим русские чиновники и ученые узнавали местные способы трудоемкого процесса выращивания шелкопряда и изготовления шелка, записывали связанные с этим процессом легенды и придания, фиксировали характерные для каждой области Туркестанского края обряды. В 1890 г. в Ташкенте был составлен отчет о развитии шелководства в крае за последние 25 лет.

Колониальная администрация предпринимала также шаги для возрождения торговли по старым караванным трассам Великого Шелкового пути, расширения ее масштабов, поиска новых рынков сбыта товаров.

Во-первых, проводились рекогносцировки местностей, чертились карты, на которые наносились караванные дороги. Так, например, в 1895 г. была составлена большая карта караванных путей Туркестанского генерал-губернаторства и Бухарского эмирата[15].

Во-вторых, по пути следования караванов назначались гарнизоны для охраны караванного движения, например, на участках Ташкентского района[16], Кашгара и Ферганской долины[17], Крылган-Учаке (Бухара-Хива)[18] и др.

В-третьих, в целях развития торговли в крае был создан Ташкентский ярмарочный комитет (1870), занимавшийся предварительной организационной и хозяйственной работой по устройству ярмарки и караван-сараев. Из отчетных ведомостей комитета видно, что на ярмарку в Ташкент приходили караваны из Самарканда, Троицка, Орска, Аулиеаты, Оренбурга, Туркестана, Токмака, Казалы, Коканда, Ходжикента, Пскента, Намангана, Уратюбе, Алмааты, Акмалы, Чимкента, Джизака, Бухары, Семипалатинска, Карабулака, форта Перовского, Канибадама, Копала, Чиназа, которые привозили вату, табак, сухофрукты, кожи, пряжу, одеяла, краски, ситец, чай, фисташки, шкуры, каракуль, скот, золото и др., а вывозили мануфактурные и бакалейные товары, сахар, чай, бумагу[19]. В отчетах ярмарочного комитета подчеркивалось угасание караванной торговли, особенно межгосударственной, несмотря на предпринимаемые меры.

В-четвертых, вводились новые налоговые и таможенные льготы. Караваны, пришедшие на ярмарку, освобождались от зякета и т.п.[20]

В-пятых, были изменены торговые договора с соседними государствами[21], в них были учреждены должности торговых агентов[22] (напр., в Мазари-Шарифе, Афганистане); были разработаны правила торговли иностранцев в Средней Азии[23] и введен новый порядок выписывания документов торговцам, выезжающим в другие государства[24]. Предпринимались меры по развитию торговли с Сеистаном, Белуджистаном, Западным Афганистаном[25], Персией (в 1901г. был разработан проект строительства новой и восстановления старой караванной дороги Серехс-Сеистан)[26] и др.

Особо следует отметить торговое соглашение (от 20 сентября 1870 г.) и торговый договор с Китаем (от 19 февраля 1881 г.), согласно которым все товары из Китая, кроме чая, водки, серебра пропускались через таможню беспошлинно[27].

Согласно описаниям русских путешественников, одним из главных пунктов торговли между Ташкентом и Синьцзяном был Кашгар.

Осуществлялось наблюдение за активностью англичан в регионе и за контактами местных жителей и администрации с индийскими властями.

В 1882 г. для решения всего комплекса накопившихся проблем и в соответствии с ранее достигнутой с китайской стороной договоренностью, в городе было учреждено русское консульство. Его возглавил авторитетный дипломат и видный ученый-востоковед Николай Федорович Петровский (1837 – 1908 гг.).

Ташкентские купцы вывозили свои товары в Кашгар, а затем сбывали их в Тибет, Китай и Джунгарию. Торговлю в Кашгаре в основном вели также жители Коканда, Андижана, Намангана, бухарцы, персы, индийцы, кашмирские купцы, афганцы и тибетцы. Ташкентцы и андижанцы привозили российские товары: изделия из чугуна и железа, сукно, юфть (сорт прочной и мягкой кожи), ситцы. Бухарцы специализировались на сушеных фруктах, включая изюм и урюк, виноград и фисташки, полушелковых изделиях, черных и серых каракулевых смушках, мелких мерлушках (мех из шкурки ягненка, молодой овцы) и т.д. Персы поставляли английские ситцы, шелковые материи и ковры, а индийские купцы везли кисею (прозрачная тонкая ткань), камку (старинная шелковая узорчатая ткань) и кашмирские шали. Из Тибета получали пух и медь.

