«Говорящая» карта столицы История

В Ташкенте насчитывается почти пять сотен махаллей, около 1700 улиц, 1200 проездов, 500 тупиков, десяток площадей и скверов, и у каждого – свое название, за которым – поросшие травой забвения тайны истории края. Сегодняшний рассказ «Правды Востока» — о том, что могут рассказать нам городские топонимы и как со временем менялись места, с ними связанные. Разобраться в «преданьях старины глубокой» нам помогли энциклопедии, старинные книги, воспоминания горожан и ответственный секретарь топонимической комиссии хокимията Ташкента Эргаш Исматуллаев.

Часть города, которую ныне именуют Старым городом, на самом деле была обжита не так давно – в IX столетии люди с разрушенного города на Мингурике пришли сюда, чтобы основать новый город, Бинкат. Привлекла их сюда вода – именно здесь, где ныне шумит восточный базар, протекали сразу четыре арыка. Они и дали имя первой площади, возникшей на пересечении дорог, что вели к месту оживленной торговли от городских ворот, – Чорсу в переводе — «четыре потока». Впрочем, по другой версии ее название относится не к водным потокам, а торговым путям. Появилась площадь в XI веке, когда город ремесленников и купцов Бинкат достиг наивысшего расцвета, став столицей Чача в государстве Саманидов.

В XVI веке здесь возвели медресе Кукельдаш, название которого переводится как «молочный брат». Изначально оно было мусульманским учебным заведением, потом стало караван-сараем для проезжих купцов и даже служило крепостью кокандских ханов – с его портала вели пушечный обстрел отстаивающих свою независимость ташкентцев. Впрочем, несмотря на все потрясения, именно этот шедевр средневекового зодчества во все века оставался исторической доминантой района, и сегодня в сознании многих является самым ярким памятником старины в Ташкенте. Недаром декор, украшающий стены Кукельдаша, содержит надпись: «Смерть является неизбежностью человека, но произведенные им работы остаются навечно». Указано там и имя автора: «Мастер кашинных работ Алимджан, сын мастера Салима».
Ныне скрытая от глаз с улицы величественным собратом и серым зданием проектного института, площадь Чорсу замыкает на севере Джума-мечеть, выстроенная еще в XV веке Ходжой Ахраром Вали. Оба памятника старины расположены на возвышении, поскольку возводились на краю древнего рва.
Напротив в 1972 году открылся Главный универсальный магазин. Вместе с площадью перед ним, которая вся была в цветниках и фонтанах, ГУМ на долгие десятилетия стал местом притяжения жителей столицы. В новом тысячелетии, после масштабной реконструкции, он все так же привлекает толпы покупателей уже как гипермаркет «Туркуаз».

Когда едешь по проспекту Навои со стороны центра, то еще издалека видишь удивительное по своему замыслу здание гостиницы «Чорсу». Ее три фасада напоминают очертания полукруглого портала мечети, а башенки по сторонам — минареты. 23-этажное здание 1982 года постройки столь эффектным образом замыкает перспективу со стороны бывшего Нового города и в то же время служит воротами в Старый город.
*
Одним из первых промышленников, приехавших в Туркестан во второй половине XIX века, был И.А.Первушин. Как человек предприимчивый, он первым делом изучил спрос и понял, что бурно растущему Новому городу нужно собственное производство вин и водки – их тут негде было купить. И уже в 1867 году он построил первую винокурню – полукустарное предприятие по производству спирта и виноградных вин, к которому впоследствии прибавилось еще пять таких же заводов, и небольшую шелкомотальную фабрику в 1868-м. Окраину города, где выросло здание винокурни, в народе окрестили по имени ее владельца Первушкой.