В Кашгаре купцы закупали прежде всего зеленый чай, кожаные изделия, китайский шелк и серебро. Приобретали также «особый чай» в плетушках, называемый сабет, употребляемый с молоком.

Согласно архивным документам, вывоз из Кашгарии в Россию в 1904, 1905, 1906 гг. составлял 2914312, 3102871, 3379301 руб. Соответственно; ввоз в эти же годы 2929107, 27886160, 2123827 руб.

Кашгария становится еще одним рынком сбыта русских товаров, дорогами проникновения которых служили и старые караванные трассы Великого Шелкового пути.

Туркестанский край будучи сырьевым придатком метрополии ежегодно поставлял в Россию от 15 до 17 тыс. пудов шелка. Только в 1903 г. население Туркестана получило 4 млн. руб. дохода от шелководства.

Большую роль в изучении Великого Шелкового пути сыграли и различные научные общества, находившиеся в городе Ташкенте (Среднеазиатское ученое общество, Туркестанский отдел общества любителей естествознания, антропологии и этнографии, Ташкентское отделение общества востоковедов, Ташкентский музей, Туркестанский кружок любителей археологии и другие).

О.П. Кобзева

ХIX аср охири – ХХ аср бошларида Буюк ипак йўлини тиклашда Тошкентнинг роли

Мақолада Тошкент шаҳрининг Туркестон генерал-губернаторлиги маъмурий маркази сифатида карвон савдоси ва Буюк Ипак йўлини тиклаш борасидаги ҳаракатлари баён этилган.

О.Р. Kobzeva

On the Role of Tashkent City in Attempts of Recovery of the Silk Road in the end of 19th – beginning of the 20th Century

The article of Associate Professor O. Kobzeva is dedicated to the role of Tashkent as the administrative centre of Turkestan general-governor`s trying revival caravan trade and Great Silk Road.

[1] ЦГА РУз, ф.и-1, оп.15, д.62, л.40

[2] ЦГА РУз, ф.и-1, оп.15, д.55, л.-3-4

[3] ЦГА РУз, ф.и-1, оп.15, д.62, л.149,155,161,191; ЦГА РУз, ф.и-1, оп.15, д. 55, л.1; ЦГА РУз, ф.и-36, оп.1, д. 637, л. 7; ЦГА РУз, ф.и-1, оп.95, д.58, л. 6; ЦГА РУз, ф.и-1, оп. 17, д. 14а, л. 1; ЦГА РУз, ф.и-1, оп. 32, д. 37, л.9 др

[4] ЦГА РУз, ф.и-1, оп. 15, д.89, л.2

[5] ЦГА РУз, ф.и-1, оп.15, д.62, л.80

[6] ЦГА РУз, ф.и-1, оп.15, д.89, л. 97-103

[7] ЦГА РУз, ф.и-1, оп.15, д.89, лл. 1-64

[8] ЦГА РУз, ф.и.-1, оп.20, д. 1394, л. 8

[9] ЦГА РУз, ф.и-7, оп. 2749, л. 2749, л. 18; ЦГА РУз, ф.и-7,оп.1, д. 2898, л.44; ЦГА РУз, ф.и-1, оп.15, д.145, л.4-6

[10] ЦГА РУз, ф.и-17, оп.1, д. 20216, лл. 1-2

[11] ЦГА РУз, ф.и-17, оп.1, д. 20216, лл. 5-9

[12] ЦГА РУз, ф.и-1, оп.15, д. 186, л. 4

[13] ЦГА РУз, ф.и-105, оп.1, д. 56, л. 126

[14] ЦГА РУз, ф.и-1,оп.17, д. 133, л. 14

[15] ЦГА РУз, ф.и-3, оп. 1, д.56

[16] ЦГА РУз, ф.и-469, оп.1, д.48, лл. 1-3, л.16

[17] ЦГА РУз, ф.и-1, оп.20, д.8509, л.281

[18] ЦГА РУз, ф.и-1, оп. 34, д.243, л.1-4

[19] ЦГА РУз, ф.и-469, оп.1, д.54, лл.2-30; ЦГА РУз, ф.и-36, оп.1, д.1707, лл.6-19

[20] ЦГА РУз, ф.и-469, оп.1, д.277, л.6; ЦГА РУз, ф.и-469, оп.1, д.43, л.120

[21] ЦГА РУз, ф.и- 1, оп.31, д.407, л.9

[22] ЦГА РУз, ф.и- 1, оп.31, д.407, л.9

[23] ЦГА РУз, ф.и-2, оп.1, д.24, л.3

[24] ЦГА РУз, ф.и-36, оп.2, д.3104, лл.29-30

[25] ЦГА РУз, ф.и-1, оп.12, д.2059, лл.20-25

[26] ЦГА РУз, ф.и-1, оп.12, д.282а, лл.1-33

[27] ЦГА РУз, ф.и-276, оп.1, д.892а, лл.6-17; с 1913 года беспошлинная торговля с Китаем была упразднена. ЦГА РУз, ф.и-1, оп.33, д.352, лл. 124-124 об

Источник.

1 комментарий

  • Куврук:

    Cпасибо, интересная статья.
    Отдельные детали.
    Статья все-таки не архивная справка, и кроме документов в ней желательно использование и других источников, особенно тех, которые позволяют рассмотреть некие обобщения, противоречия и пр. Конечно, желательно перевод резюме на английский язык попросить отредактировать кого-нибудь из специалистов, а не Google Translate.
    Еще несколько деталей.
    «Так, согласно «Ежегоднику Министерства финансов», только в 1869 г. было ввезено шелковых изделий на 52957201 руб.»
    Здесь явно какая-то неточность, ибо сумма, о которой идет речь, значительно превышает весь годовой бюджет Туркестанского края. (См.: Прил. к гл. VI. Расходы по Туркестанскому генерал-губернаторству за двенадцатилетие с 1868 по 1880 год // Проект Всеподданейшего отчета генерал-адъютанта К.П. фон-Кауфмана по гражданскому управлению и устройству в областях Туркестанского генерал-губернаторства. СПб., Военная тип., 1885).
    Далее. У автора — «Особо следует отметить торговое соглашение (от 20 сентября 1870 г.) и торговый договор с Китаем (от 19 февраля 1881 г.), согласно которым все товары из Китая, кроме чая, водки, серебра пропускались через таможню беспошлинно».
    О каких правовых документах идет речь? В полном сборнике — «Русско-китайские договорно-правовые акты 1689-1916» (М., 2004), они отсутствуют. Если имелся в виду Санкт-Петербургский договор 1881 г., то он не был торговым, хотя ряд вопросов приграничной торговли в нем и был оговорен.
    У автора — «Согласно архивным документам, вывоз из Кашгарии в Россию в 1904, 1905, 1906 гг. составлял 2914312, 3102871, 3379301 руб. »
    Имеется заметное противоречие с другими сведениями. В частности: в 1905 г. — 1835936 руб. (См.: Общий торговый оборот Кашгарии с Россией за время с 1892 по 1905 год /Экономический обзор Кашгарии // Сборник консульских донесений. Вып. III. 1906. СПб., 1906. С. 252).
    У автора — «Туркестанский край будучи сырьевым придатком метрополии ежегодно».
    Здесь отголоски спорной теории о «Туркестане, как колонии». Туркестанский край по целому ряду признаков сложно назвать колонией. Он входил в единое территориальное пространство империи, жители имели единое гражданство, подчинялись российским законам (кроме практики обычного мусульманского права), имели общую денежную единицу — рубль, могли избираться (к примеру, в Государственную Думу, местные Думы и пр.) и т.д. В чем колония? Продукты производства Туркестана участвовали в едином товарном обмене империи. Теорию «Туркестан-колония» изобрели большевики для борьбы с царским режимом и она благополучно дожила примерно до начала 1930-х гг. Затем, ее быстренько свернули, она перестала служить идеологическим и пропагандистским целям, особенно в свете общей концепции «единой семьи народов». На Западе эта теория была воспринята с восторгом и благополучно дожила до наших дней, т.к. была выгодна, поскольку уравнивала Россию с другими странами, проводившими классическую колониальную политику и располагавшими колониями вне пределов национальных территорий — Великобританией, Францией, Германией и пр. После 1991 г. эта теория вновь обрела второе дыхание, по причинам вполне понятным. Дыхание, которое трудно назвать свежим.

      [Цитировать]

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.