С легкой руки промышленника именно здесь в 1866 году был сооружен один из первых капитальных мостов в Ташкенте, который так и называли – Первушинский. Он прошел над каналом Салар, по ту сторону которого, в районе нынешнего Шумиловского городка и массива Лисунова, находилось охотное хозяйство, где были небольшие озера, а в тугаях водились тигры. Первушин же слыл заядлым охотником.
В 1935 году тут был построен первый в Ташкенте автодорожный путепровод через железнодорожные пути. В конце 50-х старый мост над каналом был снесен, а Салар на этом участке «заключен» в железобетонные трубы, по которым течет по сей день. Окрестности эти тогда же приобрели второе неофициальное название – Шанхай, поскольку здесь теснились дома нищего люда. Однако это название не закрепилось.

Здесь появились одни из первых многоэтажных жилых домов в городе – так называемые «розовый» и «серый» дома, существующие и поныне.

Фирма «Первушин И.А. и дети» благополучно развивалась, включив в себя еще и табачную с папиросной фабрики, предприятия по изготовлению искусственных минеральных вод и спиртоочистительные заводы. В архивах можно найти немало их рекламы, заполонившей в свое время городские издания. Но в 1918-м вся собственность была национализирована. Пару лет назад в ходе реконструкции центра столицы разросшийся винзавод был перемещен за пределы города, в прошлом году исчез и участок моста, ведущий в сторону Куйлюка. Бывший когда-то неприглядной окраиной, район Первушки вошел в XXI век как один из самых престижных в Ташкенте. Что удивительно, в народном сознании его название осталось неизменным.
*
Весь огромный массив Чиланзар пересекает неширокая улица Катартал. Ныне вписавшаяся в аккуратную прямоугольную планировку района, в XVIII веке она возникла как продолжение улицы Самарканд Дарвоза в пригородном квартале Катартал, что в переводе значит «ряд таловых деревьев» – ив и тополей. По ней проходили караваны, направлявшиеся из Ташкента в Самарканд, Бухару, Хорезм и на Ближний Восток.

В 70-80-х годах прошлого века улица была застроена многоэтажными домами, утопающими в зелени деревьев. Ее главная достопримечательность сегодня — крупный торговый комплекс, прозванный в народе «Оптовкой», что расположился в здании бывшего издательства. Перейти узкую дорогу в этом месте непросто – по Катарталу, как и столетия назад, тянутся бесконечным потоком караваны, только уже не верблюдов, а машин.
*
Если ехать из Старого города в направлении Юнусабада, то прямо перед первым из знаменитых мостов, возведенных в наши дни, непременно проедете через один из старых районов столицы – Тахтапуль, где до 1890 года стояли одноименные городские ворота. Судя по названию, мост тут был и прежде – в переводе с фарси название означает «богатый мост». Есть и более любопытная версия, согласно которой здесь наиболее интенсивно взимался с купцов налог за въезд в город, так как эти ворота наряду с Кашгарскими являлись основными воротами, через которые в город входили караваны, идущие из Китая по древнему отрезку Великого шелкового пути. Поэтому название следует переводить с узбекского: «тохта» — «стой», «пул» — «деньги». Впрочем, это предположение — неофициальное.

Местные жители долгие столетия занимались земледелием, затем торговлей, тут имелись бакалейные лавки, чайханы, мельницы, маслобойня. Огромная махалля, состоявшая из более чем 900 домовладений, делилась на десять частей. В двадцатых годах XX века сюда стали ходить трамваи, на которых жители Ташкента приезжали снять на лето дачу на берегу протекающего рядом канала Калькауз.
Напоминанием о древнем названии долгое время служила проходящая тут улица Тахтапульская, которой в 1960 году было присвоено имя Сабира Рахимова. Именно здесь родился и вырос первый узбекский генерал, геройски погибший в боях за польский Гданьск 15 марта 1945-го. Впрочем, даже сегодня, если вы спросите ташкентца, где находится городская инфекционная больница или третий роддом, в ответ услышите: «Конечно, на Тахтапуле!»

Автор Рамиль Исламов.
Газета «Правда Востока»

4 комментария

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.